Размер шрифта +
Цветовая схема A A A

История первопроходца тюменской нефти Льва Ровнина

Писатель Сергей Козлов побеседовал с дочерью легендарного нефтяника

16:11, 15 октября 2021, Сергей Козлов
Слушать новость
История первопроходца тюменской нефти Льва Ровнина. Писатель Сергей Козлов побеседовал с дочерью легендарного нефтяника. Лев Иванович Ровнин (1928-2014) – один из первопроходцев Западно-Сибирского нефтегазового комплекса, получивший за эту эпохальную работу звание Героя социалистического труда. Человек, который сказал «да» первому фонтану. С 1977 по 1987 год - министр геологии РСФСР. Заслуженный геолог по званию и призванию. О нем не говорили и не писали много в период освоения нефтяных горизонтов, мало говорят и сейчас. Нам удалось найти на популярном видеохостинге только два документальных фильма, где о нем есть несколько эпизодов. А ведь судьба этого геолога достойна романа и художественного фильма. На наши вопросы о жизни уникального человека согласилась ответить его дочь Наталья Никульшина и поделилась с нами фотографиями из семейного архива. - Наталья Львовна, с чего все начиналось? - Лев Иванович приехал в Тюмень совсем мальчишкой сразу после окончания Саратовского университета. Сначала он проработал немного в Покровской экспедиции и смог доказать начальству бесперспективность этого района. Уж и не знаю, кому из руководства приглянулся молодой, отлично образованный и смекалистый паренек, но в 24 года его назначили главным геологом Тюменьгеологии. Это произошло в 1953 году. Через три месяца состоялось испытание Березовский скважины. Сейчас модно говорить, что открытие было сделано случайно. Но это полная ерунда. Место для бурения выбирали опытные ученые, а геолог Быстрицкий правильно перенес скважину на другое место. Ну а Ровнин настоял на испытании скважины рискованным методом - открытого забоя. Бригада нарушила технологию, рванул фонтан газа — это была авария и грандиозное открытие одновременно. Первый фонтан сибирского газа. Потом были долгие семь лет поисков нефти, ее никак не могли найти. Причина была в сложности сибирских топей. Раньше, чтобы найти подземные структуры для бурения, бурили много мелких скважин. Отец со свойственной в молодости решительностью добился в высоких кабинетах отказа от этого структурного бурения и все сэкономленные деньги перебросил на геофизические работы. Геофизики не подвели, они быстро придумали новые способы для выявления подземных структур. В фильме «Путь к первой нефти» вы увидите речную сейсморазведку. Это был прорыв. Сразу появилось много структур, подходящих для бурения. Сначала было открыто месторождение близ поселка Шаим, там выявили подходящую структуру, пробурили скважину и получили совсем немного нефти. Тогда Лев Иванович принял нестандартное решение: бурить на крыле структуры. Надо сказать, что в те годы каждую скважину нужно было обосновать в министерстве. Лев Иванович обладал даром убеждения, и если он был уверен, мог убедить любого. В фильме вы увидите тех, кто действительно принимал участие в этом открытии. Это Эрвье, Ровнин, Анисимов, Шалавин, Быстрицкий, Урусов. К сожалению, многих участников этого события я не знаю. Этот фильм я искала два года, он был уничтожен на пленках везде - на Свердловской киностудии, в Красногорском архиве, в ДК «Нефтяник» в Тюмени. Мне его подарил один замечательный журналист в оцифрованном виде, когда я уже совсем потеряла надежду. В фильме хорошо показано, как и в каких условиях работали люди. А потом открытия пошли одно за другим. Геофизики выявили много подходящих для бурения структур. - Буквально на этой неделе будет юбилей открытия Усть-Балыцкого месторождения… 60 лет… - Лев Иванович выбрал Усть-Балык. Они с Юрием Георгиевичем Эрвье во время поездки по Оби выбрали место для бурения. Никто не сомневался, что там будет большая нефть. Настоящие геологи вообще в этом никогда не сомневались, просто найти ее в сибирских болотах было очень трудно. И дело вовсе не в вере, а в знаниях и научном подходе поисков. Тогда в Сибирь поехало много молодых и талантливых. Они не видели сквозь землю, они искали, опираясь на геологию. Кстати, потом именно Лев Иванович скажет, что без геологии у страны нет будущего. Сегодня эту крылатую фразу повторяют многие с разных трибун… Но вернемся к Усть-Балыку. Месторождение открыто 15 октября 1961 года, через год после Шаима. Радость была огромная. Лев Иванович присутствовал на испытаниях скважины и отправил телеграмму в Тюмень. Текст ее известен. То, что скважина «лупит по всем правилам» - это выражение отца. В тот день было открыто сразу два месторождения, получился подарок для партийной конференции. Тогда все достижения старались приурочить к каким-нибудь датам и событиям. Но никаких телеграмм Хрущеву никто не отправлял. Отец был скромным человеком. Фото из архива Натальи Никульшиной Таких открытий будет еще очень много - Самотлор, Лянторское, Уренгой. А сибирский газ Лев Иванович приметил, еще работая обычным геологом. Он увидел, что отложения пород сеноманского возраста содержит газ, но на юге они маломощные. По мере изучения строения Западно-Сибирской платформы он понял, что толщина этих отложений на севере гораздо больше, соответственно и газа больше. Значит надо искать на севере. Ему многие говорили: что ты тащишь нас на север к белым медведям, а он упорно доказывал в высоких кабинетах, что искать большой газ надо именно там. - И после всех этих событий, решающих судьбу Тюменской области, а по экономической сути - всей страны, Льва Ивановича перевели, или, как тогда говорили, «забрали в Москву»? - Ровнин совсем не хотел уезжать из Тюмени, но стране понадобился человек, способный руководить поисками не только в Сибири, но и во всей России. В 40 лет его назначают министром геологии России (РСФСР). Отец очень много сделал для страны, всего не расскажешь. При нем зарождалась космическая геология, а космонавты называли его наш главный геолог. Он много общался с космонавтами Леоновым и Николаевым. Часто вместе они летали в командировки, но и на земле дел было много. В то время активно создавалась база для развития промышленности, геологам ставили различные задачи по поиску полезных ископаемых. Строился БАМ, и надо было обеспечить открытие новых месторождений вдоль этой трассы. Страна начала активно продавать на экспорт нефть и газ. Открывались новые месторождения золота и алмазов, велась планомерная геологическая съемка всей территории России. Но не только таким глобальным вещам уделялось внимание. - Да, ведь даже чистая и минеральная вода входила в сферу интересов Льва Ивановича… - Он следил за поисками подземных вод. Вокруг Тюмени открыто много лечебных минеральных вод, и в этом есть и его заслуга. В одном из первых альманахов Тюменского краеведческого музея есть его статья, посвященная тюменской воде. Он занимался и Кисловодском, и «Шишкин лес» открыт тоже с его участием. Интересно, что наш «Белый дом» тоже был обеспечен водой под его контролем. - Наталья Львовна, расскажите немного о семье. - Отец всю жизнь много работал. Были постоянные командировки, поздние заседания, но когда он бывал дома, многое нам рассказывал и с нами занимался. Например, то, что телевизор будет жидкокристаллическим и займет место на стене, как картина, об этом я узнала еще в 6 классе. Он очень любил энциклопедии и книги типа «Хочу все знать», мы выписывали журналы «Юный техник», «Наука и жизнь», «Химия и жизнь» и «Следопыт». Он написал научно-фантастический рассказ о том, как будут искать нефть. Верил, что буровые вышки будут возить на атомных платформах по воздуху. Частично сбылось, вышки возили вертолетами. Невозможно рассказать обо всем, что он сделал. Даже тогда, когда во время перестройки все рушилось, он помог спасти завод по производству подводных лодок. Там был размещен госзаказ по производству морской буровой платформы. Это помогло заводу пережить трудные времена. Фото из архива Натальи Никульшиной Во время перестройки ко Льву Ивановичу стали обращаться люди с просьбой помочь в похоронах ветеранов бывших геологов. Тогда ему пришлось создать совет ветеранов геологов. Практически до конца жизни Лев Иванович преподавал в Губкинском университете, где читал курс морской геологии. Это был совершенно новый курс. Но и тут много лекций он посвящал северным морям. На Север, на Север, на Север! Он считал, что мы только начали его осваивать… Я любила отца. Когда он бывал дома, а это было редко, он читал мне «Волшебника Изумрудного города». Правда, часто засыпал, поскольку сильно уставал. Я его жалела и никогда не будила. Наверное, дети видят и чувствуют, когда родители заняты делом, и не обижаются на них. А еще хочу рассказать о маме. Папа влюбился в нее в 8 классе и любил всю жизнь. Тепло и уютно было жить в этой любви. Мама Лида была личностью. Она тоже окончила Саратовский университет, только биологический факультет. Распределили ее в Москву в аспирантуру нового университета МГУ. Когда она пришла к ректору и сказала, что едет с мужем в Сибирь, он топал ногами и кричал: «Кто такой Ровнин?!» и «Как ты можешь отказаться от такой перспективы?». Но мама поехала в Тюмень. Трудностей было много. Сестру она рожала за печкой в староверческой избе в селе Покровском. Отец привел неопытную акушерку, которая ни разу не принимала роды. Это был 1952 год. Потом в Тюмени мама занялась палинологией — это определение возраста пород по спорам и пыльце растений. Мама и папа защитили докторские диссертации. Причем в отличие от некоторых производственников писали их сами. У отца был даже такой смешной случай: летом на балконе он правил текст диссертации, компьютеров тогда еще не было, вдруг подул сильный ветер, и все листы разлетелись по ближайшим крышам. Пришлось ему лазить по московским крышам и собирать листы. Хорошо, что ему тогда было всего 40 лет, и он был достаточно спортивным. В кабинетах сидел мало. Ну а его любимые увлечения были охота и рыбалка. Во время войны еще ребенком ему пришлось кормить семью, тогда он научился хорошо стрелять и рыбачить. Фронт проходил рядом, и оружия у мальчишек было полно. Именно во время войны он стал наблюдать за геологическими процессами в природе. Ему попалась книга Ферсмана о геологии. Он настолько увлекся этой профессией, что заразил этим мамину сестру и ее брата. Они тоже стали геологами и дружили всю жизнь. - Я веду рубрику, ленту и программу «Тюменская область творчества». Я знаю, что у вашего отца были друзьями многие известные творческие люди, даже знаменитости. - Вообще друзей у родителей было много, гостиниц раньше не хватало, и многие тюменские друзья останавливались у нас. Я любила гостей, люди были все интересные. Бывал у нас в гостях и Юрий Георгиевич Эрвье. Он относился к отцу немного по-отечески, но признавал его приоритет в геологии. Отец был одним из немногих, кто позволял себе спорить с ним. После открытия Шаима Юрий Георгиевич стал полностью доверять мнению отца. Лев Иванович был хорошо знаком со многими деятелями искусства, они часто приезжали в Тюмень. Расул Гамзатов, Роберт Рождественский, Лев Ошанин. Не могу назвать это дружбой, но взаимный интерес был большой. Отец очень любил поэзию. А еще он рисовал карикатуры смешных длинношеих человечков. Мне повезло вырасти в такой любящей и дружной семье. С детства нас приучали интересоваться наукой, наша любимая передача «Очевидное-невероятное». Интересно, что документальный фильм об отце снял один из ее авторов. Можно еще много рассказывать о Льве Ивановиче - это был удивительный человек, у которого всегда был полет мысли, что помогало ему решать одновременно огромное количество задач. Наука, производство, общественная работа - до конца жизни его интересовали и новая техника, и новые открытия. Документальные фильмы о первой нефти Тюмени и Льве Ровнине. Геолог удачи (Лев Ровнин): Путь к большой нефти (1963): Следите за нами в социальных сетях: «ВКонтакте», «Одноклассники», Instagram и Facebook. Подписывайтесь на Telegram-канал, TikTok и Twitter.
История первопроходца тюменской нефти Льва Ровнина

Фото из личного архива Натальи Никульшиной

Лев Иванович Ровнин (1928-2014) – один из первопроходцев Западно-Сибирского нефтегазового комплекса, получивший за эту эпохальную работу звание Героя социалистического труда. Человек, который сказал «да» первому фонтану. С 1977 по 1987 год - министр геологии РСФСР. Заслуженный геолог по званию и призванию. О нем не говорили и не писали много в период освоения нефтяных горизонтов, мало говорят и сейчас. Нам удалось найти на популярном видеохостинге только два документальных фильма, где о нем есть несколько эпизодов. А ведь судьба этого геолога достойна романа и художественного фильма. На наши вопросы о жизни уникального человека согласилась ответить его дочь Наталья Никульшина и поделилась с нами фотографиями из семейного архива.

- Наталья Львовна, с чего все начиналось?

- Лев Иванович приехал в Тюмень совсем мальчишкой сразу после окончания Саратовского университета. Сначала он проработал немного в Покровской экспедиции и смог доказать начальству бесперспективность этого района. Уж и не знаю, кому из руководства приглянулся молодой, отлично образованный и смекалистый паренек, но в 24 года его назначили главным геологом Тюменьгеологии. Это произошло в 1953 году.

Через три месяца состоялось испытание Березовский скважины. Сейчас модно говорить, что открытие было сделано случайно. Но это полная ерунда. Место для бурения выбирали опытные ученые, а геолог Быстрицкий правильно перенес скважину на другое место. Ну а Ровнин настоял на испытании скважины рискованным методом - открытого забоя. Бригада нарушила технологию, рванул фонтан газа — это была авария и грандиозное открытие одновременно. Первый фонтан сибирского газа.

Потом были долгие семь лет поисков нефти, ее никак не могли найти. Причина была в сложности сибирских топей. Раньше, чтобы найти подземные структуры для бурения, бурили много мелких скважин. Отец со свойственной в молодости решительностью добился в высоких кабинетах отказа от этого структурного бурения и все сэкономленные деньги перебросил на геофизические работы. Геофизики не подвели, они быстро придумали новые способы для выявления подземных структур.

В фильме «Путь к первой нефти» вы увидите речную сейсморазведку. Это был прорыв. Сразу появилось много структур, подходящих для бурения. Сначала было открыто месторождение близ поселка Шаим, там выявили подходящую структуру, пробурили скважину и получили совсем немного нефти. Тогда Лев Иванович принял нестандартное решение: бурить на крыле структуры. Надо сказать, что в те годы каждую скважину нужно было обосновать в министерстве. Лев Иванович обладал даром убеждения, и если он был уверен, мог убедить любого.

В фильме вы увидите тех, кто действительно принимал участие в этом открытии. Это Эрвье, Ровнин, Анисимов, Шалавин, Быстрицкий, Урусов. К сожалению, многих участников этого события я не знаю. Этот фильм я искала два года, он был уничтожен на пленках везде - на Свердловской киностудии, в Красногорском архиве, в ДК «Нефтяник» в Тюмени. Мне его подарил один замечательный журналист в оцифрованном виде, когда я уже совсем потеряла надежду. В фильме хорошо показано, как и в каких условиях работали люди. А потом открытия пошли одно за другим. Геофизики выявили много подходящих для бурения структур.

- Буквально на этой неделе будет юбилей открытия Усть-Балыцкого месторождения… 60 лет…

- Лев Иванович выбрал Усть-Балык. Они с Юрием Георгиевичем Эрвье во время поездки по Оби выбрали место для бурения. Никто не сомневался, что там будет большая нефть. Настоящие геологи вообще в этом никогда не сомневались, просто найти ее в сибирских болотах было очень трудно. И дело вовсе не в вере, а в знаниях и научном подходе поисков. Тогда в Сибирь поехало много молодых и талантливых. Они не видели сквозь землю, они искали, опираясь на геологию. Кстати, потом именно Лев Иванович скажет, что без геологии у страны нет будущего. Сегодня эту крылатую фразу повторяют многие с разных трибун…

Но вернемся к Усть-Балыку. Месторождение открыто 15 октября 1961 года, через год после Шаима. Радость была огромная. Лев Иванович присутствовал на испытаниях скважины и отправил телеграмму в Тюмень. Текст ее известен. То, что скважина «лупит по всем правилам» - это выражение отца. В тот день было открыто сразу два месторождения, получился подарок для партийной конференции. Тогда все достижения старались приурочить к каким-нибудь датам и событиям. Но никаких телеграмм Хрущеву никто не отправлял. Отец был скромным человеком.

Фото из архива Натальи Никульшиной

Таких открытий будет еще очень много - Самотлор, Лянторское, Уренгой. А сибирский газ Лев Иванович приметил, еще работая обычным геологом. Он увидел, что отложения пород сеноманского возраста содержит газ, но на юге они маломощные. По мере изучения строения Западно-Сибирской платформы он понял, что толщина этих отложений на севере гораздо больше, соответственно и газа больше. Значит надо искать на севере. Ему многие говорили: что ты тащишь нас на север к белым медведям, а он упорно доказывал в высоких кабинетах, что искать большой газ надо именно там.

- И после всех этих событий, решающих судьбу Тюменской области, а по экономической сути - всей страны, Льва Ивановича перевели, или, как тогда говорили, «забрали в Москву»?

- Ровнин совсем не хотел уезжать из Тюмени, но стране понадобился человек, способный руководить поисками не только в Сибири, но и во всей России. В 40 лет его назначают министром геологии России (РСФСР). Отец очень много сделал для страны, всего не расскажешь. При нем зарождалась космическая геология, а космонавты называли его наш главный геолог. Он много общался с космонавтами Леоновым и Николаевым. Часто вместе они летали в командировки, но и на земле дел было много. В то время активно создавалась база для развития промышленности, геологам ставили различные задачи по поиску полезных ископаемых. Строился БАМ, и надо было обеспечить открытие новых месторождений вдоль этой трассы. Страна начала активно продавать на экспорт нефть и газ. Открывались новые месторождения золота и алмазов, велась планомерная геологическая съемка всей территории России. Но не только таким глобальным вещам уделялось внимание.

- Да, ведь даже чистая и минеральная вода входила в сферу интересов Льва Ивановича…

- Он следил за поисками подземных вод. Вокруг Тюмени открыто много лечебных минеральных вод, и в этом есть и его заслуга. В одном из первых альманахов Тюменского краеведческого музея есть его статья, посвященная тюменской воде. Он занимался и Кисловодском, и «Шишкин лес» открыт тоже с его участием. Интересно, что наш «Белый дом» тоже был обеспечен водой под его контролем.

- Наталья Львовна, расскажите немного о семье.

- Отец всю жизнь много работал. Были постоянные командировки, поздние заседания, но когда он бывал дома, многое нам рассказывал и с нами занимался. Например, то, что телевизор будет жидкокристаллическим и займет место на стене, как картина, об этом я узнала еще в 6 классе. Он очень любил энциклопедии и книги типа «Хочу все знать», мы выписывали журналы «Юный техник», «Наука и жизнь», «Химия и жизнь» и «Следопыт».

Он написал научно-фантастический рассказ о том, как будут искать нефть. Верил, что буровые вышки будут возить на атомных платформах по воздуху. Частично сбылось, вышки возили вертолетами. Невозможно рассказать обо всем, что он сделал. Даже тогда, когда во время перестройки все рушилось, он помог спасти завод по производству подводных лодок. Там был размещен госзаказ по производству морской буровой платформы. Это помогло заводу пережить трудные времена.

Фото из архива Натальи Никульшиной

Во время перестройки ко Льву Ивановичу стали обращаться люди с просьбой помочь в похоронах ветеранов бывших геологов. Тогда ему пришлось создать совет ветеранов геологов. Практически до конца жизни Лев Иванович преподавал в Губкинском университете, где читал курс морской геологии. Это был совершенно новый курс. Но и тут много лекций он посвящал северным морям. На Север, на Север, на Север! Он считал, что мы только начали его осваивать…

Я любила отца. Когда он бывал дома, а это было редко, он читал мне «Волшебника Изумрудного города». Правда, часто засыпал, поскольку сильно уставал. Я его жалела и никогда не будила. Наверное, дети видят и чувствуют, когда родители заняты делом, и не обижаются на них.

А еще хочу рассказать о маме. Папа влюбился в нее в 8 классе и любил всю жизнь. Тепло и уютно было жить в этой любви. Мама Лида была личностью. Она тоже окончила Саратовский университет, только биологический факультет. Распределили ее в Москву в аспирантуру нового университета МГУ. Когда она пришла к ректору и сказала, что едет с мужем в Сибирь, он топал ногами и кричал: «Кто такой Ровнин?!» и «Как ты можешь отказаться от такой перспективы?». Но мама поехала в Тюмень. Трудностей было много. Сестру она рожала за печкой в староверческой избе в селе Покровском. Отец привел неопытную акушерку, которая ни разу не принимала роды. Это был 1952 год.

Потом в Тюмени мама занялась палинологией — это определение возраста пород по спорам и пыльце растений. Мама и папа защитили докторские диссертации. Причем в отличие от некоторых производственников писали их сами. У отца был даже такой смешной случай: летом на балконе он правил текст диссертации, компьютеров тогда еще не было, вдруг подул сильный ветер, и все листы разлетелись по ближайшим крышам. Пришлось ему лазить по московским крышам и собирать листы. Хорошо, что ему тогда было всего 40 лет, и он был достаточно спортивным. В кабинетах сидел мало.

Ну а его любимые увлечения были охота и рыбалка. Во время войны еще ребенком ему пришлось кормить семью, тогда он научился хорошо стрелять и рыбачить. Фронт проходил рядом, и оружия у мальчишек было полно. Именно во время войны он стал наблюдать за геологическими процессами в природе. Ему попалась книга Ферсмана о геологии. Он настолько увлекся этой профессией, что заразил этим мамину сестру и ее брата. Они тоже стали геологами и дружили всю жизнь.

- Я веду рубрику, ленту и программу «Тюменская область творчества». Я знаю, что у вашего отца были друзьями многие известные творческие люди, даже знаменитости.

- Вообще друзей у родителей было много, гостиниц раньше не хватало, и многие тюменские друзья останавливались у нас. Я любила гостей, люди были все интересные. Бывал у нас в гостях и Юрий Георгиевич Эрвье. Он относился к отцу немного по-отечески, но признавал его приоритет в геологии. Отец был одним из немногих, кто позволял себе спорить с ним.

После открытия Шаима Юрий Георгиевич стал полностью доверять мнению отца. Лев Иванович был хорошо знаком со многими деятелями искусства, они часто приезжали в Тюмень. Расул Гамзатов, Роберт Рождественский, Лев Ошанин. Не могу назвать это дружбой, но взаимный интерес был большой. Отец очень любил поэзию. А еще он рисовал карикатуры смешных длинношеих человечков. Мне повезло вырасти в такой любящей и дружной семье. С детства нас приучали интересоваться наукой, наша любимая передача «Очевидное-невероятное». Интересно, что документальный фильм об отце снял один из ее авторов. Можно еще много рассказывать о Льве Ивановиче - это был удивительный человек, у которого всегда был полет мысли, что помогало ему решать одновременно огромное количество задач. Наука, производство, общественная работа - до конца жизни его интересовали и новая техника, и новые открытия.

Документальные фильмы о первой нефти Тюмени и Льве Ровнине.

Геолог удачи (Лев Ровнин):

Путь к большой нефти (1963):

Следите за нами в социальных сетях: «ВКонтакте», «Одноклассники», Instagram и Facebook. Подписывайтесь на Telegram-канал, TikTok и Twitter.

Читайте также

Новость Тюмени: Заложники сознания: в Тюмени поставили спектакль о людях с ментальными расстройствами

Заложники сознания: в Тюмени поставили спектакль о людях с ментальными расстройствами

6 декабря

Новость Тюмени: Девять номинаций на «Золотую маску»: тюменцам покажут титулованные спектакли из Перми

Девять номинаций на «Золотую маску»: тюменцам покажут титулованные спектакли из Перми

3 декабря

Новость Тюмени: В Тюмени начали разработку компьютерной игры по мотивам киноэпопеи «Тобол»

В Тюмени начали разработку компьютерной игры по мотивам киноэпопеи «Тобол»

30 ноября