Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Думай о хорошем, включай радио

По разные стороны мифа: феномен поэта Николая Шамсутдинова

20.04.2020
16:22
По разные стороны мифа: феномен поэта Николая Шамсутдинова. У известного поэта Николая Шамсутдинова, которого Станислав Золотцев, к сожалению, уже ушедший поэт и критик, называл «одним из самобытнейших российских стихотворцев», недавно вышла поэтическая книга в Германии. А 2019 год стал для него юбилейным. . Серьезную дату юбиляр воспринял не эсхатологически, а оптимистически, издав, при поддержке правительства Тюменской области, пятитомное собрание сочинений «Избранное», а также книгу поэтической сатиры и юмора «Яблоко раздора». В нее вошли пародии, авторские афоризмы, метко названные Шамсутдиновым «законсервированной мудростью», и катрены: На подарки нам скупа природа… Потому-то и любуюсь я Женщиною – ложечкою меда В бочке дёгтя, в бочке бытия… Данное четверостишие прекрасно иллюстрирует восторженное отношение поэта к женщине. Критик, доцент ТГУ В. Рогачев, говоря о любовной лирике Н. Шамсутдинова, выделял в стихах поэта «трепетное, нежное преклонение перед женщиной, гармонизированное в свободно льющихся образах». В интервью Н. Шамсутдинов приводит ещё один отзыв С. Золотцева: «Я всегда знал, что ты безумно талантлив, – писал ему собрат по перу после прочтения любовной лирики. – Это действительно современный Гимн Любви во всех её проявлениях. Песнь Песней нынешнего русского поэта…» Н. Шамсутдинов – прекрасный переводчик: переводит он стихи тюменских и казанских татарских поэтов (Б. Сулейманова, З. Акбулякова, Р. Ибрагимова, Г. Рахима и др.), чеченского поэта А. Осмаева, с языка манси – стихи М. Вагатовой, поэзию ханта Д. Ругина и многих других. По сути, Н. Шамсутдинов является мостом между разными культурами: единственный из тюменских литераторов, он был приглашен в Данию, где прочитал цикл лекций о русской поэзии в Королевских университетах Копенгагена и Оденсе (1991). В. Рогачев, говоря о лирике поэта и обещая «пиршество для гурманов», отмечал взаимосвязь Шамсутдинова с мировой и европейской культурой. О том же писал С. Золотцев: «Эллинистическое движение строки, с «переливаниями» групп дактиля, амфибрахия и анапеста, звуковая аллюзия античного движения стоп… Образы и реалии древнегреческого и древнеримского мифов, евангельско-библейский словарь, лексика западных поэзолегенд – всё это как-то удивительно и органично смыкается у него с тюркской почвой мелоса и фольклора». Критик Ирма Юстус, убежденная, что Н. Шамсутдинов – исключительное явление в современной литературе и что он соседствует с пантеоном творцов мировой поэзии, называет его стихи «альтернативой повседневному убожеству». Критики отмечали еще и особые эпитеты поэта, их многозначность. Ранние стихи Н. Шамсутдинова, 70–80-х годов, очень отличаясь от стихов более поздних, «тёмных», усложнённых по стилистике и философской парадигме, были исполнены оптимистического накала, в них жили и творили люди труда, звучала тревога за сохранение природы; недаром его поэму «Покорители» В.П. Астафьев предварил такими словами: «Поэма-боль, поэма-крик, поэма – смятение нашего разума, ибо только разум способен спасти нас и летящую в безбрежном пространстве планету, по нашей вине и разнузданности всё более впадающую в инвалидное состояние». Феномен поэта Николая Шамсутдинова, на мой взгляд, заключается в том, что, будучи одним из самых заметных советских стихотворцев, имевших свое лицо и не обойденных славой, публикациями и премиями, он не мумифицировал свои прежние стихотворные достижения, не застыл на воспоминаниях о былом успехе, который был весьма заметен (к примеру, в начале 80-х гг. Евгений Евтушенко на Всесоюзных днях Маяковского в Грузии назвал его «автором гениальных образов»), а совершил весьма рискованный резкий переход к совершенно иной поэтике, отталкиваясь от культуры, книги, но одновременно не утрачивая связи с жизненными впечатлениями. Страна, в которой вырос поэт, рухнула, противоречивая, сложная, прогностически непредсказуемая жизнь окружает его теперь – и рефлексия лирического героя становится все тревожнее: «Мир катастроф. Неоновою россыпью / горя, трещат, в содоме городов...» Полный текст статьи читайте в Литературной газете.
У известного поэта Николая Шамсутдинова, которого Станислав Золотцев, к сожалению, уже ушедший поэт и критик, называл «одним из самобытнейших российских стихотворцев», недавно вышла поэтическая книга в Германии. А 2019 год стал для него юбилейным.
Николай Шамсутдинов. Фото из архива редакции.

Серьезную дату юбиляр воспринял не эсхатологически, а оптимистически, издав, при поддержке правительства Тюменской области, пятитомное собрание сочинений «Избранное», а также книгу поэтической сатиры и юмора «Яблоко раздора». В нее вошли пародии, авторские афоризмы, метко названные Шамсутдиновым «законсервированной мудростью», и катрены:

На подарки нам скупа природа…

Потому-то и любуюсь я

Женщиною – ложечкою меда

В бочке дёгтя, в бочке бытия…

Данное четверостишие прекрасно иллюстрирует восторженное отношение поэта к женщине. Критик, доцент ТГУ В. Рогачев, говоря о любовной лирике Н. Шамсутдинова, выделял в стихах поэта «трепетное, нежное преклонение перед женщиной, гармонизированное в свободно льющихся образах». В интервью Н. Шамсутдинов приводит ещё один отзыв С. Золотцева: «Я всегда знал, что ты безумно талантлив, – писал ему собрат по перу после прочтения любовной лирики. – Это действительно современный Гимн Любви во всех её проявлениях. Песнь Песней нынешнего русского поэта…»

Н. Шамсутдинов – прекрасный переводчик: переводит он стихи тюменских и казанских татарских поэтов (Б. Сулейманова, З. Акбулякова, Р. Ибрагимова, Г. Рахима и др.), чеченского поэта А. Осмаева, с языка манси – стихи М. Вагатовой, поэзию ханта Д. Ругина и многих других. По сути, Н. Шамсутдинов является мостом между разными культурами: единственный из тюменских литераторов, он был приглашен в Данию, где прочитал цикл лекций о русской поэзии в Королевских университетах Копенгагена и Оденсе (1991). В. Рогачев, говоря о лирике поэта и обещая «пиршество для гурманов», отмечал взаимосвязь Шамсутдинова с мировой и европейской культурой.

О том же писал С. Золотцев: «Эллинистическое движение строки, с «переливаниями» групп дактиля, амфибрахия и анапеста, звуковая аллюзия античного движения стоп… Образы и реалии древнегреческого и древнеримского мифов, евангельско-библейский словарь, лексика западных поэзолегенд – всё это как-то удивительно и органично смыкается у него с тюркской почвой мелоса и фольклора». Критик Ирма Юстус, убежденная, что Н. Шамсутдинов – исключительное явление в современной литературе и что он соседствует с пантеоном творцов мировой поэзии, называет его стихи «альтернативой повседневному убожеству».

Критики отмечали еще и особые эпитеты поэта, их многозначность. Ранние стихи Н. Шамсутдинова, 70–80-х годов, очень отличаясь от стихов более поздних, «тёмных», усложнённых по стилистике и философской парадигме, были исполнены оптимистического накала, в них жили и творили люди труда, звучала тревога за сохранение природы; недаром его поэму «Покорители» В.П. Астафьев предварил такими словами: «Поэма-боль, поэма-крик, поэма – смятение нашего разума, ибо только разум способен спасти нас и летящую в безбрежном пространстве планету, по нашей вине и разнузданности всё более впадающую в инвалидное состояние».

Феномен поэта Николая Шамсутдинова, на мой взгляд, заключается в том, что, будучи одним из самых заметных советских стихотворцев, имевших свое лицо и не обойденных славой, публикациями и премиями, он не мумифицировал свои прежние стихотворные достижения, не застыл на воспоминаниях о былом успехе, который был весьма заметен (к примеру, в начале 80-х гг. Евгений Евтушенко на Всесоюзных днях Маяковского в Грузии назвал его «автором гениальных образов»), а совершил весьма рискованный резкий переход к совершенно иной поэтике, отталкиваясь от культуры, книги, но одновременно не утрачивая связи с жизненными впечатлениями. Страна, в которой вырос поэт, рухнула, противоречивая, сложная, прогностически непредсказуемая жизнь окружает его теперь – и рефлексия лирического героя становится все тревожнее: «Мир катастроф. Неоновою россыпью / горя, трещат, в содоме городов...»

Полный текст статьи читайте в Литературной газете.

Читать больше:

Тюменский поэт получил литературную премию за «Арктическую сагу»

Ветеран прокуратуры рассказал о громких преступлениях в Тюмени

140Просмотров

Читать далее
Заявки от активной молодежи на участие уже принимаются
Помочь нуждающимся продуктами – несложно
Мужчина попал под раздачу за нарушение масочного режима
Пассажирам придется лететь в масках и перчатках
Для Валерия Валькова специалисты оформляют паспорт
У пяти человек выявлен клещевой энцефалит, у шести -- боррелиоз
Если в Аленкин день ненастье, то и осень будет суровой

Опрос
Чем вы намерены заняться летом после отмены самоизоляции?
Уеду в деревню
Вернусь к работе в обычном режиме
Буду ходить в кино, в кафе, гулять в парках
Вырвусь с семьей на российский юг
Отправлюсь куда угодно, только подальше от города
Буду готовиться к экзаменам
Собираюсь искать другую работу
Никуда не поеду, останусь в виртуальном мире