Вся сила – в женщине
Люди военные знают цену женской любви и преданности
![Фото Сергея Елесина](/i/ncr1058/676/227676/tn_227676_2ceb99255b2834e.jpg)
Жена военного – предназначение и особая судьба, которая по плечу далеко не каждой представительнице слабого пола. Преданная, надежная, стойко переживающая разлуки и бытовые неурядицы подруга – счастье офицера, его опора. Именно такая Наталья Сайфуллина, избранница Героя России, полковника Рустама Сайфуллина. Хрупкая, улыбчивая и нежная женщина рассказала, как поддержать мужей, любимых мужчин, стать для них опорой и надежным тылом.
– Наталья, ваш супруг всегда говорит о вас с теплотой и уважением. Где он встретил вас, свою счастливую звезду?
– Мы познакомились в городе Шали Чеченской Республики. Рустам только закончил ТВВИКУ и выбрал Чечню местом службы, а я работала в военной части бухгалтером. Старший лейтенант Рустам Сайфуллин приносил мне отчетные финансовые документы, шутил да подмигивал. Такой харизматичный, веселый – располагал к себе, очень мне нравился. Когда сделал предложение, приняла его не раздумывая.
– Быть женой военного – значит быть готовой к расставаниям, переездам, ожиданиям, а еще не беспочвенным, а самым настоящим тревогам за жизнь и здоровье любимого человека. Сразу было понимание, на что идете?
– В моем роду не было военных, но моя собственная служба в военной части вполне продемонстрировала трудности этой жизни. Я, конечно, понимала, что меня ждет. У нас даже свадьбы не было. Некогда было к ней готовиться и собирать гостей. Рустам постоянно в командировках: в то время обезвреживал минные поля на Северном Кавказе, которые остались еще с Великой Отечественной войны. Работы было много. Я тоже носила военную форму и берцы. Построение, стрельбы, нормативы – все это мне знакомо. Но несмотря ни на что, из нас получилась счастливая семья, мы воспитываем троих детей. Старшей, Евгении, сейчас 16 лет, Эмилии – 11 лет, сыну Тамерлану – 8. Я ни разу не пожалела о своем выборе.
– Как часто приходилось переезжать?
– Часто. У Рустама всегда были командировки, он участвовал в трех военных конфликтах: Чечня, Украина, Грузия. Мы жили в Шали, Москве, Уфе, Ишиме, недавно переехали в Тюмень. Мужа переводят с места на место, и мы за ним. Два часа на сборы. Снялись, поехали. Привыкли. Даже дети к переездам относятся спокойно, с пониманием. Надо значит надо. Хотя это непросто: собираешь вещи, потом на новом месте ждешь контейнер, как-то обходишься без всего. А еще нужно сменить садик, школу, поликлинику… Переезд в Тюмень я организовывала одна, потому что муж лежал в госпитале. Спасибо, его сослуживцы очень помогали и в Тюмени хорошо встретили.
– Где больше всего понравилось жить?
– Нет, пожалуй, такого места, в каждом свои плюсы и минусы. Нам главное, что вместе. На первой нашей квартире в Чечне можно было считать звезды, глядя в потолок, а когда шел дождь – мы только успевали подставлять ведра, чтоб не залило весь дом. Спокойно и комфортно, стабильно и определенно никогда не было. Бывало такое, что муж приходил вечером с работы и говорил: «Собираемся, завтра отпуск!» Хотя чаще, конечно, наоборот: он вдруг уезжал в командировку, а мы оставались.
– Как проводите те редкие моменты, когда семья собирается вместе?
– Бывают такие дни, и это праздник. Не остаемся в такие моменты дома, обязательно куда-то едем. Выбираем активный совместный отдых. Перед спецоперацией побывали в горах, на Эльбрусе. Любим лыжи, походы.
– Офицеров считают нетерпимыми к нарушению правил, требовательными, жесткими, огрубевшими на войне людьми. Профессиональная деформация сказывается на семейных отношениях?
– Все зависит от человека, его характера, воспитания. На службе Рустам, конечно, строгий и требовательный, а дома – это любящий, заботливый, внимательный муж и отец. Мы с ним понимаем друг друга с полуслова, полувзгляда, порой и не нужно объяснений. Мой долг и мое искреннее желание – быть с ним рядом, когда нужно, терпеливо ждать. Мужчины хоть и видятся нам снаружи сильными, мужественными, в прямом и переносном смысле бронированными, но на самом деле очень ранимы и нуждаются в поддержке. Да, в их руках автоматы, но они не сдаются именно потому, что за их спинами семьи: жены, дети, родители, Родина.
– Наталья, когда началась спецоперация, что-то изменилось в вашей жизни?
– Для нашей семьи режим жизни особо не изменился, потому что супруг не в первый раз участвует в военных конфликтах. Но значительно повысился общий уровень тревоги в стране. Я понимала, что каждый день мог стать для Рустама или его боевых товарищей последним. Информации мало, сотовой связью пользоваться нельзя. Иногда мы общались по спецсвязи через военную часть. Муж заказывал звонок, вызывал нас. И пару минут можно было поговорить. В основном, о том, как живем мы. О том, что происходит в его реальности, муж рассказывать не мог, да и не хотел – всегда берег нас от лишних страхов и тревог.
![Фото Сергея Елесина](/i/ncr1058/676/227676/tn_227676_2ceb99255fc71fd.jpg)
– Как справляетесь с тревогой?
– Вера в победу, в жизнь, в любовь выручают. Когда занимаешься делами, некогда тревожиться. Важно не лежать, а двигаться, заботиться о других. В самые тяжелые моменты меня родные поддерживали, дети. Я старалась не подавать виду, что переживаю, но они чувствовали. Сын Тамерлан часто подходил ко мне, обнимал, говорил, что любит меня, что папа живой и обязательно вернется домой. Общение с женами офицеров из нашей части очень помогало. Сейчас по всей стране идет проект «Жены героев». Мы в военной части Ишима тоже сфотографировались в формах наших мужчин, сделали видеоклип. Вместе, объединившись, легче ждать.
– Как часто вы видели мужа с начала спецоперации?
– Первый раз – когда он 5 марта 2022 года получил ранение. Рустама эвакуировали в московский госпиталь. Мы с сыном полетели туда, дочки остались дома. Ранение было не очень тяжелым, и я понимала, что муж не поедет домой, и как только придет в себя, отправится обратно, к своим ребятам. Он всегда говорит, что полк – его вторая семья. Так и случилось: он даже не долечился, вернулся на передовую. В его спине, ногах осталось шесть осколков, которые даже не достали. Врачи объяснили, что нужно время, чтобы они прижились, а не мигрировали по телу. И вот тогда их можно будет безопасно извлечь. В тот раз мы побыли рядом с Рустамом четыре дня. Второе ранение он получил 10 мая. Из военной части мне позвонили рано утром. Еще не подняв трубку, почувствовала сильное волнение, сразу спросила: «Жив?!»
– Сейчас мы знаем, что жив, и после тяжелейшего ранения уже может ходить. В своем выступлении в День защитника Отечества Рустам Галиевич публично поблагодарил вас за поддержку. Не только врачи, но и ваша забота и любовь поставили его на ноги. А что поддерживало в то время вас?
– Меня – бесконечная любовь к мужу и наши дети. У нас это взаимно. Рустам проявил величайшую жажду жизни, говорил, что будет жить. Мы всей семьей поехали к нему в Москву, даже кошку с собой взяли. Товарищи супруга, военные инженеры в отставке, организовали нам проживание в гостинице. Муж, конечно, был в тяжелом состоянии, похудевший, изможденный. Перенес 12 операций, по две в неделю. Я не могла показать ему свою слабость, держалась: никаких слез, только слова поддержки. В госпитале попросилась на кухню и готовила домашнюю еду: то, что любит муж, была рядом, ухаживала. Он считает, что это помогло ему выжить и поправиться. Все время повторял: «Вы – мое все, люблю вас».
– Наталья, а какие у вас личные желания? Чем хотите заниматься: может быть, работать или целиком посвятить себя семье, заняться общественной деятельностью, каким-то хобби?
– Занимаюсь образованием детей, их кружки, секции, дом – все на мне. Сын ходит на карате, у него уже синий пояс, девочки играют в волейбол. Мы всегда были скромной, непубличной семьей. Но теперь нас приглашают на патриотические торжества, в школы и детские сады – на уроки мужества. Быть женой Героя России – большая ответственность. Дети наши тоже не могут подвести папу, стараются хорошо учиться, быть достойными отца. Ребятам, с которыми общается мой супруг на военно-патриотических встречах, всегда желаю успехов и счастья. Дети России – будущее, ради которого наши мужчины готовы отдать жизнь. По большому счету, я себе не принадлежу. Иду за мужем, за его делом, поддерживаю тех, кому нужна моя помощь. В этом и счастье.
– Ваши пожелания женам, матерям, дочерям кадровых военных, мобилизованных, добровольцев, контрактников, которые находятся сейчас в зоне спецоперации?
– Сила мужчины напрямую зависит от состояния женщины, которая его ждет. Если в тылу все в порядке, бойцы выполнят задачи на сто и двести процентов. Поэтому будьте вашим мужчинам опорой, верьте в них, любите, думайте о светлом и хорошем. Они это обязательно почувствуют. Муж рассказывал мне, насколько бережно воины хранят фотографии любимых, их письма из дома. Детские послания, которые отправляют в гуманитарных грузах, мужчины носят на груди, развешивают в блиндажах, зачитывают их до дыр. Молитва, моральная поддержка, любовь неимоверно важны. Помните об этом, и когда набегут тревожные мысли, смахните слезу и улыбнитесь.