О промышленности не понаслышке
Рыбное изобилие позволяло осуществлять работу крупнейших комбинатов области
До конца 50-х годов прошлого столетия трест «Обьрыба», руководивший рыбодобычей и рыбопереработкой в Тюменской области, располагался в Тобольске. Потом его перевели в Тюмень со статусом Сибирское территориальное управление рыбной промышленности («Сибурпромстрой») во главе с легендарным Петром Николаевичем Загваздиным.
Рыбное изобилие позволяло осуществлять работу трех крупных рыбоконсервных комбинатов – в Салехарде, Березово и Самарово (Ханты-Мансийске), выпускавших миллионы банок различных рыбных консервов, вкусных и недорогих. Даже Уинстон Черчилль, премьер-министр Великобритании, пристрастился к сосьвинской селедке, получая ее себе на стол во время Великой Отечественной войны через Иран, как и армянский коньяк… Едали и мы… Из двухкилограммовых железных банок и даже из шестикилограммовых деревянных бочонков. Вкус необыкновенный! Лучшая в мире селедка. У Черчилля губа не дура!
В трудном и голодном 1947 году, когда еще не была отменена до декабря карточная система на хлеб, в Тобольске случилось страшное наводнение. Даже картошки не было. Моему отцу, Аристарху Петровичу, бухгалтеру треста «Обьрыба» и кормильцу большой семьи, предложили работу главбуха на рыбозаводе в Новом Порту. Он согласился. И я,
ученик третьего класса, хорошо помню сентябрьскую путину на ряпушку в Новом Порту в 1947 году, когда шел дождь со снегом. Видел многочисленные дощатые и крупные баркасы под парусами, переполненные рыбой, которую прямо в сетях везли к пирсу, чтобы выпутывать ее на берегу, для чего привлекали нас, школьников, в складские холодные помещения рыбозавода. Удивительно было видеть, что буквально каждая ячейка сетки заполнена ряпушкой.
Зимой через поселок к рыбозаводу с рыбацких точек тянулись бесконечные обозы оленьих и лошадиных упряжек, груженных мешками с мороженым пыжьяном, щекуром, муксуном. Рыбу перевозили в Салехард на самолетах Ми-2, бравших на борт полторы тонны рыбы с аэродрома на льду Обской губы, летом – в различных рефрижераторах.
Во время путины муксуна в марте-апреле, когда «белое безмолвие» заливало солнце, муксуна перевозили даже на тракторах и огромных деревянных санях, арендованных у строителей. Мой брат Борис, вернувшийся в 1954 году из армии, во время путины муксуна заработал в рыбацкой бригаде 25 тыс. рублей за месяц. Это стоимость легендарного автомобиля «Победа»! Помнится, как вслед за ледоходом во второй половине мая в 1956 году в Аксарке шел во время путины сырок, очень крупный. Такого теперь не увидишь. Я сдавал экзамены за десятый класс, и мне было не до рыбы. А вот мой друг Вовка, девятиклассник, за ночь поймал 400 кг сырка сетями! Рыбнадзора тогда, наверное, не существовало. Чуть позднее я был свидетелем того, как рыбак-ханты на своей маленькой и верткой лодке вел за собой к пирсу рыбозавода огромного осетра, зацепленного за жабры. Попробуй вытащи такого из воды! Сейчас даже воспоминание об этом кажется нереальным.
Владимир ДЕРГОУСОВ, г. Тобольск
