«Ласточки» и «танки во фраке»
Увлечение
Валерий Геннадьевич позвонил в редакцию совсем по другому вопросу... Разговорились, оказалось, у него необычное увлечение, которое, собственно, и стало делом жизни. Знакомьтесь: тюменец Валерий Буторин – реставратор и коллекционер ретро-автомобилей.
Автомобилями интересовался с детства. В Тюменском индустриальном институте, куда пошел учиться после школы, выбрал транспортный факультет. Кроме того, будучи еще и художником-самоучкой, работал в сфере рекламы. Способности и пристрастия передались Валерию Геннадьевичу от отца. И деды мастерами были: один по мебели, другой по металлу.
Сына Олега Валерий Геннадь-евич тоже рано познакомил с автомобилем:
– Он и вырос-то у меня на коленях, за рулем, – смеется Валерий. – У внука, которому сейчас шесть лет, уже три коробки машинок всех моделей. Решили, хватит покупать.
Восстановление старых машин не просто дань моде. Да и таких людей, как Валерий Буторин, модой, похоже, не увлечешь. Мода, говорит он, проходит, и если ты тем не менее продолжаешь свое занятие, значит это любовь.
Он не чурается этого громкого слова, потому что именно чувство и заставляет разбирать, собирать, заново разбирать, подгонять детали... У просто увлеченных терпения на долгие годы не хватит.
Сам ездит исключительно на «Волге» ГАЗ-21 1965 года выпуска. В каком состоянии машина? Лишь немного поржавела, надо подкрасить.
– Раньше автомобили делали основательно, каждую – как на индивидуальный заказ, – поясняет мастер. – Во-первых, использовали металл, во-вторых, обработка была лучше. В качестве шпаклевки применяли олово – считай, луженая получалась. При разборке с одной машины до 100 килограммов олова снять можно. В Европе такие автомобили с улыбкой называют «танк во фраке». Единственное упущение старых конструкторов – отопление слабовато.
Особенно для наших по-настоящему суровых зим.
Знакомые Буторина, любители ретро, именуют свои машины ласково – «Ласточками», «Люськами». Какой там «танк» – подруга.
Страсть к восстановлению машин сформировалась у Валерия постепенно: поставил на колеса одну, кто-то еще попросил помочь, потом еще. Сейчас его имя в узких кругах знают по всей России, от Калининграда до Владивостока. Общаются, делятся деталями, секретами мастерства.
В мастерской на момент моего визита, помимо «Волги», стояли еще два «патриарха» отечественного автомобилестроения – огромные, шесть-семь метров длиной, черный ЗИМ и белая «Чайка», ждущие запчастей. Дождутся: «Я себе штаны не куплю, а ржавую железяку – всенепременно», – смеется Валерий Геннадьевич.
За ремонт современных иномарок он даже не берется: баловство это, говорит. А со старенькой машиной может до утра провозиться. Спрашиваю: «Жена не ревнует?» Улыбается: «Ревнует. Но до скандалов не доходит».
По поводу ремонта старой машины зарубежного производства, пожалуй, подумает: реально разве что за «немца» взяться. В свое время срочную служил в ГДР, шофером, кое-какие связи остались. Надо сказать, на Западе заводы продолжают выпуск деталей небольшими партиями, даже если автомобиль снят с производства. Потому что спрос есть.
Реставрируя машину, Валерий Геннадьевич ее раз пять разбирает и собирает заново. Сначала смотрит, чего не хватает. Потом восстановление и подгонка деталей, сварка, грунтовка, шпаклевка, покраска, антигравийное покрытие. Все должно быть, как у новенькой, иначе несерьезно. Самая большая проблема – хромирование деталей. Мечтает о собственной установке. Хотя знает, что реставраторы из других городов ездят для хромирования в ту же Германию или Польшу.
– Самое ценное, – признается реставратор, – когда все родное: и детали, и покраска – не «металлик», а обычная, «советская». Это не работа, это образ жизни, который возвращает к тем временам, когда делали не за деньги, а на совесть. И такая гордость переполняет, когда вернешь машине первоначальный вид!
На восстановление одной машины мастер тратит до полутора лет. За это время привязывается к автомобилю настолько, что трудно потом расставаться – душу ведь вложил. Вот такая она, мужская любовь.
Фото автора
Увлечение
Валерий Геннадьевич позвонил в редакцию совсем по другому вопросу... Разговорились, оказалось, у него необычное увлечение, которое, собственно, и стало делом жизни. Знакомьтесь: тюменец Валерий Буторин – реставратор и коллекционер ретро-автомобилей.
Автомобилями интересовался с детства. В Тюменском индустриальном институте, куда пошел учиться после школы, выбрал транспортный факультет. Кроме того, будучи еще и художником-самоучкой, работал в сфере рекламы. Способности и пристрастия передались Валерию Геннадьевичу от отца. И деды мастерами были: один по мебели, другой по металлу.
Сына Олега Валерий Геннадь-евич тоже рано познакомил с автомобилем:
– Он и вырос-то у меня на коленях, за рулем, – смеется Валерий. – У внука, которому сейчас шесть лет, уже три коробки машинок всех моделей. Решили, хватит покупать.
Восстановление старых машин не просто дань моде. Да и таких людей, как Валерий Буторин, модой, похоже, не увлечешь. Мода, говорит он, проходит, и если ты тем не менее продолжаешь свое занятие, значит это любовь.
Он не чурается этого громкого слова, потому что именно чувство и заставляет разбирать, собирать, заново разбирать, подгонять детали... У просто увлеченных терпения на долгие годы не хватит.
Сам ездит исключительно на «Волге» ГАЗ-21 1965 года выпуска. В каком состоянии машина? Лишь немного поржавела, надо подкрасить.
– Раньше автомобили делали основательно, каждую – как на индивидуальный заказ, – поясняет мастер. – Во-первых, использовали металл, во-вторых, обработка была лучше. В качестве шпаклевки применяли олово – считай, луженая получалась. При разборке с одной машины до 100 килограммов олова снять можно. В Европе такие автомобили с улыбкой называют «танк во фраке». Единственное упущение старых конструкторов – отопление слабовато.
Особенно для наших по-настоящему суровых зим.
Знакомые Буторина, любители ретро, именуют свои машины ласково – «Ласточками», «Люськами». Какой там «танк» – подруга.
Страсть к восстановлению машин сформировалась у Валерия постепенно: поставил на колеса одну, кто-то еще попросил помочь, потом еще. Сейчас его имя в узких кругах знают по всей России, от Калининграда до Владивостока. Общаются, делятся деталями, секретами мастерства.
В мастерской на момент моего визита, помимо «Волги», стояли еще два «патриарха» отечественного автомобилестроения – огромные, шесть-семь метров длиной, черный ЗИМ и белая «Чайка», ждущие запчастей. Дождутся: «Я себе штаны не куплю, а ржавую железяку – всенепременно», – смеется Валерий Геннадьевич.
За ремонт современных иномарок он даже не берется: баловство это, говорит. А со старенькой машиной может до утра провозиться. Спрашиваю: «Жена не ревнует?» Улыбается: «Ревнует. Но до скандалов не доходит».
По поводу ремонта старой машины зарубежного производства, пожалуй, подумает: реально разве что за «немца» взяться. В свое время срочную служил в ГДР, шофером, кое-какие связи остались. Надо сказать, на Западе заводы продолжают выпуск деталей небольшими партиями, даже если автомобиль снят с производства. Потому что спрос есть.
Реставрируя машину, Валерий Геннадьевич ее раз пять разбирает и собирает заново. Сначала смотрит, чего не хватает. Потом восстановление и подгонка деталей, сварка, грунтовка, шпаклевка, покраска, антигравийное покрытие. Все должно быть, как у новенькой, иначе несерьезно. Самая большая проблема – хромирование деталей. Мечтает о собственной установке. Хотя знает, что реставраторы из других городов ездят для хромирования в ту же Германию или Польшу.
– Самое ценное, – признается реставратор, – когда все родное: и детали, и покраска – не «металлик», а обычная, «советская». Это не работа, это образ жизни, который возвращает к тем временам, когда делали не за деньги, а на совесть. И такая гордость переполняет, когда вернешь машине первоначальный вид!
На восстановление одной машины мастер тратит до полутора лет. За это время привязывается к автомобилю настолько, что трудно потом расставаться – душу ведь вложил. Вот такая она, мужская любовь.
Фото автора
