СВОи, Донбасс...

На этом снимке запечатлены разрушенные многоэтажные дома. Здания стоят безжизненными: выбитые окна, обрушенные балконы, проломы в стенах, следы попаданий и пожара. Кое-где уцелели лишь несущие конструкции, но жилых помещений в привычном смысле уже нет.

Почему люди остаются в разрушенных городах, не покидают разгромленные дома – вопрос глубоко личный. Мотивы у каждого свои, свои аргументы и объяснения. Но несмотря на предлагаемую помощь в отъезде, дальнейшем размещении, всех их объединяет твердое – «не уеду с родной земли. Тем более, что сейчас сюда наши пришли».

Иногда территории становились так называемой «серой зоной» – это полоса, которая отделяет некоторые населенные пункты Донецкой Народной Республики, Херсонской и Запорожской областей от территории, подконтрольной Украине. Эти места отрезаны от остального мира: здесь часто нет воды и электричества, почти не приезжают волонтеры, редко доставляют гуманитарные грузы.

Почему люди остаются здесь?

– Жизнь на Донбассе продолжается, несмотря ни на что. Люди живут, занимаются повседневными делами, даже женятся и разводятся, – смеется местная жительница Татьяна. В разговоре с «Народным фронтом» рассказывает, что ей 41 год, у нее семья. – Мужа мобилизовали. Конечно, ему было бы спокойнее, если бы он знал, что мы с детьми где-то в России. Я и сама, как только где-нибудь поблизости рванет снаряд, начинаю искать в интернете, какая помощь выделяется переселенцам и беженцам ДНР – детям и взрослым. Потом, вроде, затихает, и мы живем дальше. Мы с детьми единогласно решили ждать папу. Иногда он приходит в увольнение. А если бы мы уехали, то только гадали бы, жив ли он…

– Да, я слышала, что беженцам из ДНР положена помощь. Неравнодушные люди регулярно собирают пожертвования, проводятся акции поддержки и содействия. Но, честно сказать, уезжать не собираюсь. Это мой дом, мой Донбасс! За столько лет я привыкла к такой жизни, – продолжает вслед за Татьяной другая жительница Ирина. – В нашем доме занято всего восемь квартир. Живут двое мужчин-военнослужащих, электрик, спасатель МЧС, медработник и пенсионеры. Все они живут с семьями. И эти самые семьи никак не «уговариваются» развернуться, уехать и бросить родного человека. Я не могу уехать из-за пожилых родителей. С каждым месяцем состояние их здоровья становится все хуже. С каким сердцем я буду уезжать? И как я буду жить там, где бы это «там» ни было?

Эта фотография Михаила Калянова – страшное свидетельство ужаса и трагедии. И такого же необъятного мужества и преданности – своей, русской, земле, своему дому, своим близким.

Точных официальных данных о численности населения Донбасса в настоящее время нет из-за продолжающихся боевых действий и отсутствия актуальной всеобщей переписи. По разным оценкам властей и экспертов, на территориях Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики суммарно проживает от 3,5 до 4,5 миллиона человек. В Донецкой Народной Республике численность населения оценивается примерно в 2,2 миллиона, в ЛНР – в 1,3–1,4 миллиона.

До начала конфликта в 2014 году в Донецкой и Луганской областях суммарно проживало около 6,5–7 миллионов человек: более 4,3 миллиона в Донецкой и около 2,2 миллиона в Луганской.