Размер шрифта +
Цветовая схема A A A

Тюмень – город хлебный

9:57, 29 июля 2011, Александр САЛЬНИКОВ
Слушать новость
Тюмень – город хлебный. None. Есть книга «Ташкент – город хлебный». Под ее впечатлением давным-давно я написал большую газетную статью «Как я влюбился в Тюмень». Приглядевшись к городу, пришел тогда к выводу, что и Тюмень – город хлебный, то есть в СССР, стало быть, существовало два хлебных города и оба начинаются на «Т». От этой буквы исходит теплота на тюменцев как в прямом, так и в переносном смысле. Встреча первая Впервые лицом к лицу встретился с Тюменью в 1946 году. В то послевоенное время офицерам выдавали талоны на питание, которые можно было отоваривать на продпунктах железнодорожных вокзалов. Поезд Москва – Иркутск с воинским контингентом приближался к Свердловску. Все, и я в том числе, стали  готовиться к выходу, чтобы пополнить продуктовый запас на вокзале. И тут кто-то очень опытный крикнул на весь вагон: «Свердловск – голодный город, тянем до Тюмени». И действительно, на продпунк-те станции Тюмень нам выдали много хороших продуктов. «Господа офицеры», наетые и напитые, радостно говорили остающемуся за окнами вагонов городу: «Тюмень, мы тебя не забудем». Доброта и хлебосольность – таковы мои первые впечатления о Тюмени. Тогда, в 1946 году, не знал, что этот город станет моей судьбой, второй маленькой родиной. На первой малой родине – Тамбовщине я прожил юные 18 лет, а на Тюменской земле живу уже скоро полсотни. Встреча вторая Ровно через 20 лет, в 1966 году, состоялась еще одна встреча – и общались мы с городом уже на более серьезной деловой основе. Наша девятнадцатая железнодорожная бригада закончила легендарную стройку Абакан – Тайшет. Но покой воинам-железнодорожникам только снился. Впереди была дорога Тюмень – Сургут и далее на Север. Предстояла передислокация соединения, развернутого по штатам военного времени. Талантливый инженер-строитель полковник Иван Матвейков (чуть позже генерал, заместитель начальника железнодорожных войск) назначил меня старшим группы по приему воинских эшелонов в Тюмени. Предстояло решить вопрос по размещению личного состава частей бригады и семей офицерского состава. Срочно вылетаю в Свердловск. В Уральском корпусе железнодорожных войск меня инструктируют на дальнейшие действия: «Задача очень трудная – в кратчайшие сроки разместить такую армию строителей. Но уже есть договоренность с первым секретарем обкома КПСС Щербиной. Вот передайте ему пакет… Кстати, он сам заканчивал институт железнодорожного транспорта, к воинам-железнодорожникам относится уважительно, ценит наш нелегкий труд...» На следующий день я уже был в Тюмени. При входе в кабинет Щербины слышу: «А я только что еще раз говорил с вашим генералом. Все вопросы по размещению строителей решены…» Встреча третья Кадровому офицеру после 30–40 лет службы «царю и Отечеству» предстояло выбрать населенный пункт для постоянного места жительства. Мне этот выбор представился в 1974 году. Товарищи агитировали за Днепропетровск (пляж, рыбалка, сады), а также за Ташкент. Кстати, в Ташкенте у меня много родственников, мама похоронена на русском кладбище этого города. А я почему-то бесповоротно решил: Тюмень! Решение закрепил и такой факт. Моя дочь, заместитель директора средней школы в Красноселькупе, родила к тому времени первенца-внука. Это событие поставило точку в разговоре о месте жительства. Доброта и хлебосольность Тюмени образца 1946 и 1966 годов по каким-то непонятным мне тропам и дорожкам перекочевывала из года в год и дошла до 2011 года. Радуюсь, что эта доброта не исчезла. Более того,  помогает мне принимать правильные решения на крутых поворотах жизни. Уверен: о «хлебной» Тюмени будут уважительно говорить еще многие годы. Александр САЛЬНИКОВ, участник Великой Отечественной войны

Есть книга «Ташкент – город хлебный». Под ее впечатлением давным-давно я написал большую газетную статью «Как я влюбился в Тюмень». Приглядевшись к городу, пришел тогда к выводу, что и Тюмень – город хлебный, то есть в СССР, стало быть, существовало два хлебных города и оба начинаются на «Т». От этой буквы исходит теплота на тюменцев как в прямом, так и в переносном смысле.

Встреча первая


Впервые лицом к лицу встретился с Тюменью в 1946 году. В то послевоенное время офицерам выдавали талоны на питание, которые можно было отоваривать на продпунктах железнодорожных вокзалов. Поезд Москва – Иркутск с воинским контингентом приближался к Свердловску. Все, и я в том числе, стали  готовиться к выходу, чтобы пополнить продуктовый запас на вокзале.

И тут кто-то очень опытный крикнул на весь вагон: «Свердловск – голодный город, тянем до Тюмени».

И действительно, на продпунк-те станции Тюмень нам выдали много хороших продуктов. «Господа офицеры», наетые и напитые, радостно говорили остающемуся за окнами вагонов городу: «Тюмень, мы тебя не забудем».

Доброта и хлебосольность – таковы мои первые впечатления о Тюмени. Тогда, в 1946 году, не знал, что этот город станет моей судьбой, второй маленькой родиной. На первой малой родине – Тамбовщине я прожил юные 18 лет, а на Тюменской земле живу уже скоро полсотни.

Встреча вторая


Ровно через 20 лет, в 1966 году, состоялась еще одна встреча – и общались мы с городом уже на более серьезной деловой основе.

Наша девятнадцатая железнодорожная бригада закончила легендарную стройку Абакан – Тайшет. Но покой воинам-железнодорожникам только снился.

Впереди была дорога Тюмень – Сургут и далее на Север. Предстояла передислокация соединения, развернутого по штатам военного времени.

Талантливый инженер-строитель полковник Иван Матвейков (чуть позже генерал, заместитель начальника железнодорожных войск) назначил меня старшим группы по приему воинских эшелонов в Тюмени. Предстояло решить вопрос по размещению личного состава частей бригады и семей офицерского состава.

Срочно вылетаю в Свердловск. В Уральском корпусе железнодорожных войск меня инструктируют на дальнейшие действия: «Задача очень трудная – в кратчайшие сроки разместить такую армию строителей. Но уже есть договоренность с первым секретарем обкома КПСС Щербиной. Вот передайте ему пакет… Кстати, он сам заканчивал институт железнодорожного транспорта, к воинам-железнодорожникам относится уважительно, ценит наш нелегкий труд...»
На следующий день я уже был в Тюмени. При входе в кабинет Щербины слышу: «А я только что еще раз говорил с вашим генералом. Все вопросы по размещению строителей решены…»

Встреча третья


Кадровому офицеру после 30–40 лет службы «царю и Отечеству» предстояло выбрать населенный пункт для постоянного места жительства. Мне этот выбор представился в 1974 году. Товарищи агитировали за Днепропетровск (пляж, рыбалка, сады), а также за Ташкент. Кстати, в Ташкенте у меня много родственников, мама похоронена на русском кладбище этого города. А я почему-то бесповоротно решил: Тюмень!

Решение закрепил и такой факт. Моя дочь, заместитель директора средней школы в Красноселькупе, родила к тому времени первенца-внука. Это событие поставило точку в разговоре о месте жительства.

Доброта и хлебосольность Тюмени образца 1946 и 1966 годов по каким-то непонятным мне тропам и дорожкам перекочевывала из года в год и дошла до 2011 года. Радуюсь, что эта доброта не исчезла. Более того,  помогает мне принимать правильные решения на крутых поворотах жизни. Уверен: о «хлебной»
Тюмени будут уважительно говорить еще многие годы.

Александр САЛЬНИКОВ, участник Великой Отечественной войны

Читайте также

Новость Тюмени: Тюменцы пытаются спасти утят, попавших в ловушку у озера Цимлянского

Тюменцы пытаются спасти утят, попавших в ловушку у озера Цимлянского

14:47

Новость Тюмени: Тюменцы обнаружили на сайтах объявлений сахар по цене ниже рыночной

Тюменцы обнаружили на сайтах объявлений сахар по цене ниже рыночной

11:48

Новость Тюмени: В Ишиме мать бросила на улице 8-месячного младенца и исчезла

В Ишиме мать бросила на улице 8-месячного младенца и исчезла

5 июля