×
В социальных сетях
В печатной версии

«А мир красивый и огромный считал секунды тишины...»

14.05.2015
00:32
«А мир красивый и огромный считал секунды тишины...». . Память Я помню – сорок первый грозовойВорвался в наш июнь зловещим громом.И помню – в сорок первом – молодойОтец прощался с нами у райкома. Стоял он твердо, сильный и большой,Обняв жену и дочь, два юных сына.И мне сказал: «Ты у меня старшой,Держись, мой сын, и в доме будь мужчиной». А старший, нос проворно утерев,Тесней прижавшись к материнской юбке,Сквозь гул толпы, многоголосый ревОтцу пытался подарить улыбку. И помню сорок третий. ПочтальонВ глаза не смотрит, лучше уж наврал бы.Но голосом чужим читает он:«Отец, в бою под Псковом, смертью храбрых». И помню сорок пятый, голубей,И радость, что потоками несется.И слезы вдов, и слезы матерейПо тем, кто никогда к ним не вернется. Пусть кто-то врет, что  в парках и садахО них остались только обелиски.Стоявших на  смертельных рубежахМы помним всех, далеких нам  и близких. И в будний день, и в праздник всей страныДавайте чтить мы эту память свято.За всех, кто не пришел домой с войны,Я вас прошу, я – сын того солдата. Николай Зензин, г. Тюмень * * * Я не знаю дедовой могилы.На нее не принесу цветы.Никогда мне даже с Божьей силойНе заполнить этой пустоты.Не нашли его по старым спискам –Затерялся дед среди войны.Может, он под старым обелиском,Где не все фамилии видны.Никогда не быть ему усталым,Немощным, ворчливым и седым.На военном снимке обветшаломДед навек остался молодым.И сегодня, празднуя Победу,В день, когда от яблонь все  в дыму,Подарю букет чужому деду,Благодарно поклонюсь ему.Может, внук его сейчас не близко.И от всей душевной доброты,Может, он  стоит у обелиска –Деду моему принес цветы. Любовь Анохина, г. Тюмень ДрессировщикНа основе реальных событий… За годы Великой Отечественной войны собаки-камикадзе ценой своей жизни уничтожили более 300 танков противника… Его призвали в первый день войныСо всеми подопечными из взвода,Он их дрессировал уже полгодаДля пограничных войск родной страны. И тут война… Он получил приказ:«Переучить собак, и месяц сроку!От «сыщиков» сейчас не много проку,Готовь бойцов! Бойцы нужны сейчас!» Он их готовил для борьбы с врагом:В бою бросаться с минами под танки:Привязывал им на спину болванки,Подкармливая после сахарком… Они виляли преданно хвостом,Когда он гладил их рукой по холкеИ говорил им в шутку: «Вы же волки!А нежности телячьи на потом!»……Они погибли в первом же бою,Хозяину так беззаветно веря!(Невелика, казалось бы, потеря:Ну, отдали собаки жизнь свою) Атака захлебнулась, кончен бой:Дымятся восемь «Тигров» у окопа,Приехал штаб (с командующим) скопом,Увидеть лично, что там за герой? Он перед ними даже не привстал,Сжав голову дрожащими руками,И в блиндаже подсумок с поводкамиЕго питомцам памятником стал… …Он выл, как волк на полную луну,И ничего не ел вторые сутки,Скрипел зубами, с выраженьем жутким,Ночную нарушая тишину… Его решили «сплавить» в медсанбат, –Душевная не заживала рана.Обняв его, как брата, утром рано,«Спасибо!» – прошептал ему комбат. …Потом, когда закончилась война,Он долго жил один в лесной избушке,Вытачивая детские игрушки –Собачек из кедрового бревна… Владислав Корнилов, г. Тюмень Утро 22 июня Район границы мирно спалВ предчувствии воскресных сует.А мир, а мир еще не знал,Что он уже не существует. Рассвет таился на востоке,В траве кузнечиком шурша.И все воздушные потокиОстановились не дыша. Вокруг сады дремали томно.Ничто не чуяло войны.А Мир красивый и огромныйСчитал секунды тишины. * * * Они ушли и не вернулись.Они под пули не прогнулись.От офицера до бойцаВсе бились насмерть, до конца. А после смерти бестелесно,В Христовом воинстве небесном,Кто ангелом, а кто и нет,России служат много лет. Сергей Камышников, г. Тюмень Взятие Рейхстага Была война, моя ль вина,Что я не призван в сорок первом,И не сошел тогда с ума,Когда рвались, как струны, нервы?Я в той войне не воевал,Я не стрелял из автомата,Сраженный пулей наповал,Не дослужился до комбата!Не я от боли в небо выл,Когда штрафбатом был наказан,По-русски матом фрицев крылПри исполнении приказа…Не я, да кто ж меня винит,Другое было поколенье,Но все прошу: «Солдат, прости,Что не попал с тобою в плен я!Что не расстрелян за побег,Что не распят и не замучен,И что не  я в толпе калек…Считал себя вполне везучим!»Пестрят в альбомах ордена,Моей родни мне так знакомой,Андрей, Кузьма – их именаУшли в бессмертие из дома!Войну я видел лишь в кино,Где ходят рядом смерть с отвагой,Пусть даже так, но все равно,Я помню взятие Рейхстага! Юрий Бутаков, г. Тюмень

Память

Я помню – сорок первый грозовой
Ворвался в наш июнь зловещим громом.
И помню – в сорок первом – молодой
Отец прощался с нами у райкома.

Стоял он твердо, сильный и большой,
Обняв жену и дочь, два юных сына.
И мне сказал: «Ты у меня старшой,
Держись, мой сын, и в доме будь мужчиной».

А старший, нос проворно утерев,
Тесней прижавшись к материнской юбке,
Сквозь гул толпы, многоголосый рев
Отцу пытался подарить улыбку.

И помню сорок третий. Почтальон
В глаза не смотрит, лучше уж наврал бы.
Но голосом чужим читает он:
«Отец, в бою под Псковом, смертью храбрых».

И помню сорок пятый, голубей,
И радость, что потоками несется.
И слезы вдов, и слезы матерей
По тем, кто никогда к ним не вернется.

Пусть кто-то врет, что  в парках и садах
О них остались только обелиски.
Стоявших на  смертельных рубежах
Мы помним всех, далеких нам  и близких.

И в будний день, и в праздник всей страны
Давайте чтить мы эту память свято.
За всех, кто не пришел домой с войны,
Я вас прошу, я – сын того солдата.

Николай Зензин, г. Тюмень

* * *

Я не знаю дедовой могилы.
На нее не принесу цветы.
Никогда мне даже с Божьей силой
Не заполнить этой пустоты.
Не нашли его по старым спискам –
Затерялся дед среди войны.
Может, он под старым обелиском,
Где не все фамилии видны.
Никогда не быть ему усталым,
Немощным, ворчливым и седым.
На военном снимке обветшалом
Дед навек остался молодым.
И сегодня, празднуя Победу,
В день, когда от яблонь все  в дыму,
Подарю букет чужому деду,
Благодарно поклонюсь ему.
Может, внук его сейчас не близко.
И от всей душевной доброты,
Может, он  стоит у обелиска –
Деду моему принес цветы.

Любовь Анохина, г. Тюмень

Дрессировщик
На основе реальных событий… За годы Великой Отечественной войны собаки-камикадзе ценой своей жизни уничтожили более 300 танков противника…

Его призвали в первый день войны
Со всеми подопечными из взвода,
Он их дрессировал уже полгода
Для пограничных войск родной страны.

И тут война… Он получил приказ:
«Переучить собак, и месяц сроку!
От «сыщиков» сейчас не много проку,
Готовь бойцов! Бойцы нужны сейчас!»

Он их готовил для борьбы с врагом:
В бою бросаться с минами под танки:
Привязывал им на спину болванки,
Подкармливая после сахарком…

Они виляли преданно хвостом,
Когда он гладил их рукой по холке
И говорил им в шутку: «Вы же волки!
А нежности телячьи на потом!»…
…Они погибли в первом же бою,
Хозяину так беззаветно веря!
(Невелика, казалось бы, потеря:
Ну, отдали собаки жизнь свою)

Атака захлебнулась, кончен бой:
Дымятся восемь «Тигров» у окопа,
Приехал штаб (с командующим) скопом,
Увидеть лично, что там за герой?

Он перед ними даже не привстал,
Сжав голову дрожащими руками,
И в блиндаже подсумок с поводками
Его питомцам памятником стал…

…Он выл, как волк на полную луну,
И ничего не ел вторые сутки,
Скрипел зубами, с выраженьем жутким,
Ночную нарушая тишину…

Его решили «сплавить» в медсанбат, –
Душевная не заживала рана.
Обняв его, как брата, утром рано,
«Спасибо!» – прошептал ему комбат.

…Потом, когда закончилась война,
Он долго жил один в лесной избушке,
Вытачивая детские игрушки –
Собачек из кедрового бревна…

Владислав Корнилов, г. Тюмень

Утро 22 июня

Район границы мирно спал
В предчувствии воскресных сует.
А мир, а мир еще не знал,
Что он уже не существует.

Рассвет таился на востоке,
В траве кузнечиком шурша.
И все воздушные потоки
Остановились не дыша.

Вокруг сады дремали томно.
Ничто не чуяло войны.
А Мир красивый и огромный
Считал секунды тишины.

* * *

Они ушли и не вернулись.
Они под пули не прогнулись.
От офицера до бойца
Все бились насмерть, до конца.

А после смерти бестелесно,
В Христовом воинстве небесном,
Кто ангелом, а кто и нет,
России служат много лет.

Сергей Камышников, г. Тюмень

Взятие Рейхстага

Была война, моя ль вина,
Что я не призван в сорок первом,
И не сошел тогда с ума,
Когда рвались, как струны, нервы?
Я в той войне не воевал,
Я не стрелял из автомата,
Сраженный пулей наповал,
Не дослужился до комбата!
Не я от боли в небо выл,
Когда штрафбатом был наказан,
По-русски матом фрицев крыл
При исполнении приказа…
Не я, да кто ж меня винит,
Другое было поколенье,
Но все прошу: «Солдат, прости,
Что не попал с тобою в плен я!
Что не расстрелян за побег,
Что не распят и не замучен,
И что не  я в толпе калек…
Считал себя вполне везучим!»
Пестрят в альбомах ордена,
Моей родни мне так знакомой,
Андрей, Кузьма – их имена
Ушли в бессмертие из дома!
Войну я видел лишь в кино,
Где ходят рядом смерть с отвагой,
Пусть даже так, но все равно,
Я помню взятие Рейхстага!

Юрий Бутаков, г. Тюмень

649Просмотров
Комментарии для сайта Cackle

Читать далее
Важной целью проекта является повышение качества подготовки IT-специалистов в высших учебных заведениях.
Поставленные задачи между администрацией Тюмени и концессионером усложнятся, а контроль усилится. 
Председатель Тюменской городской думы Евгений Заболотный стал гостем прямого эфира в студии газеты «Тюменская область сегодня».
На днях правительства Свердловской, Челябинской и Курганской областей подписали соглашение, ставшее ключевым шагом для подачи заявки в 2020 году на конкурс Минобрнауки России по созданию НОЦ на Урале.
Глава региона отметил серьезный вклад депутатов в развитие областной столицы.
Президент РФ Владимир Путин поручил оперативно разобраться в ситуации с водоснабжением поселка.
Опрос
По каким критериям вы выбираете место для отдыха?
Морское побережье
Горный курорт
Сервис «Все включено»
Безвизовый режим
Приемлемая стоимость
Транспортная доступность
Познавательный досуг
Развлечения
Все вышеперечисленное

Подпишитесь на нашу рассылку, чтобы не пропустить главное