Размер шрифта +
Цветовая схема A A A

Из истории коневодства: как это было

15:08, 24 апреля 2010, Татьяна ТЕПЫШЕВА
Слушать новость
Из истории коневодства: как это было. None. В сибирской глухомани всегда кипела большая и яркая жизнь, кое-что даже было увековечено в книге. До 60-х годов прошлого века на всю область славилось армизонское коневодство. Чтобы узнать, «как это было», мне посоветовали встретиться с Варфоломеем Шабельниковым. Его покойный отец, Павел Захарович, знаменитый конюх, стоял у истоков племенного коневодства в районе. «На наших коней в Шабалино и кнута не надо было, все сытые, холеные, резвые, без узды не удержишь. 200–300 верст запросто могли отмахать. У деда Чалуха была, кобылка, – с улыбкой вспоминает детство Варфоломей Павлович. – Вот бабушка просит отца: «Завтра надо бы в Абатское на ярмарку съездить». Отец раным-рано ложится спать и наказывает, во сколько его разбудить и запрячь лошадь, чтобы к утру поспеть на ярмарку. Пока он дорогой чай пил, Чалухе надевал на морду мешок с овсом. Она поест, отдохнет чуток и дальше в путь. Помню, после войны отец купил во Въялково жеребеночка, но тот вскоре заболел. Всполошились, решили показать ее наезднику с Тюменского ипподрома Ивану Ульянову, который приехал отбирать лошадей на выставку. Наш район представлял до 17 чистопородных рысистых лошадей. Иван Николаевич сказал, что жеребенок выживет и ждет его большое будущее. Оправдал Сокол свое гордое имя. На скачках в Тюмени в 50-е годы боролись между собой Громадный из Тюмени, Сокол из Армизона и Любезный из Новозаимки, остальные им в подметки не годились. Как-то раз Сокол бежал, как хотел. И надорвался. Прошла неделя – зоотехник его осмотрел: не отошел, надо поберечь. Другая – Сокола все не выпускают на скачки, иначе могли кончить жеребца. Бегал Сокол с резвостью 2.20 на 1 600 метров. Другой армизонский жеребец, Характер, выступал даже на Московском ипподроме». Память у Варфоломея Павловича отменная, до сих пор старый зоотехник помнит клички лошадей: Флирт, Буйный, Боец, Жиган, Небывалый, Изгой, Охотник, Удалой, Барчук, Балагур, Лихач и даже Эх-ма. Настолько «говорящие имена», что сразу становится понятно, какой норов был у лошадок. Спрашиваю, какое же образование у родителя было, если его как выдающегося коневода до сих пор старики в районе помнят. «Да неграмотный был совсем, я при нем писарем служил. Результатов таких добивались потому, что чутьем, догадкой до всего доходили. Серьезные в то время люди были, ответственные». Варфоломей Павлович принес книгу «Армизонское коневодство», изданную в Тюмени в 1952 году тиражом тысяча экземпляров, никто в районе и не знал, что она сохранилась. Вот когда будет в Армизонском краеведческий музей, этот уникальный экземпляр, рассказывающий о выдающемся факте в истории района, займет одно из самых почетных мест. Дело за малым осталось – музей организовать.

В сибирской глухомани всегда кипела большая и яркая жизнь, кое-что даже было увековечено в книге. До 60-х годов прошлого века на всю область славилось армизонское коневодство. Чтобы узнать, «как это было», мне посоветовали встретиться с Варфоломеем Шабельниковым. Его покойный отец, Павел Захарович, знаменитый конюх, стоял у истоков племенного коневодства в районе.

«На наших коней в Шабалино и кнута не надо было, все сытые, холеные, резвые, без узды не удержишь. 200–300 верст запросто могли отмахать.

У деда Чалуха была, кобылка, – с улыбкой вспоминает детство Варфоломей Павлович. – Вот бабушка просит отца: «Завтра надо бы в Абатское на ярмарку съездить». Отец раным-рано ложится спать и наказывает, во сколько его разбудить и запрячь лошадь, чтобы к утру поспеть на ярмарку. Пока он дорогой чай пил, Чалухе надевал на морду мешок с овсом. Она поест, отдохнет чуток и дальше в путь.

Помню, после войны отец купил во Въялково жеребеночка, но тот вскоре заболел. Всполошились, решили показать ее наезднику с Тюменского ипподрома Ивану
Ульянову, который приехал отбирать лошадей на выставку. Наш район представлял до 17 чистопородных рысистых лошадей. Иван Николаевич сказал, что жеребенок выживет и ждет его большое будущее. Оправдал Сокол свое гордое имя.

На скачках в Тюмени в 50-е годы боролись между собой Громадный из Тюмени, Сокол из Армизона и Любезный из Новозаимки, остальные им в подметки не годились. Как-то раз Сокол бежал, как хотел. И надорвался. Прошла неделя – зоотехник его осмотрел: не отошел, надо поберечь. Другая – Сокола все не выпускают на скачки, иначе могли кончить жеребца. Бегал Сокол с резвостью 2.20 на 1 600 метров. Другой армизонский жеребец, Характер, выступал даже на Московском ипподроме». Память у Варфоломея Павловича отменная, до сих пор старый зоотехник помнит клички лошадей: Флирт, Буйный, Боец, Жиган, Небывалый, Изгой, Охотник, Удалой, Барчук, Балагур, Лихач и даже Эх-ма. Настолько «говорящие имена», что сразу становится понятно, какой норов был у лошадок.

Спрашиваю, какое же образование у родителя было, если его как выдающегося коневода до сих пор старики в районе помнят. «Да неграмотный был совсем, я при нем писарем служил. Результатов таких добивались потому, что чутьем, догадкой до всего доходили. Серьезные в то время люди были, ответственные».

Варфоломей Павлович принес книгу «Армизонское коневодство», изданную в Тюмени в 1952 году тиражом тысяча экземпляров, никто в районе и не знал, что она сохранилась. Вот когда будет в Армизонском краеведческий музей, этот уникальный экземпляр, рассказывающий о выдающемся факте в истории района, займет одно из самых почетных мест. Дело за малым осталось – музей организовать.

Читайте также

Новость Тюмени: Тюменские власти помогут деньгами погорельцам из Богандинского 

Тюменские власти помогут деньгами погорельцам из Богандинского 

12:12

Новость Тюмени: В Тюмени потеплеет до +27 к середине недели

В Тюмени потеплеет до +27 к середине недели

10:01

Новость Тюмени: Середина недели в Тюменской области будет жаркой

Середина недели в Тюменской области будет жаркой

22 мая