Тюменка о поиске предков: генеалогия – это про азарт, гипотезы и доказательства
За три года Екатерина Сергеева нашла около 1 700 своих родственников до 16-го колена
![Фото предоставлено Екатериной Сергеевой, автор Полина Егорова Фото предоставлено Екатериной Сергеевой, автор Полина Егорова](/i/ncr1058/007/212007/tn_212007_1c0fb1c43ddd96e6.jpg)
Составлять свое генеалогическое древо тюменка Екатерина Сергеева начала более трех лет назад. За это время она внесла в него около 1 700 имен родственников, 400 из которых являются прямыми предками девушки.
Екатерина активно ведет блог и мотивирует своих подписчиков и знакомых любить и изучать историю семьи. К сожалению, часто люди загораются этим, а потом встречают определенные трудности и опускают руки. Почему так происходит, девушка рассказала корреспонденту издания «Тюменская область сегодня».
- Иногда на человека валится очень много информации сразу, и он просто не успевает ее перерабатывать. Со мной тоже такое было, когда поток новых имен и фактов буквально вылился на меня водопадом. В таком потоке очень легко захлебнуться. Но бывает и наоборот, когда в поисках приходится долго стучать в какую-то закрытую дверь, подбирать к ней ключи, и в конце концов интерес теряется. Перегореть можно и от недостатка находок, и от их избытка. Я всегда говорю: если вам кажется, что вы в тупике, то надо прежде всего отдохнуть. Многие опытные исследователи сталкивались с таким парадоксом: когда приходит время, то нужная информация как будто сама приходит в руки. Это самый первый совет, – делится Екатерина Сергеева.
Бывает и так, что люди не могут грамотно рассчитать свои силы: они сталкиваются с сопротивлением родственников, узнают какие-то неприятные факты.
- В эмоциональном плане это бывает очень тяжело. И тут важно помнить: вы делаете важное дело, но нужно заботиться о себе. Делать ровно столько, сколько можете, – отмечает исследователь.
Кому-то поиски даются легче, кому-то сложнее. Но о том, что информация порой сама находит искателя, Екатерина не лукавит. Это она может подтвердить собственными примером.
- У меня есть ветки, предки по которым жили веками на одном и том же месте. Например, недавно я узнала, что мой предок Семейка (то есть Семен) Бадрызло упоминается в дозорной книге Тюмени 1623 года – это пятнадцатое поколение, если считать от меня. Его потомки веками жили в Антипино и звались уже Бадрызловыми, и до сих пор в Тюмени Бадрызловых очень много, – поясняет тюменка.
В наших краях отмечается отличная сохранность источников, ищи не хочу, и вопрос здесь только в терпении.
- А есть в моем роду переселенцы, например, из Коми края (тогдашней Вологодской губернии), по которым было непросто найти место их прежнего жительства. И без того распространенная во всех регионах фамилия Попов, имя Иван, документ с упоминанием родной деревни написан ужасно неразборчиво. Пришлось поломать голову, пока не разгадали эту загадку совместно с замечательными людьми, которые мне помогали, – добавляет Екатерина.
Где-то рядовой исследователь упирается в отсутствие фамилий. Сегодня странно об этом думать, но еще каких-то сто с небольшим лет назад во многих губерниях фамилии в документах много где вообще не записывали, не говоря уже о более ранних периодах.
Фото предоставлено Екатериной Сергеевой, автор Полина Егорова
- В Сибири такого почти не было, и те, кто прибывал сюда без официальной фамилии, быстро ее получали: например, по месту своей родины, не зря у нас столько фамилий вроде Устюжанин (то есть из Устюга) или Сысолятин (то есть с реки Сысолы). В самых ранних источниках, которые я изучала, так и написано: «сказался родом де он Ерофейко Устюжанин». Моя собственная фамилия, вернее, фамилия моего мужа – это на деле не фамилия, а отчество первого из его предков, переселившегося в Тобольскую губернию из Калужской. Сергеев, Пантелеев, Семенов, Лаврентьев, Иванов – у всех тогдашних переселенцев подобные фамилии, – делится девушка.
Иногда человеку может показаться, что он зашел в тупик. Например, по какой-то причине нужный ему документ потерялся или сгорел. Так бывает в регионах, пострадавших от войны. Какую-то информацию можно восстановить по косвенным источникам, но сделать это не всегда удается. Тут важно вовремя остановиться, цитирует Екатерина свою тезку Екатерину Дворникову, архивиста из Рязани.
- У меня самой были тупиковые ситуации, которые словно сами собой разрешались – иногда в неожиданный момент. Когда я нашла, например, запись о рождении прабабушки четко в ее день рождения – оказалось, что она родилась на год раньше даты, записанной в паспорте. Когда я искала предков из Коми – настал момент, и мне указали на один любопытный фонд в челябинском архиве. Есть еще тупик, из которого я пока не вышла: моего предка Антона Китаева сослали в Тобольскую губернию из Тисовского завода Пермской губернии, но я пока не могу установить, когда именно. Слишком большой разброс – не раньше 1858 года и не позднее 1876. Но не теряю надежды, что смогу сузить эти рамки, – делится исследователь.
Сейчас девушка работает над книгой, которую планирует посвятить одной из своих многочисленных веток. Рассказать о прямых предках, Чикишевых из села Мальково, она решила не просто так.
- Во-первых, написать сразу про всех невозможно, слишком сложной получилась бы структура. А во-вторых, именно эта ветка казалась мне наиболее изученной, два года назад я думала: я нашла про них все, что можно было найти. Конечно, я ошибалась, потому что в процессе работы над книгой обнаружила еще множество источников – и из 20-го века, и из 18-го. И думаю, что это не предел. Моя история была задумана как родословная книга с краеведческой главой. Чикишевы жили в Мальково как минимум с 1680 года. Было бы странно совсем не рассказать о земле, на которой род жил и разрастался в течение нескольких веков.
Когда я начала искать источники по краеведению, то оказалось, что их крайне мало и почти все из них – довольно низкого качества. Считается общепринятой версия, что при первых упоминаниях деревня называлась Манькова, и я нашла ее происхождение: это записано в книге ученого, исследователя Сибири Петра Буцинского. Вслед за ним эту версию повторяют примерно все, кто что-нибудь про Мальково пишет. При этом в дозорной книге, на которую ссылается Буцинский, довольно четко написано «Малкова» или «на Малкове яру» – я своими глазами видела сканы первоисточника. И это только один пример, – говорит Екатерина Сергеева.
Старый храм в Мальково. Фото Екатерины Сергеевой
Девушку увлекли материалы краеведческого характера, которые она нашла не только в архивах Тюмени и Тобольска, но и в фондах федеральных московских архивов. Ей удалось подробно описать историю мальковского Спасского прихода от 1700 года до изъятия церковных ценностей в 1922 году, составить список служивших в нем священников. О священно- и церковнослужителях Спасской церкви у тюменки подобралась целая коллекция историй. Долгое время в Мальково служили ее родственники Баженовы, по их роду она тоже собрала информацию.
- Мне удалось найти довольно много сведений про появление в Мальково школы – первым в 1839 году начал учить детей грамоте пономарь Максим Баженов (он потом стал священником, первым настоятелем прихода в селе Шорохово), а когда в 1864 году официально открылось училище, то учителями в нем стали священник Иоанн Иноземцев и его жена матушка Маремьяна. Собственно, отец Иоанн занимался обучением грамоте детей и взрослых с момента своего назначения в Мальково в 1862 году, принимая учеников у себя на квартире или посещая их дома. Он даже за свой счет приобретал учебники, а иногда и одежду и обувь для учеников, – поясняет Екатерина.
Помимо двух этих направлений в книге будет рассказ про то, какими профессиями владели жители Мальково, о сельской кооперации – кредитном товариществе и первых потребительских обществах, об открытии в селе казенной винной лавки. Временные рамки автор ограничила 1927 годом, когда ее предки переселились из Мальково в деревню Новые Борки.
- В общем, моя книга постепенно превратилась из родословной в краеведческую. Когда я начинала над ней работать, то ее целевой аудиторией видела широкий круг моих родственников. Книга – это вообще самый логичный результат генеалогических поисков, их оформление, лучший способ рассказать о своих находках. Теперь, конечно, моя книга будет рассчитана на более широкий круг читателей – на тех, чья жизнь так или иначе связана с Мальково.
Я хочу рассказать тем, кто будет читать эту книгу, что село – это не просто точка на карте, а четыре века очень даже интересной истории. Что в этой истории были свои герои, очень много достойных, замечательных людей. Может быть, кто-то опознает среди них своих предков. А может быть кого-то моя книга вдохновит на более подробное исследование истории своего рода, – отмечает тюменка.
Говоря о своей мотивации в поиске предков, Екатерина в первую очередь отмечает свой род. Род – это прочная опора.
- В психологическом плане знание своих корней дает очень мощную базу, поддержку, осознание себя частью большого целого – и, пожалуй, какое-то чувственное ощущение любви и бессмертия. А во-вторых, генеалогия – это просто интересно. Это про азарт, про «игру в сыщиков», про поиск причин и следствий, про гипотезы и доказательства. Волшебной кнопки, по которой можно было бы найти все сразу, не существует, приходится напрягать голову – это увлекает.
Супруги Мокины. Фото Екатерины Сергеевой
Одной из самых ценных своих находок девушка называет восстановление судьбы прапрадеда Константина Николаевича Мокина. Он был иконописцем и художником, жил в селе Холуй современной Ивановской области.
- В 1937 году он был арестован, репрессирован, умер в заключении. В семье о нем знали только то, что после ареста его никто больше не видел. Понемногу я смогла восстановить его биографию: в каких мастерских работал, когда служил в армии, какое звание имел, когда родились его дети, когда был в австрийском плену. Получила из ФСБ и МВД архивные данные по аресту, суду и пребыванию в заключении, даже фото из уголовного дела мне прислали. Я лично ездила в Холуй, видела дом, где жили Мокины, общалась с местным краеведом – теперь о моих Мокиных будут помнить и на родине. Если это не самое важное дело в моей жизни, то одно из них.
Еще одна дорогая находка – две фотографии другого прапрадеда, Петра Григорьевича Китаева. Одну Екатерина смогла получить из партархива, а другую увидела на его могиле, до которой не без приключений добралась полгода назад. Тюменке очень греет душу то, что имя Петра Китаева помнят самые разные люди до сих пор – он был первым председателем колхоза в Новых Борках.
Петр Григорьевич Китаев.
Фото предоставлено Екатериной Сергеевой
- И, конечно, не могу не сказать еще об одном. Генеалогические поиски не всегда направлены только в прошлое. Благодаря своей работе я смогла с кем-то из родных познакомиться, а с кем-то восстановить связи. Меня находили родственники разной степень дальности через соцсети, через публикации в СМИ, кому-то я сама писала в соцсетях, мы встречались, общались. Мне кажется бесценным то, что родственные связи существуют не только в виде бумаг и веток генеалогического древа, но и как реальное душевное тепло, – уверена тюменка.
Следите за нами в социальных сетях: «ВКонтакте», «Одноклассники». Подписывайтесь на Telegram-канал, и TikTok.