Размер шрифта +
Цветовая схема A A A

Япония устояла

10:13, 23 марта 2011, Сергей ИСАЕВ
Слушать новость
Япония устояла. None. Сейчас все чаще пишут о социальном феномене, который наблюдается в районах Японии, подвергшихся жесточайшему испытанию природными катаклизмами. Обычно после землетрясений, пожаров, наводнений в местах, пострадавших от них, начинают действовать мародеры, наступает хаос и беззаконие. Так было и в Новом Орлеане, и на Гаити, и в Чили. Ничего подобного не происходит  в Японии – ни одного сообщения о мародерстве и грабежах. Более того, сообщают, что где-то владельцы продуктовых магазинов снизили цены на продовольственные товары, а хозяева торговых аппаратов, продающих еду  и воду, открыли их для общего пользования. Там, где не осталось ничего, где местность представляет из себя месиво из обломков прежней благополучной жизни, жители помогают друг другу, вместе греются у костров, справедливо делят между собой пищу, уступают друг другу место в очереди. Социологи объясняют это явление особым характером отношений в японском обществе. Во-первых, японцы чувствуют себя «в одной лодке», каждый японец знает, что является частью социальной сети, определенной социальной группы, которой соответствует определенный стиль поведения. В Японии не принято привлекать внимание к своим чувствам – всем и так понятно, что тебе плохо, держись и не подавай виду. Во-вторых, в стране низкий уровень преступности, эффективная полиция и гуманная система наказаний, которая старается вернуть оступившегося человека в общество. Этим занимаются и местные социальные комитеты, и общество в целом. А главное, конечно, в том, что народ ощущает себя единым – не на словах, не  в лозунгах, а на деле. Единая, сплоченная нация, которая защищает себя изнутри, с помощью самых традиционных методов – чувства локтя и сочувствия к ближнему. Интересен комментарий в Dagbladet профессора социальной антропологии университета Осло Арне Калланда. Он рассказывает, как изучал документы, связанные с голодом в юго-западных районах Японии в 1732–1733 годах. – Никаких документальных свидетельств беспорядков, – говорит Калланд. – У японцев всегда первыми умирали мужчины и последними – дети. Разительные отличия от того, что видим, например, в Африке – там жертвами стихии и голода становятся в первую очередь дети, а мужчины выживают, потому что сильные и могут побороться за себя. Невольно начинаешь думать о том, как наше, российское общество повело бы себя в такой ситуации – случись подобное наводнение и землетрясение, например, в Москве. Стали бы мы себя вести как японцы или как гаитяне? Подготовил Сергей Исаев, по материалам www.drugoi.livejournal.com

Сейчас все чаще пишут о социальном феномене, который наблюдается в районах Японии, подвергшихся жесточайшему испытанию природными катаклизмами.

Обычно после землетрясений, пожаров, наводнений в местах, пострадавших от них, начинают действовать мародеры, наступает хаос и беззаконие. Так было и в Новом Орлеане,
и на Гаити, и в Чили. Ничего подобного не происходит  в Японии – ни одного сообщения о мародерстве и грабежах.

Более того, сообщают, что где-то владельцы продуктовых магазинов снизили цены на продовольственные товары, а хозяева торговых аппаратов, продающих еду  и воду, открыли их для общего пользования. Там, где не осталось ничего, где местность представляет из себя месиво из обломков прежней благополучной жизни, жители помогают друг другу, вместе греются у костров, справедливо делят между собой пищу, уступают друг другу место в очереди.

Социологи объясняют это явление особым характером отношений в японском обществе. Во-первых, японцы чувствуют себя «в одной лодке», каждый японец знает, что является частью социальной сети, определенной социальной группы, которой соответствует определенный стиль поведения. В Японии не принято привлекать внимание к своим чувствам – всем и так понятно, что тебе плохо, держись и не подавай виду.

Во-вторых, в стране низкий уровень преступности, эффективная полиция и гуманная система наказаний, которая старается вернуть оступившегося человека в общество. Этим занимаются и местные социальные комитеты, и общество в целом.

А главное, конечно, в том, что народ ощущает себя единым – не на словах, не  в лозунгах, а на деле. Единая, сплоченная нация, которая защищает себя изнутри, с помощью самых традиционных методов – чувства локтя и сочувствия к ближнему.

Интересен комментарий в Dagbladet профессора социальной антропологии университета Осло Арне Калланда. Он рассказывает, как изучал документы, связанные с голодом в юго-западных районах Японии в 1732–1733 годах.

– Никаких документальных свидетельств беспорядков, – говорит Калланд. – У японцев всегда первыми умирали мужчины и последними – дети. Разительные отличия от того, что видим, например, в Африке – там жертвами стихии и голода становятся в первую очередь дети, а мужчины выживают, потому что сильные и могут побороться за себя.
Невольно начинаешь думать о том, как наше, российское общество повело бы себя в такой ситуации – случись подобное наводнение и землетрясение, например, в Москве. Стали бы мы себя вести как японцы или как гаитяне?

Подготовил Сергей Исаев, по материалам www.drugoi.livejournal.com

Читайте также

Новость Тюмени: Губернатор Тюменской области посетил площадки форума «УТРО» в Ханты-Мансийске

Губернатор Тюменской области посетил площадки форума «УТРО» в Ханты-Мансийске

10 августа

Новость Тюмени: В Тюмени разрабатывают новое меню для школьных столовых

В Тюмени разрабатывают новое меню для школьных столовых

10 августа

Новость Тюмени: Тюменские застройщики обсудили тренды и собрали портрет покупателя

Тюменские застройщики обсудили тренды и собрали портрет покупателя

10 августа