×
В социальных сетях
В печатной версии

Как мы прожили эти годы: «Сохранить стабильность в области непросто»

17.09.2019
17:30
Как мы прожили эти годы: «Сохранить стабильность в области непросто». Мы продолжаем серию публикаций альманаха «Сибирское богатство», посвященного 75-летию Тюменской области, «Как мы прожили эти годы».. «Если честно, то я всегда почему-то стеснялся быть во власти. Губернатору или мэру тоже бывает горько слышать некоторые нелицеприятные вещи о себе, особенно если высказывания несправедливы»   Леонид Рокецкий, Глава администрации, губернатор Тюменской области  (1993-2001 годы). И все-таки все мы родом из детства. Кем бы потом ни становились во взрослой жизни, наша личность закладывается там, в детстве, в семье. Что же помогло Рокецкому стать тем, кем мы его знаем, — Личностью? «Я из многодетной семьи. Нас было четыре брата. Мы все воспитывались в труде. Помогали родителям по дому. Жили трудно, не праздно. У нас были хорошие примеры наших предков, которые добились чего-то в жизни. Учился я в школе хорошо, до седьмого класса был круглым отличником. Потом — институт. Там появилось первое признание: стал командиром вузовского студенческого строительного отряда, председателем профбюро факультета, заместителем председателя профкома института (22 тысячи студентов только на стационаре училось). А затем стал командиром Львовского областного отряда. Это все были выборы, и достаточно демократичные — то есть я получил признание от своих друзей-соратников и не имел права подвести их, чувствовал себя ответственным. Что касается детства, то жила наша семья в семи километрах от областного центра Тернополя, «на земле», как сейчас говорят. Помню весенний запах той родной земли, когда она парит. Помню радость первого хлеба. Чувствую это и по сию пору. Для меня это не просто процесс, а пробуждение земли, ее воскрешение…».   В «лихие девяностые» этот человек стал главным действующим лицом нашей региональной исполнительной власти. Cам по себе тот факт, что Рокецкий управлял регионом почти десятилетие, говорит о многом. В нашей беседе Леонид Юлианович вспоминал, как все это было, что осталось в душе и «за кадром». В частности, прозвучала мысль: мы все вместе преодолели многие трудности 90-х, сохранили в Тюмени и области стабильность и тенденцию к росту, устойчивому движению вперед. И это не только пафосные, красивые слова, но прежде всего — реальные дела. «При всем сегодняшнем бардаке, — говорил губернатор устами своего персонажа в романе «Слой», — мы в области живем лучше и работаем лучше, чем в большинстве других регионов. И что же вы думаете, это нам с неба свалилось? Семьдесят пять процентов всех налогов в области осталось, а раньше столько в Москву уходило. Думаете, Москва нам так просто сдалась, да?». О Рокецком в книге написано также, что «…он очень вырос как политик, научился общаться с людьми на понятном им языке, прибавил юмора и задиристости, но за внешним добродушием и эдакой показной мужичьей хитроватостью маячил жесткий и умелый администратор, профессионал…».  Конечно, тут помог прошлый опыт градоначальника Сургута. В мае 1990 года Леонид Рокецкий стал депутатом областного Совета. Тогда же, на первом заседании регионального парламента 11 мая, был избран председателем облисполкома. Через два года, в ноябре 1992 года, стал первым замом у главы обладминистрации Юрия Шафраника. Год спустя возглавил область. И так до 2001 года. Вот и выходит, что все серьезные перемены в регионе происходили в 90-х с его участием.  Касаясь Тюмени, мой уважаемый собеседник ностальгически отметил: «Оказывается, я уехал давно, целых 16 лет назад. Но и по сей день стараюсь со всеми (в том числе и с властями) поддерживать нормальные отношения. Тогда, в 90-х, придя в областную власть, был убежден в том, что жизнь надо менять к лучшему. Что-то получалось, а что-то — нет. Мы все учились этому. Слава богу, в Тюмени сейчас все нормально».  «Конечно, хотелось не наделать ошибок. Ведь по сути мы были первопроходцами. Может, мои действия расценивались как несколько преждевременные. Действительно, не все в моем окружении понимали меня. Особенно когда я резко пошел в плане исполнения закона о местном самоуправлении. Но считал и сейчас считаю: то был единственно верный путь, ибо благополучие каждого все же зависит от того, как обустроена его жизнь: поселок, улица, дом, семья. Самоуправление на местах реально позволяло это сделать. Мы в 95-м году по-новому начали формировать эту власть: избирали глав администраций в каждом поселении, налоги оставались у них. Люди стали избавляться от какого-то вечного иждивенческого менталитета, пытались стать хозяевами своей жизни, вспомнили о своем человеческом достоинстве. И вот десятилетия спустя предпринимаются попытки использовать тот положительный наш опыт — чтобы этот принцип заработал на всей территории Российской Федерации». Всего, что тогда делал губернатор, не перечислить. Но что-то можно вспомнить: строил мосты (в том числе через Туру по улице Профсоюзной), дороги, заводы, гостиницы… Да мало ли что. Во время нашей беседы Леонид Юлианович говорил о распространенном в ту пору «его величестве бартере»: «Газпром тогда возводил свой большой офис в Москве, а оставшиеся панели я выпросил у Вяхирева для строящейся у нас гостиницы «Тюмень». Продолжая строительную тему, напомнил: «За один год провели газ во все районы юга области, для чего построили завод, где начали выпускать трубы. Появились завод электродов, сэндвич-панелей, стекловаты, итальянской плитки, построили фармацевтическое предприятие… Развивали завод медоборудования, аккумуляторный… В какой-то момент все у нас стало получаться. Меня еще ругали, мол, зачем ты каждый раз устраиваешь показуху: поехал ленточки разрезать — новый мост построили или сдали где-то участок новой дороги. Возражал оппонентам аргументированно: кто ничего не делает, у того и повода нет «ленточки разрезать». Это же была реальность, а не показуха. Кроме того, в 90-е годы для людей это было еще и веским поводом для оптимизма, радости, надежды на лучшее будущее. Возьмите те же отдаленные районы — Сладково, Казанка, куда мы протянули газопроводы… Меня сегодня удивляет и то, что в то трудное время мы открыли в Тюмени институт культуры, поставили оперу «Алеко»… И этого хотел не только я, но и сограждане в первую очередь». «Вспоминаю и такой момент. Был так называемый «парад суверенитетов», когда наша большая область (включая автономные округа) чуть не развалилась на части. Самое сложное в той ситуации было «завести» в новую Конституцию хоть какое-то право на единство территории региона. Я, будучи членом Конституционного собрания, внес предложение и формулировку о том, что в России есть сложнопостроенные субъекты Федерации (области, края, куда входят автономные округа) — так с большим трудом появилась статья 66-я Конституции РФ в тюменской редакции. По этим нормам регион живет и сегодня: в областную казну поступают налоги со всей территории, в том числе с Ямала и Югры. А когда в Совете Федерации я стал председателем комитета по местному самоуправлению, то приложил большие усилия для дальнейшего укрупнения краев и областей, подобных нашей. Начали с Красноярского края, хотелось, чтобы и в Тюменской области пошли тем же путем.  В Сургут я приехал в качестве командира Львовского областного комсомольского строительного отряда. 35 лет отдал Тюменской области как руководитель различных рангов. И сегодня мне приятно, что у меня есть свой город — Сургут: когда приехал со стройотрядом в 1966-м, там насчитывалось чуть больше 10 тысяч жителей, а уехал в 90-м году, когда в городе было почти 300 тысяч жителей. Будучи первым заместителем председателя горисполкома, отвечал за всю инженерную инфраструктуру, а она росла вместе с развитием города. Приятно, что я жил именно там в то время и строил новый город вместе со своими соратниками. Мне было интересно. Мне доверяли. Там я получил признание людей. Затем была Тюмень — меня избрали депутатом областного Совета. Конечно, горизонты здесь были шире, соответственно — трудностей хватало. Но для меня ярким остается событие — 50-летие Тюменской области в 94-м году, которое по сути, решало задачу укрепления единства области». Леонида Рокецкого многое связывало с окружными губернаторами Александром Филипенко и Юрием Нееловым. «Не раз говорил и говорю людям: «Будьте добрее друг к другу!». Однажды услышал фразу: «Обратите внимание: у нас губернатор добрый». Подоплека была такова: неужели вы думаете, что если человек пошел во власть, он уже изначально нехороший? Вы присмотритесь: Рокецкий-то у нас добрый! Скажу определенно: добрякам во власти делать нечего. Тут нужно быть прежде всего справедливым. Хотя утверждают: власть ожесточает человека. Не знаю. Про себя скажу, что, находясь во властных структурах, я просто многому научился, чего, может быть, не постиг бы в обычной жизни. Учился быть мэром в Сургуте, учился быть губернатором. И учили меня этому люди, мои избиратели и земляки. Вспоминаю, как в бытность главой Сургута каждый вторник проводил прием нуждающихся в жилье — ведь многие тогда там жили в вагончиках, балках, времянках… У всех была одна мысль и забота: как быстрее получить крышу над головой? Однажды заходит молодой человек. Говорит: «Я водитель, живу на Таратыновке (так назывался балочный массив, который должны были сносить через полгода), у меня двое детей, болеют, девять лет живу с семьей в балке, зимой голова примерзает к стене, часто случаются пожары. Иной раз возвращаюсь с работы и гадаю, сгорели мои домочадцы или нет. Тяжело. Помогите». Так мне что-то жалко его стало. Предложил ему двухкомнатную квартиру-«малосемейку» и выписал ордер. Он выбегает в приемную и кричит на радостях: «Ура!!! Я обманул Рокецкого! Я ему сказал, что живу в балке девять лет, а на самом деле не прошло еще и шести лет!». Заходит бабуля и тут же его закладывает: мол, вызывайте милицию, этот молодой человек вас обманул… С тех пор я завел такое правило: разрешаю всем вам меня надуть, обмануть, если вам от этого будет легче. Я на вас обижаться не буду.  Если честно, то я всегда почему-то стеснялся быть во власти. Губернатору или мэру тоже бывает горько слышать некоторые нелицеприятные вещи о себе, особенно если высказывания несправедливы. Мне с раннего возраста хотелось быть человеком мастеровым, что-то делать своими руками. Да и по специальности я инженер-энергетик. Конечно, иногда критика бывает и к месту, но косвенные, огульные обвинения в каких-то грехах больно ранят.  Потому что какой бы ты ни был, твои чисто человеческие качества здесь мало что значат — ты главное исполняй то, что предписывает закон и система, будь добр, обеспечь то, что от тебя требуется, а личное оставь за порогом кабинета».
Мы продолжаем серию публикаций альманаха «Сибирское богатство», посвященного 75-летию Тюменской области, «Как мы прожили эти годы».
Рокецкий не пытался командовать крестьянами - что, где и когда им сеять. Его задачей было создать им условия для работы.

«Если честно, то я всегда почему-то стеснялся быть во власти. Губернатору или мэру тоже бывает горько слышать некоторые нелицеприятные вещи о себе, особенно если высказывания несправедливы»  

Леонид Рокецкий, Глава администрации, губернатор Тюменской области 

(1993-2001 годы).

И все-таки все мы родом из детства. Кем бы потом ни становились во взрослой жизни, наша личность закладывается там, в детстве, в семье. Что же помогло Рокецкому стать тем, кем мы его знаем, — Личностью?

«Я из многодетной семьи. Нас было четыре брата. Мы все воспитывались в труде. Помогали родителям по дому. Жили трудно, не праздно. У нас были хорошие примеры наших предков, которые добились чего-то в жизни. Учился я в школе хорошо, до седьмого класса был круглым отличником. Потом — институт. Там появилось первое признание: стал командиром вузовского студенческого строительного отряда, председателем профбюро факультета, заместителем председателя профкома института (22 тысячи студентов только на стационаре училось). А затем стал командиром Львовского областного отряда. Это все были выборы, и достаточно демократичные — то есть я получил признание от своих друзей-соратников и не имел права подвести их, чувствовал себя ответственным.

Что касается детства, то жила наша семья в семи километрах от областного центра Тернополя, «на земле», как сейчас говорят. Помню весенний запах той родной земли, когда она парит. Помню радость первого хлеба. Чувствую это и по сию пору. Для меня это не просто процесс, а пробуждение земли, ее воскрешение…».  

В «лихие девяностые» этот человек стал главным действующим лицом нашей региональной исполнительной власти. Cам по себе тот факт, что Рокецкий управлял регионом почти десятилетие, говорит о многом. В нашей беседе Леонид Юлианович вспоминал, как все это было, что осталось в душе и «за кадром». В частности, прозвучала мысль: мы все вместе преодолели многие трудности 90-х, сохранили в Тюмени и области стабильность и тенденцию к росту, устойчивому движению вперед. И это не только пафосные, красивые слова, но прежде всего — реальные дела. «При всем сегодняшнем бардаке, — говорил губернатор устами своего персонажа в романе «Слой», — мы в области живем лучше и работаем лучше, чем в большинстве других регионов. И что же вы думаете, это нам с неба свалилось? Семьдесят пять процентов всех налогов в области осталось, а раньше столько в Москву уходило. Думаете, Москва нам так просто сдалась, да?». О Рокецком в книге написано также, что «…он очень вырос как политик, научился общаться с людьми на понятном им языке, прибавил юмора и задиристости, но за внешним добродушием и эдакой показной мужичьей хитроватостью маячил жесткий и умелый администратор, профессионал…». 

Конечно, тут помог прошлый опыт градоначальника Сургута. В мае 1990 года Леонид Рокецкий стал депутатом областного Совета. Тогда же, на первом заседании регионального парламента 11 мая, был избран председателем облисполкома. Через два года, в ноябре 1992 года, стал первым замом у главы обладминистрации Юрия Шафраника. Год спустя возглавил область. И так до 2001 года. Вот и выходит, что все серьезные перемены в регионе происходили в 90-х с его участием. 

Касаясь Тюмени, мой уважаемый собеседник ностальгически отметил: «Оказывается, я уехал давно, целых 16 лет назад. Но и по сей день стараюсь со всеми (в том числе и с властями) поддерживать нормальные отношения. Тогда, в 90-х, придя в областную власть, был убежден в том, что жизнь надо менять к лучшему. Что-то получалось, а что-то — нет. Мы все учились этому. Слава богу, в Тюмени сейчас все нормально». 

«Конечно, хотелось не наделать ошибок. Ведь по сути мы были первопроходцами. Может, мои действия расценивались как несколько преждевременные. Действительно, не все в моем окружении понимали меня. Особенно когда я резко пошел в плане исполнения закона о местном самоуправлении. Но считал и сейчас считаю: то был единственно верный путь, ибо благополучие каждого все же зависит от того, как обустроена его жизнь: поселок, улица, дом, семья. Самоуправление на местах реально позволяло это сделать. Мы в 95-м году по-новому начали формировать эту власть: избирали глав администраций в каждом поселении, налоги оставались у них. Люди стали избавляться от какого-то вечного иждивенческого менталитета, пытались стать хозяевами своей жизни, вспомнили о своем человеческом достоинстве. И вот десятилетия спустя предпринимаются попытки использовать тот положительный наш опыт — чтобы этот принцип заработал на всей территории Российской Федерации».

Всего, что тогда делал губернатор, не перечислить. Но что-то можно вспомнить: строил мосты (в том числе через Туру по улице Профсоюзной), дороги, заводы, гостиницы… Да мало ли что. Во время нашей беседы Леонид Юлианович говорил о распространенном в ту пору «его величестве бартере»: «Газпром тогда возводил свой большой офис в Москве, а оставшиеся панели я выпросил у Вяхирева для строящейся у нас гостиницы «Тюмень». Продолжая строительную тему, напомнил: «За один год провели газ во все районы юга области, для чего построили завод, где начали выпускать трубы. Появились завод электродов, сэндвич-панелей, стекловаты, итальянской плитки, построили фармацевтическое предприятие… Развивали завод медоборудования, аккумуляторный… В какой-то момент все у нас стало получаться. Меня еще ругали, мол, зачем ты каждый раз устраиваешь показуху: поехал ленточки разрезать — новый мост построили или сдали где-то участок новой дороги. Возражал оппонентам аргументированно: кто ничего не делает, у того и повода нет «ленточки разрезать». Это же была реальность, а не показуха. Кроме того, в 90-е годы для людей это было еще и веским поводом для оптимизма, радости, надежды на лучшее будущее. Возьмите те же отдаленные районы — Сладково, Казанка, куда мы протянули газопроводы… Меня сегодня удивляет и то, что в то трудное время мы открыли в Тюмени институт культуры, поставили оперу «Алеко»… И этого хотел не только я, но и сограждане в первую очередь».

«Вспоминаю и такой момент. Был так называемый «парад суверенитетов», когда наша большая область (включая автономные округа) чуть не развалилась на части. Самое сложное в той ситуации было «завести» в новую Конституцию хоть какое-то право на единство территории региона. Я, будучи членом Конституционного собрания, внес предложение и формулировку о том, что в России есть сложнопостроенные субъекты Федерации (области, края, куда входят автономные округа) — так с большим трудом появилась статья 66-я Конституции РФ в тюменской редакции. По этим нормам регион живет и сегодня: в областную казну поступают налоги со всей территории, в том числе с Ямала и Югры. А когда в Совете Федерации я стал председателем комитета по местному самоуправлению, то приложил большие усилия для дальнейшего укрупнения краев и областей, подобных нашей. Начали с Красноярского края, хотелось, чтобы и в Тюменской области пошли тем же путем. 

В Сургут я приехал в качестве командира Львовского областного комсомольского строительного отряда. 35 лет отдал Тюменской области как руководитель различных рангов. И сегодня мне приятно, что у меня есть свой город — Сургут: когда приехал со стройотрядом в 1966-м, там насчитывалось чуть больше 10 тысяч жителей, а уехал в 90-м году, когда в городе было почти 300 тысяч жителей. Будучи первым заместителем председателя горисполкома, отвечал за всю инженерную инфраструктуру, а она росла вместе с развитием города. Приятно, что я жил именно там в то время и строил новый город вместе со своими соратниками. Мне было интересно. Мне доверяли. Там я получил признание людей. Затем была Тюмень — меня избрали депутатом областного Совета. Конечно, горизонты здесь были шире, соответственно — трудностей хватало. Но для меня ярким остается событие — 50-летие Тюменской области в 94-м году, которое по сути, решало задачу укрепления единства области».

Леонида Рокецкого многое связывало с окружными губернаторами Александром Филипенко и Юрием Нееловым.

«Не раз говорил и говорю людям: «Будьте добрее друг к другу!». Однажды услышал фразу: «Обратите внимание: у нас губернатор добрый». Подоплека была такова: неужели вы думаете, что если человек пошел во власть, он уже изначально нехороший? Вы присмотритесь: Рокецкий-то у нас добрый! Скажу определенно: добрякам во власти делать нечего. Тут нужно быть прежде всего справедливым.

Хотя утверждают: власть ожесточает человека. Не знаю. Про себя скажу, что, находясь во властных структурах, я просто многому научился, чего, может быть, не постиг бы в обычной жизни. Учился быть мэром в Сургуте, учился быть губернатором. И учили меня этому люди, мои избиратели и земляки. Вспоминаю, как в бытность главой Сургута каждый вторник проводил прием нуждающихся в жилье — ведь многие тогда там жили в вагончиках, балках, времянках… У всех была одна мысль и забота: как быстрее получить крышу над головой? Однажды заходит молодой человек. Говорит: «Я водитель, живу на Таратыновке (так назывался балочный массив, который должны были сносить через полгода), у меня двое детей, болеют, девять лет живу с семьей в балке, зимой голова примерзает к стене, часто случаются пожары. Иной раз возвращаюсь с работы и гадаю, сгорели мои домочадцы или нет. Тяжело. Помогите». Так мне что-то жалко его стало. Предложил ему двухкомнатную квартиру-«малосемейку» и выписал ордер. Он выбегает в приемную и кричит на радостях: «Ура!!! Я обманул Рокецкого! Я ему сказал, что живу в балке девять лет, а на самом деле не прошло еще и шести лет!». Заходит бабуля и тут же его закладывает: мол, вызывайте милицию, этот молодой человек вас обманул… С тех пор я завел такое правило: разрешаю всем вам меня надуть, обмануть, если вам от этого будет легче. Я на вас обижаться не буду. 

Если честно, то я всегда почему-то стеснялся быть во власти. Губернатору или мэру тоже бывает горько слышать некоторые нелицеприятные вещи о себе, особенно если высказывания несправедливы. Мне с раннего возраста хотелось быть человеком мастеровым, что-то делать своими руками. Да и по специальности я инженер-энергетик. Конечно, иногда критика бывает и к месту, но косвенные, огульные обвинения в каких-то грехах больно ранят.  Потому что какой бы ты ни был, твои чисто человеческие качества здесь мало что значат — ты главное исполняй то, что предписывает закон и система, будь добр, обеспечь то, что от тебя требуется, а личное оставь за порогом кабинета».

Читать больше:

Тюменцы примерили на себя профессию военного

Как мы прожили эти годы: успех и драма Юрия Шафраника

691Просмотров
Комментарии для сайта Cackle

Читать далее
Такова статистика департамента на 1 октября 2019 года.
Вниманию читателей свежий номер газеты за субботу.
С 13 по 19 октября – обо всем самом интересном.
Организаторы ZERO WASTE FEST TYUMEN 2019 -- добровольческое объединение «Круговорот» и экомаркет «Пакета нет» привлекли внимание горожан к необходимости сокращения потребления.
По народному календарю – Фомин день. В старину примечали: если в этот день земля снегом покрылась, то во второй половине ноября зима на ноги станет.

Опрос
Готовы ли вы отказаться от использования изделий из пластика?
Да, конечно
Мы отказались от полиэтиленовых пакетов
Готовы, если этот пластик опасен для здоровья
Нет, пластик — это удобно
Да, если появится альтернатива пластику
Нет, проблема не в пластике, а в его использовании и утилизации

Подпишитесь на нашу рассылку, чтобы не пропустить главное