От искусственного интеллекта до трансплантации целых конечностей – будущее медицины обсудили в Тюмени
Технологии, принятые в ведущих федеральных центрах, стали повседневной практикой наших операционных
От искусственного интеллекта до трансплантации целых конечностей – будущее медицины обсудили ведущие академики и местные практикующие специалисты на конференции «Университетская клиника». Она прошла в Тюмени 13 ноября.
– Технологии, принятые в ведущих федеральных центрах, стали повседневной практикой наших операционных, – подчеркнул глава региона Александр Моор.
Фото Дмитрия Пименова
Губернатор Тюменской области наградил ведущих специалистов в области медицины. В список награждаемых вошли: Илья Бакулин (неинвазивная нейромодуляция), Шамиль Гизатуллин (нейрохирургия), Сергей Готье (трансплантология), Владимир Крылов (нейрохирургия), Евгений Кукушко (травматология-ортопедия), Дмитрий Решетов (онкология), Александр Румянцев (детская гематология-онкология) и Юлия Рябинкина (анестезиология-реанимация). Александр Моор поблагодарил специалистов за их активную лекторскую деятельность и вклад в медицинскую науку и практику.
116 (не)излечимых заболеваний
Сегодняшние обсуждения посвящены репродуктивному здоровью, детской гематологии, онкологии и иммунологии. Такой акцент объясняется просто – дети это самое ценное, что есть у общества. Поэтому в России регулярно выделяются деньги на два масштабных проекта: «Круг добра», который обеспечивает пациентов с генетическими заболеваниями лекарствами, и неонатальный скрининг.
– Сегодня на всей территории Российской Федерации – от Владивостока до Калининграда – лечат 116 заболеваний, которые раньше не поддавались лечению. В том числе, в Тюменской области. Государство это оплачивает. Кроме того, организован неонатальный скрининг детей на наличие сорока заболеваний – у новорожденных берут кровь из пятки и делают генетический анализ, – объясняет заместитель президента Российской академии наук, президент Национального общества детских гематологов и онкологов Александр Румянцев. – Мы можем заранее знать, что у ребенка со временем разовьется заболевание, и начать лечить его заблаговременно. Иными словами, мы можем предотвращать развитие тяжелых, а нередко и смертельных недугов.
Фото Дмитрия Пименова
Восстановление после атаки дронов
На форуме также представлены доклады тех, кто работает на передовой. Они не понаслышке знают, что современные боевые травмы не похожи на ранения в Великой Отечественной войне.
– У бойцов диагностируют так называемый «дроновый травматизм» – мельчайшие осколки поражают человека. Как распределяются осколки и что с ними делать? Ответы на эти вопросы уже есть. Врачи работают с тяжелыми поражениями верхних и нижних конечностей, и даже их трансплантируют, – отмечает Румянцев. – Это новое слово в медицине, так как операция не похожа на пересадку органов. Надо пересадить функционирующую структуру, где работают нервы, где должны быть сшиты сосуды.
Новые почки вместо гемодиализа
Все остальное в сфере трансплантологии – «надстройка» над уже выработанными принципами работы: все знают, что и как делать, откуда брать органы. Что касается Тюменской области, то число трансплантированных органов здесь постепенно увеличивается. К примеру, за этот год пересажено уже четыре сердца.
– Но главное – трансплантация почек, потому что это наиболее массовая потребность, столько людей находится на гемодиализе. Соотношение должно смещаться в пользу трансплантации почки: это более гуманно, а продолжительность жизни при этом значительно выше, – подчеркивает хирург, трансплантолог, академик РАН Сергей Готье.
Сейчас трансплантация почки доступна по программе ОМС – это облегчает финансирование исследований. Число пересадок увеличивается на 200–300 операций в год. Вместе с тем увеличивается количество центров трансплантации в регионах и, что не менее важно, повышается их производительность. Все – благодаря работе организационного характера.
Фото Дмитрия Пименова
«Немая эпидемия» тромбозов
А что насчет помощи тяжелобольным? Отделение нейрореаниматологии Российского центра неврологии и нейронаук имеет самый большой в нашей стране опыт по продолжительности искусственной вентиляции легких – 23 года!
– Ни одно отделение в стране не может похвастаться такой длительностью ИВЛ! Это, конечно же, требует индивидуализированного подхода и учета всех возникающих сложностей. Например, проблеме венозных осложнений, – рассуждает доктор медицинских наук, руководитель службы реанимации Российского центра неврологии и нейронаук Юлия Рябинкина. – В литературе тромбоэмболические осложнения называют «немой эпидемией»: отсутствие клинических признаков тромбоза не означает, что его нет, и пациенты, к сожалению, погибают.
По данным Всемирной организации здравоохранения, тромбоэмболия легочной артерии занимает третье место среди причин смерти от сердечно-сосудистых заболеваний – после инфаркта и инсульта.
– Мы сейчас развиваем технологию, когда анестезиолог на короткий период времени лекарственным препаратом останавливает сердце, и за это время хирург виртуозно производит клипирование артерий, улучшая исходы нейрохирургического вмешательства, – делится передовыми исследованиями доктор медицинских наук. – Мы планируем дальше сотрудничать с Тюменской областью и помогать коллегам улучшать результаты хирургических вмешательств и выхаживания тяжелых нейрореанимационных пациентов.
Фото Дмитрия Пименова
Онкология больше так не страшна
В вопросах «лекарств от рака» секретов нет, заявляют эксперты. Все так же наиболее перспективным направлением считается использование знаний об индивидуальных свойствах опухоли. Далее на рак можно воздействовать на клеточном и даже субклеточном, то есть генетическом, уровне.
– Если задать простой вопрос, излечим ли рак, можно уверенно сказать – да, рак излечим, если он обнаружен на самой ранней стадии. Это понимание движет онкологию вперед и является одной из основных парадигм развития онкологической помощи – параллельно с разработкой новых способов лечения, – подчеркивает важность раннего выявления доцент кафедры онкологии и лучевой терапии Российского университета медицины Дмитрий Решетов.
И опять про искусственный интеллект
В медицине уже внедряются технологии, которые позволяют автоматизировать рутинные процессы – к примеру, быстрее писать заключения, не печатать каждое слово. Такие системы уже работают в реальных больницах: можно сделать подборку информации о пациенте, где будут собраны все актуальные результаты анализов.
– В первую очередь ИИ уже широко используется для анализа данных – без этого немыслима современная наука, – подчеркивает врач-невролог, руководитель группы неинвазивной нейромодуляции Российского центра неврологии и нейронаук Илья Бакулин. – Уже есть первые лекарства, которые полностью созданы искусственным интеллектом. Если раньше путь создания лекарств занимал 15–20 лет, то сейчас его можно пройти за год-полтора – от идеи до молекулы.
Фото Дмитрия Пименова
От искусственного интеллекта до трансплантации целых конечностей – будущее медицины обсудили ведущие академики и местные практикующие специалисты на конференции «Университетская клиника». Она прошла в Тюмени 13 ноября.
– Технологии, принятые в ведущих федеральных центрах, стали повседневной практикой наших операционных, – подчеркнул глава региона Александр Моор.
Фото Дмитрия Пименова
Губернатор Тюменской области наградил ведущих специалистов в области медицины. В список награждаемых вошли: Илья Бакулин (неинвазивная нейромодуляция), Шамиль Гизатуллин (нейрохирургия), Сергей Готье (трансплантология), Владимир Крылов (нейрохирургия), Евгений Кукушко (травматология-ортопедия), Дмитрий Решетов (онкология), Александр Румянцев (детская гематология-онкология) и Юлия Рябинкина (анестезиология-реанимация). Александр Моор поблагодарил специалистов за их активную лекторскую деятельность и вклад в медицинскую науку и практику.
116 (не)излечимых заболеваний
Сегодняшние обсуждения посвящены репродуктивному здоровью, детской гематологии, онкологии и иммунологии. Такой акцент объясняется просто – дети это самое ценное, что есть у общества. Поэтому в России регулярно выделяются деньги на два масштабных проекта: «Круг добра», который обеспечивает пациентов с генетическими заболеваниями лекарствами, и неонатальный скрининг.
– Сегодня на всей территории Российской Федерации – от Владивостока до Калининграда – лечат 116 заболеваний, которые раньше не поддавались лечению. В том числе, в Тюменской области. Государство это оплачивает. Кроме того, организован неонатальный скрининг детей на наличие сорока заболеваний – у новорожденных берут кровь из пятки и делают генетический анализ, – объясняет заместитель президента Российской академии наук, президент Национального общества детских гематологов и онкологов Александр Румянцев. – Мы можем заранее знать, что у ребенка со временем разовьется заболевание, и начать лечить его заблаговременно. Иными словами, мы можем предотвращать развитие тяжелых, а нередко и смертельных недугов.
Фото Дмитрия Пименова
Восстановление после атаки дронов
На форуме также представлены доклады тех, кто работает на передовой. Они не понаслышке знают, что современные боевые травмы не похожи на ранения в Великой Отечественной войне.
– У бойцов диагностируют так называемый «дроновый травматизм» – мельчайшие осколки поражают человека. Как распределяются осколки и что с ними делать? Ответы на эти вопросы уже есть. Врачи работают с тяжелыми поражениями верхних и нижних конечностей, и даже их трансплантируют, – отмечает Румянцев. – Это новое слово в медицине, так как операция не похожа на пересадку органов. Надо пересадить функционирующую структуру, где работают нервы, где должны быть сшиты сосуды.
Новые почки вместо гемодиализа
Все остальное в сфере трансплантологии – «надстройка» над уже выработанными принципами работы: все знают, что и как делать, откуда брать органы. Что касается Тюменской области, то число трансплантированных органов здесь постепенно увеличивается. К примеру, за этот год пересажено уже четыре сердца.
– Но главное – трансплантация почек, потому что это наиболее массовая потребность, столько людей находится на гемодиализе. Соотношение должно смещаться в пользу трансплантации почки: это более гуманно, а продолжительность жизни при этом значительно выше, – подчеркивает хирург, трансплантолог, академик РАН Сергей Готье.
Сейчас трансплантация почки доступна по программе ОМС – это облегчает финансирование исследований. Число пересадок увеличивается на 200–300 операций в год. Вместе с тем увеличивается количество центров трансплантации в регионах и, что не менее важно, повышается их производительность. Все – благодаря работе организационного характера.
Фото Дмитрия Пименова
«Немая эпидемия» тромбозов
А что насчет помощи тяжелобольным? Отделение нейрореаниматологии Российского центра неврологии и нейронаук имеет самый большой в нашей стране опыт по продолжительности искусственной вентиляции легких – 23 года!
– Ни одно отделение в стране не может похвастаться такой длительностью ИВЛ! Это, конечно же, требует индивидуализированного подхода и учета всех возникающих сложностей. Например, проблеме венозных осложнений, – рассуждает доктор медицинских наук, руководитель службы реанимации Российского центра неврологии и нейронаук Юлия Рябинкина. – В литературе тромбоэмболические осложнения называют «немой эпидемией»: отсутствие клинических признаков тромбоза не означает, что его нет, и пациенты, к сожалению, погибают.
По данным Всемирной организации здравоохранения, тромбоэмболия легочной артерии занимает третье место среди причин смерти от сердечно-сосудистых заболеваний – после инфаркта и инсульта.
– Мы сейчас развиваем технологию, когда анестезиолог на короткий период времени лекарственным препаратом останавливает сердце, и за это время хирург виртуозно производит клипирование артерий, улучшая исходы нейрохирургического вмешательства, – делится передовыми исследованиями доктор медицинских наук. – Мы планируем дальше сотрудничать с Тюменской областью и помогать коллегам улучшать результаты хирургических вмешательств и выхаживания тяжелых нейрореанимационных пациентов.
Фото Дмитрия Пименова
Онкология больше так не страшна
В вопросах «лекарств от рака» секретов нет, заявляют эксперты. Все так же наиболее перспективным направлением считается использование знаний об индивидуальных свойствах опухоли. Далее на рак можно воздействовать на клеточном и даже субклеточном, то есть генетическом, уровне.
– Если задать простой вопрос, излечим ли рак, можно уверенно сказать – да, рак излечим, если он обнаружен на самой ранней стадии. Это понимание движет онкологию вперед и является одной из основных парадигм развития онкологической помощи – параллельно с разработкой новых способов лечения, – подчеркивает важность раннего выявления доцент кафедры онкологии и лучевой терапии Российского университета медицины Дмитрий Решетов.
И опять про искусственный интеллект
В медицине уже внедряются технологии, которые позволяют автоматизировать рутинные процессы – к примеру, быстрее писать заключения, не печатать каждое слово. Такие системы уже работают в реальных больницах: можно сделать подборку информации о пациенте, где будут собраны все актуальные результаты анализов.
– В первую очередь ИИ уже широко используется для анализа данных – без этого немыслима современная наука, – подчеркивает врач-невролог, руководитель группы неинвазивной нейромодуляции Российского центра неврологии и нейронаук Илья Бакулин. – Уже есть первые лекарства, которые полностью созданы искусственным интеллектом. Если раньше путь создания лекарств занимал 15–20 лет, то сейчас его можно пройти за год-полтора – от идеи до молекулы.
