Ишимская кружевница

Мастерица Тамара Киселева разукрасила сказочным белоснежным вязанием весь дом

Если задать собеседнице вопрос о любимом поэте, она, не сомневаясь, ответит:

– Сергей Есенин.

Одна из причин любви и почитания «певца березового ситца» кроется в красотах родного ей села. Оно овеяно ореолом романтики, цветения, разукрашено белоствольными красавицами да хвойным великолепием. Природа тех мест богата не только душистой боровой ягодой земляникой, но  и черникой, брусникой, клюквой. Многих селян дары эти кормят и поят, как некогда и бабу Лизу (родную бабушку по матери мастерицы), которая собирала сосновую смолу, переплавляла ее  в живицу и торговала целебным продуктом, зарабатывая тем самым на жизнь. Была она родом из семьи Луки Кривошеина, служившего писарем на Успенской бумажной фабрике при Ятесе. Кстати, любопытно, что местная фабрика в начале двадцатого века выпускала около тридцати сортов всевозможной бумаги: писчей, раскруточной, оберточной, картузной... А качество бумаги позволяло предприятию иметь звание поставщика двора Его Императорского Величества. Надо отметить, что предприимчивый англичанин Ятес имел на Урале пять однотипных заводов, которыми управляли его сыновья. И только в 1994-м фабрика обанкротилась, а местное население лишилось рабочих мест и, следовательно, основного источника доходов.

Мама рукодельницы носила имя святой Параскевы, работящая и милая в общении была. На фабрике ей тоже приходилось трудиться. Тамара бы-ла единственным ребенком в браке Прасковьи Кривошеиной с Павлом Васильевым. В июне сорок первого малышка появилась на свет, а через месяц парень-сибиряк (как и миллионы россиян) широкой грудью встал на защиту Родины. Обнял жену, к спящей дочери подошел, вытер скупую мужскую слезу... Было несколько писем с фронта. Не стало кормильца в бою под Старой Руссой.

– День Победы помню, – говорит Тамара Павловна. – На нашей улице Насонова ни один домой не вернулся. Все вдовы собрались у нас: пели, рыдали, вспоминали. Каким было послевоенное детство? Мама без работы не сидела. Сплю, глаза открою, а она за столом сидит со спущенной лампой и вяжет какое-нибудь изделие крючком на заказ. С восьмого класса я ей помогала фрагменты для накидок и скатертей вязать. Начала рукодельничать с семи лет при керосиновой семилинейной лампе: вышивала, вязала спицами и крючком...

«Светить всегда, светить везде...»

Жажда к учебе проснулась у Тамары рано. Брат матери дядя Федя военным был  и выслал племяннице букварь с красивыми цветными картинками, когда ей пять годочков исполнилось. Девчушка выучила его назубок и в рев:

– Читать хочу!

В школьной библиотеке книг не давали, мала, дескать. Поэтому время торопила, а засыпая слушала, как мама читала наизусть произведения Пушкина, Некрасова и Ершова. Росла Тамара с Няней (так звали ее тетю по отцовой линии). Не унывающая характером тетушка, сказительница отменная и цветовод знатный (хотя незрячей с 17 лет стала).

Всей услышанной информацией Тамара стремилась с подругами поделиться, на ее учительское место никто не посягал. Черная дверь доской служила, а старые журналы – местом выставления отметок.

Наконец настал долгожданный первый звонок. Отправилась девчушка в школу с тряпичной сумкой, что мама из покрывала сшила. Первой ученицей в классе была и рукодельницей.

– Уроков технологии у нас не было, а был предмет машиноведение, – вспоминает собеседница школьные годы. – Точили гайки и крючки на станках, учились водить машины. Рукоделием занимались после школы, когда собирались в нашем доме. Мама в камине много картошки напечет, капусты нарубит...

Допоздна засиживались. Много работ вышивала на заказ.

После школы моя героиня окончила Тюменский государственный педагогический институт и начала трудиться учителем в Кармацкой восьмилетней школе. Влюбившись в ишимского парня, в «город на синей реке» переехала. И далее в карьере все только по восходящей складывалось. Трудилась учителем математики и заместителем директора по учебно-воспитательной работе в железнодорожной школе № 4, получила значок «Отличника народного образования РСФСР», пять лет работала в должности инструктора и заместителя заведующего отделом пропаганды и агитации Ишимского ГК КПСС. Затем снова по педагогической стезе отправилась уже  в первую железнодорожную.

«Облака» в руках у кружевницы

Полученный в детстве навык к рукотворью помог Тамаре Павловне жизненные утраты превозмочь – вернулась она  к вязанию по совету коллег, когда муж трагически погиб, а она осталась с годовалым ребенком на руках. Не только дочери, но  и подругам наряды творила. Теперь и зять с внучкой на мастерицу не в обиде: носки, варежки, перчатки, кофты и свитера – все на любой вкус.

Выйдя на заслуженный отдых, искусница покоя не знает. Как  у писателя «ни дня без строчки», так  и у кружевницы «ни дня без связанного изделия». Дом сказочным кружевом разукрасила, да так, что садиться на белоснежье гостям страшновато. Все мотивы в Интернете и модных специализированных журналах мастерица находит. Филейные панно и изящные салфетки изысканно смотрятся, равно как  и скатерти с покрывалами (цельносвязанные или из отдельных мотивов составленные).

Добрым людям и милым подругам всегда рукотворный подарок загодя готов.

Цветы, что на лоджии героиня выращивает, тоже круже-вом окаймляет.

А любимая кошка Муся выбирает понравившуюся накидку (обязательно новенькую) и блаженствует на ней, сладко посапывая, сколько хочет.