Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Думай о хорошем, включай радио

Как мы прожили эти годы: «Сохранить стабильность в области непросто»

17.09.2019
17:30
Как мы прожили эти годы: «Сохранить стабильность в области непросто». Мы продолжаем серию публикаций альманаха «Сибирское богатство», посвященного 75-летию Тюменской области, «Как мы прожили эти годы».. «Если честно, то я всегда почему-то стеснялся быть во власти. Губернатору или мэру тоже бывает горько слышать некоторые нелицеприятные вещи о себе, особенно если высказывания несправедливы»   Леонид Рокецкий, Глава администрации, губернатор Тюменской области  (1993-2001 годы). И все-таки все мы родом из детства. Кем бы потом ни становились во взрослой жизни, наша личность закладывается там, в детстве, в семье. Что же помогло Рокецкому стать тем, кем мы его знаем, — Личностью? «Я из многодетной семьи. Нас было четыре брата. Мы все воспитывались в труде. Помогали родителям по дому. Жили трудно, не праздно. У нас были хорошие примеры наших предков, которые добились чего-то в жизни. Учился я в школе хорошо, до седьмого класса был круглым отличником. Потом — институт. Там появилось первое признание: стал командиром вузовского студенческого строительного отряда, председателем профбюро факультета, заместителем председателя профкома института (22 тысячи студентов только на стационаре училось). А затем стал командиром Львовского областного отряда. Это все были выборы, и достаточно демократичные — то есть я получил признание от своих друзей-соратников и не имел права подвести их, чувствовал себя ответственным. Что касается детства, то жила наша семья в семи километрах от областного центра Тернополя, «на земле», как сейчас говорят. Помню весенний запах той родной земли, когда она парит. Помню радость первого хлеба. Чувствую это и по сию пору. Для меня это не просто процесс, а пробуждение земли, ее воскрешение…».   В «лихие девяностые» этот человек стал главным действующим лицом нашей региональной исполнительной власти. Cам по себе тот факт, что Рокецкий управлял регионом почти десятилетие, говорит о многом. В нашей беседе Леонид Юлианович вспоминал, как все это было, что осталось в душе и «за кадром». В частности, прозвучала мысль: мы все вместе преодолели многие трудности 90-х, сохранили в Тюмени и области стабильность и тенденцию к росту, устойчивому движению вперед. И это не только пафосные, красивые слова, но прежде всего — реальные дела. «При всем сегодняшнем бардаке, — говорил губернатор устами своего персонажа в романе «Слой», — мы в области живем лучше и работаем лучше, чем в большинстве других регионов. И что же вы думаете, это нам с неба свалилось? Семьдесят пять процентов всех налогов в области осталось, а раньше столько в Москву уходило. Думаете, Москва нам так просто сдалась, да?». О Рокецком в книге написано также, что «…он очень вырос как политик, научился общаться с людьми на понятном им языке, прибавил юмора и задиристости, но за внешним добродушием и эдакой показной мужичьей хитроватостью маячил жесткий и умелый администратор, профессионал…».  Конечно, тут помог прошлый опыт градоначальника Сургута. В мае 1990 года Леонид Рокецкий стал депутатом областного Совета. Тогда же, на первом заседании регионального парламента 11 мая, был избран председателем облисполкома. Через два года, в ноябре 1992 года, стал первым замом у главы обладминистрации Юрия Шафраника. Год спустя возглавил область. И так до 2001 года. Вот и выходит, что все серьезные перемены в регионе происходили в 90-х с его участием.  Касаясь Тюмени, мой уважаемый собеседник ностальгически отметил: «Оказывается, я уехал давно, целых 16 лет назад. Но и по сей день стараюсь со всеми (в том числе и с властями) поддерживать нормальные отношения. Тогда, в 90-х, придя в областную власть, был убежден в том, что жизнь надо менять к лучшему. Что-то получалось, а что-то — нет. Мы все учились этому. Слава богу, в Тюмени сейчас все нормально».  «Конечно, хотелось не наделать ошибок. Ведь по сути мы были первопроходцами. Может, мои действия расценивались как несколько преждевременные. Действительно, не все в моем окружении понимали меня. Особенно когда я резко пошел в плане исполнения закона о местном самоуправлении. Но считал и сейчас считаю: то был единственно верный путь, ибо благополучие каждого все же зависит от того, как обустроена его жизнь: поселок, улица, дом, семья. Самоуправление на местах реально позволяло это сделать. Мы в 95-м году по-новому начали формировать эту власть: избирали глав администраций в каждом поселении, налоги оставались у них. Люди стали избавляться от какого-то вечного иждивенческого менталитета, пытались стать хозяевами своей жизни, вспомнили о своем человеческом достоинстве. И вот десятилетия спустя предпринимаются попытки использовать тот положительный наш опыт — чтобы этот принцип заработал на всей территории Российской Федерации». Всего, что тогда делал губернатор, не перечислить. Но что-то можно вспомнить: строил мосты (в том числе через Туру по улице Профсоюзной), дороги, заводы, гостиницы… Да мало ли что. Во время нашей беседы Леонид Юлианович говорил о распространенном в ту пору «его величестве бартере»: «Газпром тогда возводил свой большой офис в Москве, а оставшиеся панели я выпросил у Вяхирева для строящейся у нас гостиницы «Тюмень». Продолжая строительную тему, напомнил: «За один год провели газ во все районы юга области, для чего построили завод, где начали выпускать трубы. Появились завод электродов, сэндвич-панелей, стекловаты, итальянской плитки, построили фармацевтическое предприятие… Развивали завод медоборудования, аккумуляторный… В какой-то момент все у нас стало получаться. Меня еще ругали, мол, зачем ты каждый раз устраиваешь показуху: поехал ленточки разрезать — новый мост построили или сдали где-то участок новой дороги. Возражал оппонентам аргументированно: кто ничего не делает, у того и повода нет «ленточки разрезать». Это же была реальность, а не показуха. Кроме того, в 90-е годы для людей это было еще и веским поводом для оптимизма, радости, надежды на лучшее будущее. Возьмите те же отдаленные районы — Сладково, Казанка, куда мы протянули газопроводы… Меня сегодня удивляет и то, что в то трудное время мы открыли в Тюмени институт культуры, поставили оперу «Алеко»… И этого хотел не только я, но и сограждане в первую очередь». «Вспоминаю и такой момент. Был так называемый «парад суверенитетов», когда наша большая область (включая автономные округа) чуть не развалилась на части. Самое сложное в той ситуации было «завести» в новую Конституцию хоть какое-то право на единство территории региона. Я, будучи членом Конституционного собрания, внес предложение и формулировку о том, что в России есть сложнопостроенные субъекты Федерации (области, края, куда входят автономные округа) — так с большим трудом появилась статья 66-я Конституции РФ в тюменской редакции. По этим нормам регион живет и сегодня: в областную казну поступают налоги со всей территории, в том числе с Ямала и Югры. А когда в Совете Федерации я стал председателем комитета по местному самоуправлению, то приложил большие усилия для дальнейшего укрупнения краев и областей, подобных нашей. Начали с Красноярского края, хотелось, чтобы и в Тюменской области пошли тем же путем.  В Сургут я приехал в качестве командира Львовского областного комсомольского строительного отряда. 35 лет отдал Тюменской области как руководитель различных рангов. И сегодня мне приятно, что у меня есть свой город — Сургут: когда приехал со стройотрядом в 1966-м, там насчитывалось чуть больше 10 тысяч жителей, а уехал в 90-м году, когда в городе было почти 300 тысяч жителей. Будучи первым заместителем председателя горисполкома, отвечал за всю инженерную инфраструктуру, а она росла вместе с развитием города. Приятно, что я жил именно там в то время и строил новый город вместе со своими соратниками. Мне было интересно. Мне доверяли. Там я получил признание людей. Затем была Тюмень — меня избрали депутатом областного Совета. Конечно, горизонты здесь были шире, соответственно — трудностей хватало. Но для меня ярким остается событие — 50-летие Тюменской области в 94-м году, которое по сути, решало задачу укрепления единства области». Леонида Рокецкого многое связывало с окружными губернаторами Александром Филипенко и Юрием Нееловым. «Не раз говорил и говорю людям: «Будьте добрее друг к другу!». Однажды услышал фразу: «Обратите внимание: у нас губернатор добрый». Подоплека была такова: неужели вы думаете, что если человек пошел во власть, он уже изначально нехороший? Вы присмотритесь: Рокецкий-то у нас добрый! Скажу определенно: добрякам во власти делать нечего. Тут нужно быть прежде всего справедливым. Хотя утверждают: власть ожесточает человека. Не знаю. Про себя скажу, что, находясь во властных структурах, я просто многому научился, чего, может быть, не постиг бы в обычной жизни. Учился быть мэром в Сургуте, учился быть губернатором. И учили меня этому люди, мои избиратели и земляки. Вспоминаю, как в бытность главой Сургута каждый вторник проводил прием нуждающихся в жилье — ведь многие тогда там жили в вагончиках, балках, времянках… У всех была одна мысль и забота: как быстрее получить крышу над головой? Однажды заходит молодой человек. Говорит: «Я водитель, живу на Таратыновке (так назывался балочный массив, который должны были сносить через полгода), у меня двое детей, болеют, девять лет живу с семьей в балке, зимой голова примерзает к стене, часто случаются пожары. Иной раз возвращаюсь с работы и гадаю, сгорели мои домочадцы или нет. Тяжело. Помогите». Так мне что-то жалко его стало. Предложил ему двухкомнатную квартиру-«малосемейку» и выписал ордер. Он выбегает в приемную и кричит на радостях: «Ура!!! Я обманул Рокецкого! Я ему сказал, что живу в балке девять лет, а на самом деле не прошло еще и шести лет!». Заходит бабуля и тут же его закладывает: мол, вызывайте милицию, этот молодой человек вас обманул… С тех пор я завел такое правило: разрешаю всем вам меня надуть, обмануть, если вам от этого будет легче. Я на вас обижаться не буду.  Если честно, то я всегда почему-то стеснялся быть во власти. Губернатору или мэру тоже бывает горько слышать некоторые нелицеприятные вещи о себе, особенно если высказывания несправедливы. Мне с раннего возраста хотелось быть человеком мастеровым, что-то делать своими руками. Да и по специальности я инженер-энергетик. Конечно, иногда критика бывает и к месту, но косвенные, огульные обвинения в каких-то грехах больно ранят.  Потому что какой бы ты ни был, твои чисто человеческие качества здесь мало что значат — ты главное исполняй то, что предписывает закон и система, будь добр, обеспечь то, что от тебя требуется, а личное оставь за порогом кабинета».
Мы продолжаем серию публикаций альманаха «Сибирское богатство», посвященного 75-летию Тюменской области, «Как мы прожили эти годы».
Рокецкий не пытался командовать крестьянами - что, где и когда им сеять. Его задачей было создать им условия для работы.

«Если честно, то я всегда почему-то стеснялся быть во власти. Губернатору или мэру тоже бывает горько слышать некоторые нелицеприятные вещи о себе, особенно если высказывания несправедливы»  

Леонид Рокецкий, Глава администрации, губернатор Тюменской области 

(1993-2001 годы).

И все-таки все мы родом из детства. Кем бы потом ни становились во взрослой жизни, наша личность закладывается там, в детстве, в семье. Что же помогло Рокецкому стать тем, кем мы его знаем, — Личностью?

«Я из многодетной семьи. Нас было четыре брата. Мы все воспитывались в труде. Помогали родителям по дому. Жили трудно, не праздно. У нас были хорошие примеры наших предков, которые добились чего-то в жизни. Учился я в школе хорошо, до седьмого класса был круглым отличником. Потом — институт. Там появилось первое признание: стал командиром вузовского студенческого строительного отряда, председателем профбюро факультета, заместителем председателя профкома института (22 тысячи студентов только на стационаре училось). А затем стал командиром Львовского областного отряда. Это все были выборы, и достаточно демократичные — то есть я получил признание от своих друзей-соратников и не имел права подвести их, чувствовал себя ответственным.

Что касается детства, то жила наша семья в семи километрах от областного центра Тернополя, «на земле», как сейчас говорят. Помню весенний запах той родной земли, когда она парит. Помню радость первого хлеба. Чувствую это и по сию пору. Для меня это не просто процесс, а пробуждение земли, ее воскрешение…».  

В «лихие девяностые» этот человек стал главным действующим лицом нашей региональной исполнительной власти. Cам по себе тот факт, что Рокецкий управлял регионом почти десятилетие, говорит о многом. В нашей беседе Леонид Юлианович вспоминал, как все это было, что осталось в душе и «за кадром». В частности, прозвучала мысль: мы все вместе преодолели многие трудности 90-х, сохранили в Тюмени и области стабильность и тенденцию к росту, устойчивому движению вперед. И это не только пафосные, красивые слова, но прежде всего — реальные дела. «При всем сегодняшнем бардаке, — говорил губернатор устами своего персонажа в романе «Слой», — мы в области живем лучше и работаем лучше, чем в большинстве других регионов. И что же вы думаете, это нам с неба свалилось? Семьдесят пять процентов всех налогов в области осталось, а раньше столько в Москву уходило. Думаете, Москва нам так просто сдалась, да?». О Рокецком в книге написано также, что «…он очень вырос как политик, научился общаться с людьми на понятном им языке, прибавил юмора и задиристости, но за внешним добродушием и эдакой показной мужичьей хитроватостью маячил жесткий и умелый администратор, профессионал…». 

Конечно, тут помог прошлый опыт градоначальника Сургута. В мае 1990 года Леонид Рокецкий стал депутатом областного Совета. Тогда же, на первом заседании регионального парламента 11 мая, был избран председателем облисполкома. Через два года, в ноябре 1992 года, стал первым замом у главы обладминистрации Юрия Шафраника. Год спустя возглавил область. И так до 2001 года. Вот и выходит, что все серьезные перемены в регионе происходили в 90-х с его участием. 

Касаясь Тюмени, мой уважаемый собеседник ностальгически отметил: «Оказывается, я уехал давно, целых 16 лет назад. Но и по сей день стараюсь со всеми (в том числе и с властями) поддерживать нормальные отношения. Тогда, в 90-х, придя в областную власть, был убежден в том, что жизнь надо менять к лучшему. Что-то получалось, а что-то — нет. Мы все учились этому. Слава богу, в Тюмени сейчас все нормально». 

«Конечно, хотелось не наделать ошибок. Ведь по сути мы были первопроходцами. Может, мои действия расценивались как несколько преждевременные. Действительно, не все в моем окружении понимали меня. Особенно когда я резко пошел в плане исполнения закона о местном самоуправлении. Но считал и сейчас считаю: то был единственно верный путь, ибо благополучие каждого все же зависит от того, как обустроена его жизнь: поселок, улица, дом, семья. Самоуправление на местах реально позволяло это сделать. Мы в 95-м году по-новому начали формировать эту власть: избирали глав администраций в каждом поселении, налоги оставались у них. Люди стали избавляться от какого-то вечного иждивенческого менталитета, пытались стать хозяевами своей жизни, вспомнили о своем человеческом достоинстве. И вот десятилетия спустя предпринимаются попытки использовать тот положительный наш опыт — чтобы этот принцип заработал на всей территории Российской Федерации».

Всего, что тогда делал губернатор, не перечислить. Но что-то можно вспомнить: строил мосты (в том числе через Туру по улице Профсоюзной), дороги, заводы, гостиницы… Да мало ли что. Во время нашей беседы Леонид Юлианович говорил о распространенном в ту пору «его величестве бартере»: «Газпром тогда возводил свой большой офис в Москве, а оставшиеся панели я выпросил у Вяхирева для строящейся у нас гостиницы «Тюмень». Продолжая строительную тему, напомнил: «За один год провели газ во все районы юга области, для чего построили завод, где начали выпускать трубы. Появились завод электродов, сэндвич-панелей, стекловаты, итальянской плитки, построили фармацевтическое предприятие… Развивали завод медоборудования, аккумуляторный… В какой-то момент все у нас стало получаться. Меня еще ругали, мол, зачем ты каждый раз устраиваешь показуху: поехал ленточки разрезать — новый мост построили или сдали где-то участок новой дороги. Возражал оппонентам аргументированно: кто ничего не делает, у того и повода нет «ленточки разрезать». Это же была реальность, а не показуха. Кроме того, в 90-е годы для людей это было еще и веским поводом для оптимизма, радости, надежды на лучшее будущее. Возьмите те же отдаленные районы — Сладково, Казанка, куда мы протянули газопроводы… Меня сегодня удивляет и то, что в то трудное время мы открыли в Тюмени институт культуры, поставили оперу «Алеко»… И этого хотел не только я, но и сограждане в первую очередь».

«Вспоминаю и такой момент. Был так называемый «парад суверенитетов», когда наша большая область (включая автономные округа) чуть не развалилась на части. Самое сложное в той ситуации было «завести» в новую Конституцию хоть какое-то право на единство территории региона. Я, будучи членом Конституционного собрания, внес предложение и формулировку о том, что в России есть сложнопостроенные субъекты Федерации (области, края, куда входят автономные округа) — так с большим трудом появилась статья 66-я Конституции РФ в тюменской редакции. По этим нормам регион живет и сегодня: в областную казну поступают налоги со всей территории, в том числе с Ямала и Югры. А когда в Совете Федерации я стал председателем комитета по местному самоуправлению, то приложил большие усилия для дальнейшего укрупнения краев и областей, подобных нашей. Начали с Красноярского края, хотелось, чтобы и в Тюменской области пошли тем же путем. 

В Сургут я приехал в качестве командира Львовского областного комсомольского строительного отряда. 35 лет отдал Тюменской области как руководитель различных рангов. И сегодня мне приятно, что у меня есть свой город — Сургут: когда приехал со стройотрядом в 1966-м, там насчитывалось чуть больше 10 тысяч жителей, а уехал в 90-м году, когда в городе было почти 300 тысяч жителей. Будучи первым заместителем председателя горисполкома, отвечал за всю инженерную инфраструктуру, а она росла вместе с развитием города. Приятно, что я жил именно там в то время и строил новый город вместе со своими соратниками. Мне было интересно. Мне доверяли. Там я получил признание людей. Затем была Тюмень — меня избрали депутатом областного Совета. Конечно, горизонты здесь были шире, соответственно — трудностей хватало. Но для меня ярким остается событие — 50-летие Тюменской области в 94-м году, которое по сути, решало задачу укрепления единства области».

Леонида Рокецкого многое связывало с окружными губернаторами Александром Филипенко и Юрием Нееловым.

«Не раз говорил и говорю людям: «Будьте добрее друг к другу!». Однажды услышал фразу: «Обратите внимание: у нас губернатор добрый». Подоплека была такова: неужели вы думаете, что если человек пошел во власть, он уже изначально нехороший? Вы присмотритесь: Рокецкий-то у нас добрый! Скажу определенно: добрякам во власти делать нечего. Тут нужно быть прежде всего справедливым.

Хотя утверждают: власть ожесточает человека. Не знаю. Про себя скажу, что, находясь во властных структурах, я просто многому научился, чего, может быть, не постиг бы в обычной жизни. Учился быть мэром в Сургуте, учился быть губернатором. И учили меня этому люди, мои избиратели и земляки. Вспоминаю, как в бытность главой Сургута каждый вторник проводил прием нуждающихся в жилье — ведь многие тогда там жили в вагончиках, балках, времянках… У всех была одна мысль и забота: как быстрее получить крышу над головой? Однажды заходит молодой человек. Говорит: «Я водитель, живу на Таратыновке (так назывался балочный массив, который должны были сносить через полгода), у меня двое детей, болеют, девять лет живу с семьей в балке, зимой голова примерзает к стене, часто случаются пожары. Иной раз возвращаюсь с работы и гадаю, сгорели мои домочадцы или нет. Тяжело. Помогите». Так мне что-то жалко его стало. Предложил ему двухкомнатную квартиру-«малосемейку» и выписал ордер. Он выбегает в приемную и кричит на радостях: «Ура!!! Я обманул Рокецкого! Я ему сказал, что живу в балке девять лет, а на самом деле не прошло еще и шести лет!». Заходит бабуля и тут же его закладывает: мол, вызывайте милицию, этот молодой человек вас обманул… С тех пор я завел такое правило: разрешаю всем вам меня надуть, обмануть, если вам от этого будет легче. Я на вас обижаться не буду. 

Если честно, то я всегда почему-то стеснялся быть во власти. Губернатору или мэру тоже бывает горько слышать некоторые нелицеприятные вещи о себе, особенно если высказывания несправедливы. Мне с раннего возраста хотелось быть человеком мастеровым, что-то делать своими руками. Да и по специальности я инженер-энергетик. Конечно, иногда критика бывает и к месту, но косвенные, огульные обвинения в каких-то грехах больно ранят.  Потому что какой бы ты ни был, твои чисто человеческие качества здесь мало что значат — ты главное исполняй то, что предписывает закон и система, будь добр, обеспечь то, что от тебя требуется, а личное оставь за порогом кабинета».

Читать больше:

Тюменцы примерили на себя профессию военного

Как мы прожили эти годы: успех и драма Юрия Шафраника

928Просмотров

Читать далее
Все собранные деньги потратят на покупку школьных принадлежностей для будущих первоклашек
Профессиональный праздник личного состава пограничных войск встречают 28 мая
Николай Цуканов обратился к ветеранам пограничной службы
Для СО НКО отменяются налоговые выплаты и страховые взносы за апрель, май и июнь
Весь день тепло – лето будет теплое
Необычное происшествие с дикими птицами случилось в районе Войновки
Нарушителей накажут рублем и конфискацией

Опрос
Чем вы намерены заняться летом после отмены самоизоляции?
Уеду в деревню
Вернусь к работе в обычном режиме
Буду ходить в кино, в кафе, гулять в парках
Вырвусь с семьей на российский юг
Отправлюсь куда угодно, только подальше от города
Буду готовиться к экзаменам
Собираюсь искать другую работу
Никуда не поеду, останусь в виртуальном мире