×
В социальных сетях
В печатной версии

Как мы прожили эти годы: «Северным городам - быть!»

09.09.2019
12:35
Как мы прожили эти годы: «Северным городам - быть!». Мы продолжаем серию публикаций альманаха «Сибирское богатство», посвященного 75-летию Тюменской области, «Как мы прожили эти годы».. Уже на начальных этапах нефтегазовой эпопеи нефтяники — заказчики и строители — подрядчики очень остро обсуждали проблему, какими должны быть новые северные поселения: традиционными городами или временными мобильными вахтовыми посёлками. Сторонники вахтовой организации труда на нефтяных промыслах Западной Сибири не видели необходимости создания здесь дорогостоящей городской инфраструктуры. Не следует, доказывали, строить на болоте города-призраки, так как сроки эксплуатации нефтяных и газовых месторождений ограничены, а все поселения привязаны к ним. Что будет с этими городами через полвека? Кто будет в них жить, когда истощатся запасы нефти и газа? Тем более в условиях масштабного продвижения в труднодоступные места, дефицита в них трудовых ресурсов и хронического отставания жилищно-бытового строительства на практике всё чаще приходилось прибегать к завозу вахтовиков. К 1980 году в Среднем Приобье было создано около тысячи вахтовых посёлков. В нефтяной, газовой промышленности и строительстве вахтовым методом работали свыше 120 тысяч человек. Они выполняли 60 процентов заданий по обустройству промыслов, обеспечивали 35 процентов добычи нефти. Благодаря этому методу удалось ускорить ввод в действие многих объектов, главным образом за счёт привлечения квалифицированных специалистов и работников массовых профессий, проживающих в других районах страны и обходившихся минимумом коммунально-бытовых удобств на Севере. Буровики, нефтяники, строители, повара доставлялись в вахтовые посёлки из мест постоянного проживания: из Украины, Закавказья, Поволжья, Казахстана. Они работали на промыслах полмесяца-месяц, после чего сменялись новыми «летающими» бригадами. При этом отпадала необходимость расселения людей, их учёта, ответственности за состояние здоровья, не возникало проблем с трудоустройством других членов семей, образованием и воспитанием детей. Однако «великое авиакочевье», как называли вахтово-экспедиционный метод, страдало серьёзными издержками. Нарушался режим труда и отдыха работников. Им приходилось адаптироваться к постоянному чередованию длительных периодов работы и простоя, значительным физическим и нервным перегрузкам, связанным с высокой интенсивностью труда на вахте, утомительными перелётами и пере-ездами. Всё это вело к подрыву здоровья и снижению трудоспособности. Медики не рекомендовали людям старше 40 лет работать на вахте. У «летающих» бригад, как правило, производительность труда оказывалась существенно ниже, чем у постоянных кадров. К тому же возникали гигантские затраты на авиаперевозки. Постепенно ряды приверженцев долговременного обживания Севера оказались мощнее. По их убеждению, запасы нефти и газа, разведанные здесь, способны обеспечить устойчивую добычу на столетия, а если учесть неполную изученность региона — и того больше. Поэтому необходимо строить города и рабочие посёлки даже на дальних промыслах, так как они рано или поздно перерастут в городские поселения. Рабочие и инженерно-технический персонал должны жить вместе с семьями там, где трудятся. По мере открытия в Западной Сибири новых нефтяных месторождений московский НИИ «Гипрогор» разработал по заказу Министерства нефтяной промышленности СССР схему строительства городов и посёлков для постоянного проживания всех категорий трудящихся. Проект вызвал новую волну высказываний разных ведомств и персон о принципах заселения этой территории. Министр нефтяной промышленности СССР (с 1965 до 1977 года) Валентин Дмитриевич Шашин не был сторонником строительства большого числа «нефтяных» городов. Считал, что для нормальной работы на промыслах надо создать хорошие транспортные условия, чтобы из больших благоустроенных городов специалисты могли приезжать на работу и уезжать с неё, не теряя много времени. Чтобы по мере того, как семьи будут расти, а добыча нефти падать, в этих городах создавать производства, на которых все желающие, особенно женщины, могли работать. Спор на эту тему во время проектирования и строительства Сургута, Нижневартовска, Нефтеюганска, Урая был вынесен в Совет Министров СССР. Заместитель председателя Совета Министров СССР, ведавший топливными отраслями, Михаил Тимофеевич Ефремов высказался так: «Вот рядом с нами северная страна Финляндия, в которой есть зоны вечномёрзлых грунтов, похожие на приобскую. Давайте пошлём наших специалистов в Финляндию, пусть они изучат, как там решаются вопросы строительства городов, доложат правительству, тогда мы обсудим и примем решение». Через неделю в Финляндию выехала делегация: заместитель министра нефтяной промышленности СССР Шаген Саакович Донгарян, заместитель министра газовой промышленности Николай Лаврентьевич Вовченко, начальник Главтюменнефтегаза Виктор Иванович Муравленко, начальник Главтюменнефтегазстроя Алексей Сергеевич Барсуков, секретарь Тюменского обкома КПСС Евгений Андреевич Огороднов, который ведал вопросами строительства. Делегация ознакомилась с жилищным строительством в окрестностях городов Хельсинки и Оулу, а также в Лапландии. Почти везде строились одноэтажные деревянные коттеджи, сблокированные по пять — семь квартир, и только в Лапландии увидели двухэтажные одноподъездные деревянные дома (двухподъездные не строились из-за противопожарных норм). Вернувшись в Москву, делегация доложила правительству, что в Западной Сибири нефтяные города надо строить многоэтажными, из несгораемых материалов и конструкций.  У «летающих» бригад производительность труда оказывалась ниже, чем у постоянных кадров. К тому же возникали гигантские затраты на авиаперевозки. Пока в высоких правительственных кабинетах и столичных научных центрах шли споры об особенностях градостроительства в Западной Сибири и обсуждался подготовленный ленинградским институтом проект пятиэтажного крупнопанельного дома для Сургута, во временном посёлке железнодорожных строителей на станции Когалымской в сентябре 1977 года открылась не принятая ещё в постоянную эксплуатацию... восьмилетняя школа. Ни в каких планах и проектах это маленькое, рубленное из сваленных на трассе деревьев здание не значилось. Первый пассажирский поезд пришёл сюда из Сургута только летом следующего года. Но строители привозили на будущую станцию детей, и их нужно было учить. В тесных комнатах размещались 48 учащихся разного возраста. К ним приписали ещё 20 условных: с меньшим количеством Сургутский райисполком не разрешал начинать уроки. В июне 1978 года эту школу закончили первые шесть восьмиклассников. Вот их имена для истории: Света Романова, Лариса Сотшина, Фая Зиятдинова, Ира Кузьмина, Володя Петров, Серёжа Стрекозов. До марта 1977 года посёлок СМП-524 Когалымский относился к Тромаганскому сельсовету (24 марта 1978 года этот сельсовет переименовали в Русскинский). Для лучшего транспортного сообщения по трассе строящейся железной дороги тогда же, в марте 1977-го, создали Ульт-Ягунский сельсовет. Наконец 30 мая 1978 года образован Когалымский сельсовет. Председателем исполкома поселкового Совета в августе того же года избрали Владимира Александровича Вознюка, начальника железнодорожной станции Когалымской. По проведённой в стране в декабре 1979 года переписи населения здесь проживало 360 человек.  Кстати, первоначально станцию назвали Коголымская — от соседнего озера Коголымлор. Перед посещением этого участка министром транспортного строительства СССР Иваном Сосновым букву «о» в названии станции по неведомым причинам изменили на «а». Восстанавливать первоначальное название после визита министра не решились. Советский Союз уже жил в основном на нефтедоллары. Зависимость благополучия огромной державы от экспорта энергоносителей стала поистине наркотической. Продовольственное обеспечение было поставлено в прямую зависимость от импортных поставок продуктов питания за счёт продажи нефти в капиталистические страны. Председатель Совета Министров СССР Алексей Николаевич Косыгин лично обращался к начальнику Главтюменнефтегаза с такими просьбами: «С хлебушком плохо — дай три миллиона тонн сверх плана». В январе 1980 года в Тюменскую область прилетел заместитель председателя Совета Министров СССР Вениамин Эммануилович Дымшиц, курировавший топливно-энергетический комплекс. В это время суточные и месячные планы по добыче нефти Главтюменнефтегазом не выполнялись. Дымшиц и сопровождающие его руководители заинтересованных министерств объехали все нефтедобывающие объединения. Генеральные директора объединений доложили, что план добычи нефти 1980 года не будет выполнен, что нужны кардинальные меры по решению крупных проблем, мешающих ускоренному развитию вновь открытых месторождений. В Москве по результатам поездки Дымшица у секретаря ЦК КПСС Владимира Ивановича Долгих состоялось совещание. Был приглашён и первый секретарь Тюменского обкома КПСС Геннадий Павлович Богомяков. Докладывал Дымшиц трудно, так как у него, как у многих других, не было конкретных предложений по выполнению плановых заданий.  В Постановлении ЦК КПСС и Совета министров СССР от 20 марта 1980 года «О неотложных мерах по усилению строительства в районе Западно-Сибирского нефтегазового комплекса», в частности, говорилось: «Придавая исключительно важное значение дальнейшему ускоренному развитию нефтяной и газовой промышленности в Западной Сибири — главной базе страны по обеспечению потребностей народного хозяйства в нефти и газе, — Центральный Комитет КПСС и Совет Министров СССР считают, что для решения проблемы усиления промышленного и жилищного строительства, улучшения социально-бытовых условий нефтяников, газовиков, геологов, энергетиков и строителей в районе Западно-Сибирского нефтегазового комплекса необходимо дополнительно привлечь строительные организации Министерства строительства, предприятия тяжёлой индустрии СССР, Министерства строительства СССР и Министерства промышленности строительных материалов СССР, а также строительные организации, подведомственные Советам Министров союзных республик, Мосгорисполкому и Ленгорисполкому». Когалым стал примером не только исполнения решения правительства, но и мудрой градостроительной политики. С признанием результатов обеспечения нефтяников жильём перед визитом нового Генерального секретаря ЦК КПСС Михаила Горбачёва в Западную Сибирь стал Указ Президиума Верховного Совета РСФСР от 15 августа 1985 года об отнесении к категории городов посёлков Лангепас и Радужный Нижневартовского района, посёлка Когалым Сургутского района и посёлка Нях Октябрьского района.  Если за тремя посёлками сохранили прежние наименования, то Нях стал Няганью (по названию железнодорожной станции, которая ранее, при строительстве железной дороги Ивдель — Обь, была названа по реке Нягань — Юган). Также предполагалось и переименование Когалыма: железнодорожная станция остаётся Когалымской, а новый город будет… Дружбаградом. Однако эту инициативу Тюменского обкома комсомола не поддержал Генштаб Министерства обороны СССР, потому что на секретных топографических картах была принята привязка поселений к транспортным коммуникациям. В соседней Томской области из-за военных стандартов «не прошло» переименование Стрежевого в Нефтеград. Некоторые романтики шутили, что от старого названия «пахнет рыбой и стариной». Ещё в июле 1966 года они установили в болотистом лесу у первого дома, построенного студентами, камень с надписью: «Отсюда начинался Нефтеград...». В 1985 году конъюнктурно-идеологические названия городов уже вызывали отторжение у новосёлов. В то же время загадочное и тревожное, как секретный пароль, название «Когалым» многим нравилось: «Не какой-то Ноябрьск, Нефтеюганск или, ещё хуже того, Советский, Октябрьский, Коммунистический, хотя ничего плохого к этим конкретным городам и посёлкам не имею». К обретению Когалымом статуса города его население заметно увеличилось за счёт притока специалистов-нефтяников. 7 декабря 1984 года вышло распоряжение Совета Министров СССР о вводе в разработку новых и повышении уровня эксплуатации действующих нефтяных месторождений силами объединений «Башнефть» и «Татнефть». О том, каков был дефицит жилья к середине 1980 годов, свидетельствует постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР, принятое 20 августа 1985 года «О комплексном развитии нефтяной и газовой промышленности в Западной Сибири в 1986-1990 годах». В этом документе на жилищно-гражданское строительство в городах и посёлках нефтяников и газовиков намечалось выделить в двенадцатой пятилетке 8 миллиардов рублей, чтобы построить 17 миллионов квадратных метров жилья.  Бывший секретарь ЦК КПСС Владимир Иванович Долгих признавал: «Был, однако, период, когда делали, как считали, «главное» — добывали нефть, а с жильём и объектами соцкультбыта серьёзно отставали. Мы считали это не только хозяйственным упущением. Это грозило серьёзными политическими и социальными осложнениями. Как же так: регион, который призван вести страну, народ, экономику к новым рубежам, к новой культуре производства и быта, к лучшему жизнеобеспечению, сам находится на положении «пасынка». И то постановление ЦК не сразу всем задействованным министерствам и хозяйственным органам пришлось по душе. Кое на кого пришлось нажимать, и в итоге на севере Западной Сибири развернулось строительство городов, которые позднее стали образцом не только для севера, но и для южной и средней полосы». Были — на протяжении многих лет — и дискуссии о масштабах и темпах добычи нефти и газа. Кто-то занимал позиции более умеренные, другие, наоборот, требовали невероятно высоких результатов. Были эти споры, были... «Надо было, — продолжал Владимир Иванович, — конвертировать наши богатейшие природные ресурсы в интеллект — в образование, в науку, в создание современных технологий, в научно-технический прогресс. В людей... Можно было уже в первой половине 1980-х, считаю, безболезненно для нашей безопасности на треть сократить расходы на оборону. Однако в конце концов возобладала точка зрения нашего военно-промышленного комплекса. А ведь сократи хотя бы на 20 процентов эти расходы, уверен; можно было бы народ и одеть, и обуть, и накормить, и жильём обеспечить... Так что многие проблемы Западной Сибири оказались «недорешёнными» — это факт, и факт, характерный для быстроразвивающегося региона».
Мы продолжаем серию публикаций альманаха «Сибирское богатство», посвященного 75-летию Тюменской области, «Как мы прожили эти годы».
Сергей Собянин стал заместителем председателя Когалымского сельсовета в 1983 году.

Уже на начальных этапах нефтегазовой эпопеи нефтяники — заказчики и строители — подрядчики очень остро обсуждали проблему, какими должны быть новые северные поселения: традиционными городами или временными мобильными вахтовыми посёлками.
Сторонники вахтовой организации труда на нефтяных промыслах Западной Сибири не видели необходимости создания здесь дорогостоящей городской инфраструктуры. Не следует, доказывали, строить на болоте города-призраки, так как сроки эксплуатации нефтяных и газовых месторождений ограничены, а все поселения привязаны к ним. Что будет с этими городами через полвека? Кто будет в них жить, когда истощатся запасы нефти и газа? Тем более в условиях масштабного продвижения в труднодоступные места, дефицита в них трудовых ресурсов и хронического отставания жилищно-бытового строительства на практике всё чаще приходилось прибегать к завозу вахтовиков.

К 1980 году в Среднем Приобье было создано около тысячи вахтовых посёлков. В нефтяной, газовой промышленности и строительстве вахтовым методом работали свыше 120 тысяч человек. Они выполняли 60 процентов заданий по обустройству промыслов, обеспечивали 35 процентов добычи нефти. Благодаря этому методу удалось ускорить ввод в действие многих объектов, главным образом за счёт привлечения квалифицированных специалистов и работников массовых профессий, проживающих в других районах страны и обходившихся минимумом коммунально-бытовых удобств на Севере.

Буровики, нефтяники, строители, повара доставлялись в вахтовые посёлки из мест постоянного проживания: из Украины, Закавказья, Поволжья, Казахстана. Они работали на промыслах полмесяца-месяц, после чего сменялись новыми «летающими» бригадами. При этом отпадала необходимость расселения людей, их учёта, ответственности за состояние здоровья, не возникало проблем с трудоустройством других членов семей, образованием и воспитанием детей.

Однако «великое авиакочевье», как называли вахтово-экспедиционный метод, страдало серьёзными издержками. Нарушался режим труда и отдыха работников. Им приходилось адаптироваться к постоянному чередованию длительных периодов работы и простоя, значительным физическим и нервным перегрузкам, связанным с высокой интенсивностью труда на вахте, утомительными перелётами и пере-ездами. Всё это вело к подрыву здоровья и снижению трудоспособности. Медики не рекомендовали людям старше 40 лет работать на вахте. У «летающих» бригад, как правило, производительность труда оказывалась существенно ниже, чем у постоянных кадров. К тому же возникали гигантские затраты на авиаперевозки.

Постепенно ряды приверженцев долговременного обживания Севера оказались мощнее. По их убеждению, запасы нефти и газа, разведанные здесь, способны обеспечить устойчивую добычу на столетия, а если учесть неполную изученность региона — и того больше. Поэтому необходимо строить города и рабочие посёлки даже на дальних промыслах, так как они рано или поздно перерастут в городские поселения. Рабочие и инженерно-технический персонал должны жить вместе с семьями там, где трудятся.

По мере открытия в Западной Сибири новых нефтяных месторождений московский НИИ «Гипрогор» разработал по заказу Министерства нефтяной промышленности СССР схему строительства городов и посёлков для постоянного проживания всех категорий трудящихся. Проект вызвал новую волну высказываний разных ведомств и персон о принципах заселения этой территории.

Министр нефтяной промышленности СССР (с 1965 до 1977 года) Валентин Дмитриевич Шашин не был сторонником строительства большого числа «нефтяных» городов. Считал, что для нормальной работы на промыслах надо создать хорошие транспортные условия, чтобы из больших благоустроенных городов специалисты могли приезжать на работу и уезжать с неё, не теряя много времени. Чтобы по мере того, как семьи будут расти, а добыча нефти падать, в этих городах создавать производства, на которых все желающие, особенно женщины, могли работать.

Спор на эту тему во время проектирования и строительства Сургута, Нижневартовска, Нефтеюганска, Урая был вынесен в Совет Министров СССР. Заместитель председателя Совета Министров СССР, ведавший топливными отраслями, Михаил Тимофеевич Ефремов высказался так: «Вот рядом с нами северная страна Финляндия, в которой есть зоны вечномёрзлых грунтов, похожие на приобскую. Давайте пошлём наших специалистов в Финляндию, пусть они изучат, как там решаются вопросы строительства городов, доложат правительству, тогда мы обсудим и примем решение».

Через неделю в Финляндию выехала делегация: заместитель министра нефтяной промышленности СССР Шаген Саакович Донгарян, заместитель министра газовой промышленности Николай Лаврентьевич Вовченко, начальник Главтюменнефтегаза Виктор Иванович Муравленко, начальник Главтюменнефтегазстроя Алексей Сергеевич Барсуков, секретарь Тюменского обкома КПСС Евгений Андреевич Огороднов, который ведал вопросами строительства.

Делегация ознакомилась с жилищным строительством в окрестностях городов Хельсинки и Оулу, а также в Лапландии. Почти везде строились одноэтажные деревянные коттеджи, сблокированные по пять — семь квартир, и только в Лапландии увидели двухэтажные одноподъездные деревянные дома (двухподъездные не строились из-за противопожарных норм). Вернувшись в Москву, делегация доложила правительству, что в Западной Сибири нефтяные города надо строить многоэтажными, из несгораемых материалов и конструкций. 

У «летающих» бригад производительность труда оказывалась ниже, чем у постоянных кадров. К тому же возникали гигантские затраты на авиаперевозки.

Пока в высоких правительственных кабинетах и столичных научных центрах шли споры об особенностях градостроительства в Западной Сибири и обсуждался подготовленный ленинградским институтом проект пятиэтажного крупнопанельного дома для Сургута, во временном посёлке железнодорожных строителей на станции Когалымской в сентябре 1977 года открылась не принятая ещё в постоянную эксплуатацию... восьмилетняя школа. Ни в каких планах и проектах это маленькое, рубленное из сваленных на трассе деревьев здание не значилось. Первый пассажирский поезд пришёл сюда из Сургута только летом следующего года.

Но строители привозили на будущую станцию детей, и их нужно было учить. В тесных комнатах размещались 48 учащихся разного возраста. К ним приписали ещё 20 условных: с меньшим количеством Сургутский райисполком не разрешал начинать уроки. В июне 1978 года эту школу закончили первые шесть восьмиклассников. Вот их имена для истории: Света Романова, Лариса Сотшина, Фая Зиятдинова, Ира Кузьмина, Володя Петров, Серёжа Стрекозов.

До марта 1977 года посёлок СМП-524 Когалымский относился к Тромаганскому сельсовету (24 марта 1978 года этот сельсовет переименовали в Русскинский). Для лучшего транспортного сообщения по трассе строящейся железной дороги тогда же, в марте 1977-го, создали Ульт-Ягунский сельсовет. Наконец 30 мая 1978 года образован Когалымский сельсовет. Председателем исполкома поселкового Совета в августе того же года избрали Владимира Александровича Вознюка, начальника железнодорожной станции Когалымской. По проведённой в стране в декабре 1979 года переписи населения здесь проживало 360 человек. 

Кстати, первоначально станцию назвали Коголымская — от соседнего озера Коголымлор. Перед посещением этого участка министром транспортного строительства СССР Иваном Сосновым букву «о» в названии станции по неведомым причинам изменили на «а». Восстанавливать первоначальное название после визита министра не решились.

Советский Союз уже жил в основном на нефтедоллары. Зависимость благополучия огромной державы от экспорта энергоносителей стала поистине наркотической.

Продовольственное обеспечение было поставлено в прямую зависимость от импортных поставок продуктов питания за счёт продажи нефти в капиталистические страны. Председатель Совета Министров СССР Алексей Николаевич Косыгин лично обращался к начальнику Главтюменнефтегаза с такими просьбами: «С хлебушком плохо — дай три миллиона тонн сверх плана».

В январе 1980 года в Тюменскую область прилетел заместитель председателя Совета Министров СССР Вениамин Эммануилович Дымшиц, курировавший топливно-энергетический комплекс. В это время суточные и месячные планы по добыче нефти Главтюменнефтегазом не выполнялись. Дымшиц и сопровождающие его руководители заинтересованных министерств объехали все нефтедобывающие объединения. Генеральные директора объединений доложили, что план добычи нефти 1980 года не будет выполнен, что нужны кардинальные меры по решению крупных проблем, мешающих ускоренному развитию вновь открытых месторождений.

В Москве по результатам поездки Дымшица у секретаря ЦК КПСС Владимира Ивановича Долгих состоялось совещание. Был приглашён и первый секретарь Тюменского обкома КПСС Геннадий Павлович Богомяков. Докладывал Дымшиц трудно, так как у него, как у многих других, не было конкретных предложений по выполнению плановых заданий. 

В Постановлении ЦК КПСС и Совета министров СССР от 20 марта 1980 года «О неотложных мерах по усилению строительства в районе Западно-Сибирского нефтегазового комплекса», в частности, говорилось: «Придавая исключительно важное значение дальнейшему ускоренному развитию нефтяной и газовой промышленности в Западной Сибири — главной базе страны по обеспечению потребностей народного хозяйства в нефти и газе, — Центральный Комитет КПСС и Совет Министров СССР считают, что для решения проблемы усиления промышленного и жилищного строительства, улучшения социально-бытовых условий нефтяников, газовиков, геологов, энергетиков и строителей в районе Западно-Сибирского нефтегазового комплекса необходимо дополнительно привлечь строительные организации Министерства строительства, предприятия тяжёлой индустрии СССР, Министерства строительства СССР и Министерства промышленности строительных материалов СССР, а также строительные организации, подведомственные Советам Министров союзных республик, Мосгорисполкому и Ленгорисполкому».

Когалым стал примером не только исполнения решения правительства, но и мудрой градостроительной политики.

С признанием результатов обеспечения нефтяников жильём перед визитом нового Генерального секретаря ЦК КПСС Михаила Горбачёва в Западную Сибирь стал Указ Президиума Верховного Совета РСФСР от 15 августа 1985 года об отнесении к категории городов посёлков Лангепас и Радужный Нижневартовского района, посёлка Когалым Сургутского района и посёлка Нях Октябрьского района. 

Если за тремя посёлками сохранили прежние наименования, то Нях стал Няганью (по названию железнодорожной станции, которая ранее, при строительстве железной дороги Ивдель — Обь, была названа по реке Нягань — Юган). Также предполагалось и переименование Когалыма: железнодорожная станция остаётся Когалымской, а новый город будет… Дружбаградом. Однако эту инициативу Тюменского обкома комсомола не поддержал Генштаб Министерства обороны СССР, потому что на секретных топографических картах была принята привязка поселений к транспортным коммуникациям. В соседней Томской области из-за военных стандартов «не прошло» переименование Стрежевого в Нефтеград. Некоторые романтики шутили, что от старого названия «пахнет рыбой и стариной». Ещё в июле 1966 года они установили в болотистом лесу у первого дома, построенного студентами, камень с надписью: «Отсюда начинался Нефтеград...».

В 1985 году конъюнктурно-идеологические названия городов уже вызывали отторжение у новосёлов. В то же время загадочное и тревожное, как секретный пароль, название «Когалым» многим нравилось: «Не какой-то Ноябрьск, Нефтеюганск или, ещё хуже того, Советский, Октябрьский, Коммунистический, хотя ничего плохого к этим конкретным городам и посёлкам не имею».

К обретению Когалымом статуса города его население заметно увеличилось за счёт притока специалистов-нефтяников. 7 декабря 1984 года вышло распоряжение Совета Министров СССР о вводе в разработку новых и повышении уровня эксплуатации действующих нефтяных месторождений силами объединений «Башнефть» и «Татнефть».

О том, каков был дефицит жилья к середине 1980 годов, свидетельствует постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР, принятое 20 августа 1985 года «О комплексном развитии нефтяной и газовой промышленности в Западной Сибири в 1986-1990 годах». В этом документе на жилищно-гражданское строительство в городах и посёлках нефтяников и газовиков намечалось выделить в двенадцатой пятилетке 8 миллиардов рублей, чтобы построить 17 миллионов квадратных метров жилья. 

Бывший секретарь ЦК КПСС Владимир Иванович Долгих признавал: «Был, однако, период, когда делали, как считали, «главное» — добывали нефть, а с жильём и объектами соцкультбыта серьёзно отставали. Мы считали это не только хозяйственным упущением. Это грозило серьёзными политическими и социальными осложнениями. Как же так: регион, который призван вести страну, народ, экономику к новым рубежам, к новой культуре производства и быта, к лучшему жизнеобеспечению, сам находится на положении «пасынка». И то постановление ЦК не сразу всем задействованным министерствам и хозяйственным органам пришлось по душе. Кое на кого пришлось нажимать, и в итоге на севере Западной Сибири развернулось строительство городов, которые позднее стали образцом не только для севера, но и для южной и средней полосы».

Были — на протяжении многих лет — и дискуссии о масштабах и темпах добычи нефти и газа. Кто-то занимал позиции более умеренные, другие, наоборот, требовали невероятно высоких результатов. Были эти споры, были...

«Надо было, — продолжал Владимир Иванович, — конвертировать наши богатейшие природные ресурсы в интеллект — в образование, в науку, в создание современных технологий, в научно-технический прогресс. В людей... Можно было уже в первой половине 1980-х, считаю, безболезненно для нашей безопасности на треть сократить расходы на оборону. Однако в конце концов возобладала точка зрения нашего военно-промышленного комплекса. А ведь сократи хотя бы на 20 процентов эти расходы, уверен; можно было бы народ и одеть, и обуть, и накормить, и жильём обеспечить... Так что многие проблемы Западной Сибири оказались «недорешёнными» — это факт, и факт, характерный для быстроразвивающегося региона».

Читать больше:

Как мы прожили эти годы: "Первый командарм нефтяников"

Как мы прожили эти годы: «Тысячи советских Дон-Кихотов»

285Просмотров
Комментарии для сайта Cackle

Читать далее
По традиции конец сентября для средств массовой информации – один из наиболее волнующих и ответственных периодов в творчестве. Дело в том, что  в это время в Сочи обычно проходит журналистский форум «Вся Россия».
Ухудшение погоды ожидается на двое суток.
Она называется «Все не то, чем кажется».
211 жителей региона набрали максимальное количество баллов.
Важность проекта «Мы вместе» в том, что регионы могут сверяться в темпах, этапах и векторах своего развития, а простой читатель - понять, как живут соседние территории.
Принять участие в нем могут все желающие.
По народному календарю – Кумохин день. Если на рябине рано пожелтели листья, то жди раннюю зиму.
Опрос
Что вы думаете о платных парковках?
Деньги за парковку идут на развитие дорожной сети
Я против, так как привык парковаться бесплатно
Платные парковки снизят нагрузку на центр города
Я вообще за платный въезд в центр города
Мне все равно. Я езжу на общественном транспорте

Подпишитесь на нашу рассылку, чтобы не пропустить главное