Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

×
В социальных сетях
В печатной версии

Тюменский художник Игорь Рязанцев продолжает работу над арт-энциклопедией «Великий Шелковый путь»

24.10.2019
16:34
Тюменский художник Игорь Рязанцев продолжает работу над арт-энциклопедией «Великий Шелковый путь». Минувшим летом художник Игорь Рязанцев (да-да, тот самый, который придумал и запатентовал филумизм – и новый стиль, и новую творческую философию) представил в Тюменском индустриальном университете небольшую часть будущего проекта «Великий Шелковый путь». . Это даже не проект, а, как говорит мастер, арт-энциклопедия, состоящая из 50 томов, то бишь картин. Грандиозное дело (а оно уже воплощается более четырех лет) Рязанцев намерен завершить в 2020 году.  О поисках личного пути в мире прекрасного, о приемах «рисования нитями», открытиях, планах, мечтах читателям газеты «Тюменская область сегодня» рассказал сам герой.  – Игорь, как возникла идея «Шелкового пути» в холстах? Что уже готово и что впереди?  – Началось с того, что семь лет назад придумал и запатентовал филумизм. А поскольку я родоначальник стиля, то навыдумывал еще  и разные техники. Приемов накопилось много. Все думал-гадал, как же их показать в одной большой картине… На подсознательном уровне гигантомании побаивался, но мечту не отпускал.  Как-то выставлялся в Лувре в Париже. Показом остался доволен. Но после того, как вернулся домой, стал себя, что называется, грызть: могло бы быть лучше, нужно было быть смелее. Нагнетал-нагнетал и пришел к выводу: если хочешь заявить о себе и своем творчестве на весь мир, придумай нечто такое, чтоб оно действительно было сделано и подано интересно и не-обычно. Тогда-то и пришла на ум идея арт-энциклопедии «Великий Шелковый путь».  Откуда «энциклопедия»? Я же родом из Советского Союза! Нашими компьютерами считались толстые книги. Маме тогда посчастливилось выиграть талон на все тома БСЭ  в красивых бордовых обложках. К нам весь дом зачастил: кому-то надо для реферата, кому-то доклад подготовить, кому-то просто полистать. Помню, сосед дядя Леша, который химию преподавал, постоянно пытался выменять энциклопедию на свои «богатства».  Откуда «Великий Шелковый путь»? По одному из образований я историк. Мы знаем, что Шелковый путь в том числе «задевал» и Тюмень, был проторен через Челябинск (недаром на гербе этого города изображен верблюд), тянулся аж до самого Салехарда (во время археологических раскопок на Севере нашли… виноградные косточки). Зачем китайцам понадобился Тюменский край? Пушнина – мягкое золото. Стоила она прилично и очень нравилась иноземцам. Путь, если помните, начался в Китае и первое время контролировался китайцами. Потом под свой контроль его взяли арабы. Наша Тюмень располагалась на перекрестке разных событий и действий.  Теперь о главном: Шелковый путь и филумизм. Концепция моего стиля – все со всем взаимосвязано. Любой художник властен в силу своего воображения объединять народы, эпохи, явления. То же самое восемь столетий делала нить тутового шелкопряда. Развязывались войны, шло великое переселение народов, но «торговая дорога», возникшая до нашей эры  и развивавшаяся вплоть до XVIII столетия нашей эры, оставалась непоколебимой! Новые завоеватели захватывали города, но утром, как  и прежде, на рынок выходили торговцы, и жизнь продолжалась.  Нити шелкопряда и филумизм легли рядом и затронули Тюмень. Да, мой город детства отразился в проекте. Пока в одной картине – на ней изображен храм. Но будет и вторая, посвященная атрибутам Западной Сибири. Закончу ее  в сентябре. – Расскажите читателям, сколько вы пишете картин, то есть томов. В общем, мне интересна арифметика…  – 50 томов. Это пока. Дальше будет видно. Я покажу Китай, Среднюю Азию, арабские страны, Северную Африку, Европу, Россию и Индию. Путь – от восхода, то есть Востока, до заката, то есть Запада. Между главными картинами расположатся так называемые «разграничители» в виде других картин. Они отделят и в то же время свяжут кусочки. Каждому блоку стран посвящу какое-то количество работ: где-то их будет больше, а где-то меньше. Россию, сразу скажу, не обделю.  Для кого и для чего делается энциклопедия? Однозначно не для продажи. Хочу, чтобы ее увидел мир. Если мир увидит, в том числе и Тюмень, это будет прекрасно! Куда бы ты ни переехал, все равно вспоминаешь о Родине. Более двух лет  я провел в Москве, но Тюмень манила и тянула обратно. А Марк Шагал?! Он  и в Париже продолжал писать свой Витебск.  – Процентовка проекта?  – В стопроцентной готовности нет ни одной работы. В 95-процентной готовности – 30 работ. Остались небольшие доделки. Этому проекту ведь уже четвертый год… А сколько материала извел!  – А узнали мы  о нем только летом.  – Я хранил его  в большом секрете! Очень переживал, что кто-то преждевременно умыкнет идею, которая ранее не применялась ни  в классической, ни  в современной живописи. Вообще не против, чтобы ею воспользовались, главное – не трогать выстраданную философию. Когда больше половины картин написал, тогда и представил общественности. Завершить постараюсь летом 2020 года. Это будет дорогой проект.  – Где «Путь» может быть презентован в первый раз  в полном объеме? Что за город и пространство?  – Найти соответствующие проекту площади можно в любом городе, но  у меня правило: все новое сначала показываю в родной Тюмени, а уж потом вывожу за границы Сибири.  – Про размер картин расскажите.  – Вот мы  с арифметики перешли и к планометрии. Каждая картина – квадрат размером 204 сантиметра на 204 сантимет-ра. Всего картин 50. Получается в длину чуть больше 100 метров, а общая площадь проекта чуть больше 200 квадратных метров. – Рамы?  – Не решил пока. И вот почему. Нужны ли рамы вообще? А если нужны, то  и они должны быть оригинальными. Мой «Путь» можно представлять в виде круга, квадрата, спирали – вот сколько вариантов. Все зависит от выставочного пространства. – Пять лет на весь проект. Выходит, остался год. Но осталось еще  и 20 работ. Успеете?  – 20 последних тоже начал, но выполнил пока в меньшем объеме.  – На презентации в ТИУ вы говорили, что параллельно работаете сразу над несколькими картинами.  – Так  и есть – краска сохнет долго.  – Как же переключаться удается?  – Ничего сложного: я же не переключаюсь с портрета на натюрморт. У меня одна тема в одном стиле. Попутно еще учу китайский и арабский языки – какие-то ошибки благодаря новым знаниям удалось предотвратить. – Где вы уже выставлялись по миру и как разные народы реагируют на ваше творчество?  – Ездил по разным странам много, а выставлялся немного. От каких-то показов отказываюсь. Дело в том, что  у меня очень габаритные работы – за груз, а особенно за перегруз, надо платить. Плюс еще страховка и описание картин. При этом у меня нет спонсоров – все делаю сам. В Астане выставиться проще: вот она, граница, заказал «Газель» и перевез «творчество» даже в сорокаградусный мороз. Рисую не маслом, поэтому за сохранность не боюсь. У меня все навечно!  – Франция, Казахстан…  – Екатеринбург, Москва, Тюмень.  – Планы по покорению других точек земного шара?  – Надо бы по логике в Китай, откуда начинался Великий Шелковый путь.  – Вы пользуетесь в работе вспомогательными технологиями, компьютерными программами?  – Я умею только заходить в Интернет и выходить оттуда. От всего остального далеко. – Как вы работаете, «кухарничаете»? – Сначала, конечно, рисую карандашом, а вместо ластика – черная краска. Сверху ложится липкий грунт. На него через медицинский шприц – слои нитей. Это  и есть мой филумизм. Слой за слоем, слой за слоем – так рождается картина. В некоторых работах получается до двухсот слоев. Сек-ретов много. Некоторые можно подсмотреть на мастер-классах. Это те, что  я особо и не скрываю.  – Шприцев много надо? – На портрет Жириновского ушло около двух тысяч шприцев – специально подсчитал. Сколько уйдет на «Великий Шелковый путь», даже представить трудно, ведь это пять лет работы. Пользуюсь товарами местного производителя. А краска – московская, петербургская, итальянская. Плюс чуть-чуть нефти.  – Могли ли вы предположить, что станете художником?  – Конечно! Я учился в художественной школе, в которую меня, правда, отдали без моего желания. Но как-то прижился и ходил три года. Потом по примеру мальчишек со двора тайно записался в секцию дзюдо и бегал на спорт, а родителям врал. Они все же узнали, дали доходить в «Динамо» год, а потом за ухо снова привели в «художку». – Интересно, как ваши педагоги отреагируют на ваше творчество, если увидят «филумистические» картины?  – Наверное, удивятся. Я всегда неплохо учился, но при этом оставался хулиганистым. Меня именно поэтому и отвели на рисование. – Дети ваши рисуют?  – Нет. Они росли в 90-е, когда и профессорам в переходах приходилось стоять… Такой участи дочери и сыну не пожелал. Дети, повторюсь, окончили нефтегаз, получили стабильные профессии.  – Если не рисуете, то чем занимаетесь?  – Идет четвертый год, как  я просыпаюсь, рисую, ложусь спать. Мне было сначала вкусно и интересно, а сейчас устал, но надо завершить – столько средств, времени и сил вложено. Помогают отзывы зрителей. Пока не услышал ничего плохого. Пусть и плохое, наверное, будет, лишь бы никто равнодушным не оставался.  – А как к критике относитесь?  – В наше время критика – высшая похвала. Критикуют, значит, заметили, а значит, зацепило. 
Минувшим летом художник Игорь Рязанцев (да-да, тот самый, который придумал и запатентовал филумизм – и новый стиль, и новую творческую философию) представил в Тюменском индустриальном университете небольшую часть будущего проекта «Великий Шелковый путь».
Игорь Рязанцев. Фото из личного архива Игоря Рязанцева.

Это даже не проект, а, как говорит мастер, арт-энциклопедия, состоящая из 50 томов, то бишь картин. Грандиозное дело (а оно уже воплощается более четырех лет) Рязанцев намерен завершить в 2020 году. 

О поисках личного пути в мире прекрасного, о приемах «рисования нитями», открытиях, планах, мечтах читателям газеты «Тюменская область сегодня» рассказал сам герой. 

– Игорь, как возникла идея «Шелкового пути» в холстах? Что уже готово и что впереди? 
– Началось с того, что семь лет назад придумал и запатентовал филумизм. А поскольку я родоначальник стиля, то навыдумывал еще  и разные техники. Приемов накопилось много. Все думал-гадал, как же их показать в одной большой картине… На подсознательном уровне гигантомании побаивался, но мечту не отпускал. 

Как-то выставлялся в Лувре в Париже. Показом остался доволен. Но после того, как вернулся домой, стал себя, что называется, грызть: могло бы быть лучше, нужно было быть смелее. Нагнетал-нагнетал и пришел к выводу: если хочешь заявить о себе и своем творчестве на весь мир, придумай нечто такое, чтоб оно действительно было сделано и подано интересно и не-обычно. Тогда-то и пришла на ум идея арт-энциклопедии «Великий Шелковый путь». 

Откуда «энциклопедия»? Я же родом из Советского Союза! Нашими компьютерами считались толстые книги. Маме тогда посчастливилось выиграть талон на все тома БСЭ  в красивых бордовых обложках. К нам весь дом зачастил: кому-то надо для реферата, кому-то доклад подготовить, кому-то просто полистать. Помню, сосед дядя Леша, который химию преподавал, постоянно пытался выменять энциклопедию на свои «богатства». 

Откуда «Великий Шелковый путь»? По одному из образований я историк. Мы знаем, что Шелковый путь в том числе «задевал» и Тюмень, был проторен через Челябинск (недаром на гербе этого города изображен верблюд), тянулся аж до самого Салехарда (во время археологических раскопок на Севере нашли… виноградные косточки). Зачем китайцам понадобился Тюменский край? Пушнина – мягкое золото. Стоила она прилично и очень нравилась иноземцам. Путь, если помните, начался в Китае и первое время контролировался китайцами. Потом под свой контроль его взяли арабы. Наша Тюмень располагалась на перекрестке разных событий и действий. 

Теперь о главном: Шелковый путь и филумизм. Концепция моего стиля – все со всем взаимосвязано. Любой художник властен в силу своего воображения объединять народы, эпохи, явления. То же самое восемь столетий делала нить тутового шелкопряда. Развязывались войны, шло великое переселение народов, но «торговая дорога», возникшая до нашей эры  и развивавшаяся вплоть до XVIII столетия нашей эры, оставалась непоколебимой! Новые завоеватели захватывали города, но утром, как  и прежде, на рынок выходили торговцы, и жизнь продолжалась. 

Нити шелкопряда и филумизм легли рядом и затронули Тюмень. Да, мой город детства отразился в проекте. Пока в одной картине – на ней изображен храм. Но будет и вторая, посвященная атрибутам Западной Сибири. Закончу ее  в сентябре.

– Расскажите читателям, сколько вы пишете картин, то есть томов. В общем, мне интересна арифметика… 

– 50 томов. Это пока. Дальше будет видно. Я покажу Китай, Среднюю Азию, арабские страны, Северную Африку, Европу, Россию и Индию. Путь – от восхода, то есть Востока, до заката, то есть Запада. Между главными картинами расположатся так называемые «разграничители» в виде других картин. Они отделят и в то же время свяжут кусочки. Каждому блоку стран посвящу какое-то количество работ: где-то их будет больше, а где-то меньше. Россию, сразу скажу, не обделю. 

Для кого и для чего делается энциклопедия? Однозначно не для продажи. Хочу, чтобы ее увидел мир. Если мир увидит, в том числе и Тюмень, это будет прекрасно! Куда бы ты ни переехал, все равно вспоминаешь о Родине. Более двух лет  я провел в Москве, но Тюмень манила и тянула обратно. А Марк Шагал?! Он  и в Париже продолжал писать свой Витебск. 

– Процентовка проекта? 

– В стопроцентной готовности нет ни одной работы. В 95-процентной готовности – 30 работ. Остались небольшие доделки. Этому проекту ведь уже четвертый год… А сколько материала извел! 

– А узнали мы  о нем только летом. 

– Я хранил его  в большом секрете! Очень переживал, что кто-то преждевременно умыкнет идею, которая ранее не применялась ни  в классической, ни  в современной живописи. Вообще не против, чтобы ею воспользовались, главное – не трогать выстраданную философию. Когда больше половины картин написал, тогда и представил общественности. Завершить постараюсь летом 2020 года. Это будет дорогой проект. 

– Где «Путь» может быть презентован в первый раз  в полном объеме? Что за город и пространство? 

– Найти соответствующие проекту площади можно в любом городе, но  у меня правило: все новое сначала показываю в родной Тюмени, а уж потом вывожу за границы Сибири. 

– Про размер картин расскажите. 

– Вот мы  с арифметики перешли и к планометрии. Каждая картина – квадрат размером
204 сантиметра на 204 сантимет-ра. Всего картин 50. Получается в длину чуть больше 100 метров, а общая площадь проекта чуть больше 200 квадратных метров.

– Рамы? 

– Не решил пока. И вот почему. Нужны ли рамы вообще? А если нужны, то  и они должны быть оригинальными. Мой «Путь» можно представлять в виде круга, квадрата, спирали – вот сколько вариантов. Все зависит от выставочного пространства.

– Пять лет на весь проект. Выходит, остался год. Но осталось еще  и 20 работ. Успеете? 

– 20 последних тоже начал, но выполнил пока в меньшем объеме. 

– На презентации в ТИУ вы говорили, что параллельно работаете сразу над несколькими картинами. 

– Так  и есть – краска сохнет долго. 

– Как же переключаться удается? 

– Ничего сложного: я же не переключаюсь с портрета на натюрморт. У меня одна тема в одном стиле. Попутно еще учу китайский и арабский языки – какие-то ошибки благодаря
новым знаниям удалось предотвратить.

– Где вы уже выставлялись по миру и как разные народы реагируют на ваше творчество? 

– Ездил по разным странам много, а выставлялся немного. От каких-то показов отказываюсь. Дело в том, что  у меня очень габаритные работы – за груз, а особенно за перегруз, надо платить. Плюс еще страховка и описание картин. При этом у меня нет спонсоров – все делаю сам. В Астане выставиться проще: вот она, граница, заказал «Газель» и перевез «творчество» даже в сорокаградусный мороз. Рисую не маслом, поэтому за сохранность не боюсь. У меня все навечно! 

– Франция, Казахстан… 

– Екатеринбург, Москва, Тюмень. 

– Планы по покорению других точек земного шара? 

– Надо бы по логике в Китай, откуда начинался Великий Шелковый путь. 

– Вы пользуетесь в работе вспомогательными технологиями, компьютерными программами? 

– Я умею только заходить в Интернет и выходить оттуда. От всего остального далеко.

– Как вы работаете, «кухарничаете»?

– Сначала, конечно, рисую карандашом, а вместо ластика – черная краска. Сверху
ложится липкий грунт. На него через медицинский шприц – слои нитей. Это  и есть мой филумизм. Слой за слоем, слой за слоем – так рождается картина. В некоторых работах получается до двухсот слоев. Сек-ретов много. Некоторые можно подсмотреть на мастер-классах. Это те, что  я особо и не скрываю. 

– Шприцев много надо?

– На портрет Жириновского ушло около двух тысяч шприцев – специально подсчитал. Сколько уйдет на «Великий Шелковый путь», даже представить трудно, ведь это пять лет работы. Пользуюсь товарами местного производителя. А краска – московская, петербургская, итальянская. Плюс чуть-чуть нефти. 

– Могли ли вы предположить, что станете художником? 

– Конечно! Я учился в художественной школе, в которую меня, правда, отдали без моего желания. Но как-то прижился и ходил три года. Потом по примеру мальчишек со двора тайно записался в секцию дзюдо и бегал на спорт, а родителям врал. Они все же узнали, дали доходить в «Динамо» год, а потом за ухо снова привели в «художку».

– Интересно, как ваши педагоги отреагируют на ваше творчество, если увидят «филумистические» картины? 

– Наверное, удивятся. Я всегда неплохо учился, но при этом оставался хулиганистым. Меня именно поэтому и отвели на рисование.

– Дети ваши рисуют? 

– Нет. Они росли в 90-е, когда и профессорам в переходах приходилось стоять… Такой участи дочери и сыну не пожелал. Дети, повторюсь, окончили нефтегаз, получили стабильные профессии. 

– Если не рисуете, то чем занимаетесь? 

– Идет четвертый год, как  я просыпаюсь, рисую, ложусь спать. Мне было сначала вкусно и интересно, а сейчас устал, но надо завершить – столько средств, времени и сил вложено. Помогают отзывы зрителей. Пока не услышал ничего плохого. Пусть и плохое, наверное, будет, лишь бы никто равнодушным не оставался. 

– А как к критике относитесь? 

– В наше время критика – высшая похвала. Критикуют, значит, заметили, а значит,
зацепило. 

Читать больше:

Основатель филумизма - художник Игорь Рязанцев представил новый проект (ВИДЕО)

В Музей Распутина передали портрет императора Николая II

396Просмотров
Комментарии для сайта Cackle

Читать далее
Представители пожилого поколения продолжают знакомиться с основами безопасности
Проект газеты «Тюменская область сегодня» был приурочен к 75-летию региона.
Также они преодолевали рвы, двухметровые заборы и подтягивались на перекладине.
Главы регионов примут участие в церемонии награждения конкурсов «Славим человека труда!»
Видеонаблюдение с системой распознавания лиц, умные остановки и другие полезные инновационные начинки в скором времени появятся на улицах Тобольска.
Юная жительница Тюменской области прислала рассказ о любимом питомце.

Опрос
Устраивает ли вас дорожное движение в Тюменской области?
Да, мне все нравится
Нет, не устраивает из-за пробок
Все хорошо, кроме хамства на дорогах
Нет, качество дорог оставляет желать лучшего
Здесь лучше, чем в целом по России
Я не пользуюсь наземным транспортом
Не устраивает во всех смыслах
Популярные статьи
Слушать новости

Подпишитесь на нашу рассылку, чтобы не пропустить главное