Небесный тяжеловес: истории легендарного Ми-26

В небе на несколько мгновений завис вертолет. Сейчас – как и 40 лет назад, в момент первого запуска – Ми-26 поражает своей мощью. Он стал главным помощником нефтегазовой промышленности – на нем перевозили буровые вышки, вагоны. Эти вертолеты рассекали небо Канады, Африки. К юбилею легендарного Ми-26 ветераны авиации вспомнили свою молодость, покорение Севера и рассказали о полетах во снах. // «Тюменская область сегодня»

На службе и в Тюмени, и в Конго

На постаменте у аэропорта Рощино установлен символ советской авиации – самолет Ту-134. Вы когда-нибудь задумывались, как он там оказался? 30 октября 2019 года самолет подвесили с помощью двух подъемных кранов к вертолету Ми-26. Этим сложным процессом руководил бортоператор. В итоге самолет аккуратно установили на постамент с воздуха.

– Ми-26 может поднять или внутри себя 20 тонн, или на подвеске те же 20 тонн. Много-много всяких грузов перевозили: вагончики, автомобили, трубы, – вспоминает Владимир Морозов, в прошлом командир-инструктор Ми-26.

На этом вертолете он летал суммарно более 9 000 часов. Также ему довелось поработать на Ми-4, Ми-6, Ми-8. Летал и на Севере при -40 градусах, хотя, конечно, у любой техники есть пределы – и по температуре, и по высоте. Владимир Васильевич признается – работать было очень интересно, но по-житейски сложно. Жена и дети подолгу ждали его возвращения. А сколько командировок было... не счесть:

– Вот в Канаде трудились с 2006 по 2009 год. Там у них перебрасывали алмазную промышленность, 600-тонный экскаватор. Они его попилили на куски, а мы перевозили, долго там работали. А еще буровые, вагончики, трактора, – перечисляет Морозов. – В Африке был. Первая командировка – Сомали, это 1993 год. И дальше уже Сьерра-Леоне, Либерия, Конго. Успел повидать красоту. Романтика – она всегда есть, главное быть молодым душой.

А после Владимир Васильевич добавляет – ему и сейчас снятся полеты. Причем чаще всего во снах он летает именно по северному небу.

Перевезти буровую за сутки

– Для нефтяников самые тяжелые грузы – это трактора. Они и по 18, и по 20 тонн весили. Перетаскивали буровую. Их разбирали на несколько частей. Там получалось 30 подвесок. И это значит, что за 30 рейсов одну буровую за сутки можно перевезти, – вспоминает Анатолий Уткин, бывший командир Ми-26. – Мы зависаем, рабочие подходят и цепляют к нам груз. А мы потом медленно поднимаем, взлетаем и ставим туда, куда надо. Это прямо ювелирная работа. Вот когда я на Ми-6 трудился, там грузы были по 5 тонн. Ну рванул резко – ничего страшного. А если тут рывок будет – это катастрофа.

Анатолий Иванович отдал 46 лет жизни авиации. Летал в командировки по пять-семь месяцев – о Ми-26 многое знает и в теории, и на практике. В юности мечтал смотреть на землю свысока, как птицы. Всё было интересно – изучал аэродинамику, узнал, что можно летать и без двигателей и при этом садиться мягко на маленькую площадку – метров 50 и всё. Это, кстати, называется авторотацией.

Фото Сергея Куликова

А еще на долю Уткина выпали первые полеты на Ми-26. Ми-6 к этому времени уже не справлялся с нагрузкой, и новую модель доставили в Тюмень, Сургут, Нижневартовск. Были ли наши летчики первыми из первых? Анатолий Иванович скромно поправляет – скорее, первыми после нулевых. Ми-26 делали в Ростове, там же проводили испытания. Переучивали летчиков в кременчугском летном училище.

– Конечно, уважали нас. Как-то перегоняли новый вертолет из Ростова, а там есть деревня с небольшим аэродромом. Диспетчер кричит нам: «Пожалуйста, пролетите над нашим аэродромом! Рад вас видеть!» Ну мы и летим. Смотрим, на этом аэродромчике столько народу собралось. Они первый раз видели такой полет и кричали – как НЛО, получается. Докладываем диспетчеру про полет, а никто не отвечает. Оказалось, он тоже побежал смотреть.

Новые взлеты – за молодыми

В Советском Союзе юноши хотели стать космонавтами, моряками, летчиками – дух эпохи обязывал быть мечтателями в суровых условиях. Каждый мог стать героем и покорить Север.

– Я же был рожден еще во времена романтики, книжки мы читали правильные. И это была детская мечта, может, простая, банальная, – вспоминает Дмитрий Стрельцов, вице-президент, летный директор АО «ЮТэйр – Вертолетные услуги», заслуженный пилот РФ. – Реальность, конечно, более прозаичная. Потому что с определенного момента это становится не только увлечением, но и работой. А к ней надо относиться по-серьезному. Мелочей нет.

По его словам, студенты с первых дней учебы понимают, какая это сложная профессия – здесь надо трудиться, учиться, чтобы точно знать, что делать в экстренных ситуациях:

– Я очень не люблю людей, которые работают непрофессионально – слабы на знания и делают всё на авось. Стараемся таких не держать и трудиться с профессионалами, которые переживают за свое дело.

И всё же романтики, мечтающие покорять небо, не перевелись. На смену ветеранам приходят молодые кадры.

Для Антона Евстифеева авиация – дело семейное. Его папа был командиром Ми-8, часто брал сына с собой. Антон особенно тепло вспоминает детство, да и сейчас с отцом они часто говорят о работе. За десятилетия поменялось многое и, вместе с тем, практически ничего:

– Наши основные заказчики, как и сейчас, так и в советское время, – это нефтегазовая отрасль. Доставка оборудования, продуктов для нужд нефтегазовой промышленности, геологоразведки. Сейчас отец уже на пенсии. Мы все летаем до определенного момента. Ежегодно проходим врачебно-летную комиссию. И наступает пора, когда летчик спускается на землю и ведет спокойный образ жизни. Хотя небо тянет обратно…

Дети сменили родителей. Антон – а сейчас, точнее, Антон Викторович – командир летного отряда № 7 в Красноярске. Некоторое время назад у него появился еще один статус – он стал отцом:

– Сейчас моему сыну пять лет. И я хочу, как когда-то хотел мой отец, чтобы сын пошел в авиацию. Сейчас играет в самолетики, вертолетики... Да и в реальном вертолете летает иногда. Нет-нет, да катаю его. Приучаю к любви с детства. Хочется, чтобы у него в воспоминаниях остались такие же яркие моменты, как и у меня с отцом.

Читайте также:

Александр Бастрыкин поручил возбудить уголовное дело из-за задержек зарплат тюменцам

«Мне было прикольно. Остался на всю жизнь»: откровения художника Тюменского театра кукол