×
В социальных сетях
В печатной версии

Сохранить жизнь себе и людям

20.02.2015
00:40
Не имея в распоряжении боевого оружия, член миротворческой миссии ООН полковник милиции Владимир Русаков должен был обеспечивать безопасность жителей Югославии

– Миротворческая миссия – дело сугубо добровольное, и я вполне мог отказаться от поездки в зону югославского конфликта, когда на меня пришел запрос из Министерства внутренних дел, – рассказывает Владимир Русаков. – ООН требовались специалисты со знанием английского, а в моем деле значилось, что  я окончил факультет иностранных языков в тюменском вузе.

Тогда, в 1994 году, я, пятидесятилетний полковник милиции, преподавал курсантам азы профессионального мастерства. Поездка в Югославию – первая и две последующих – была скорее велением души, нежели приказом сверху. Все мужчины, знаете ли, немного авантюристы. И романтики…

Конечно, я и не рассчитывал на увеселительную прогулку, однако реальность оказалась куда суровее. Миротворцам не полагалось иметь оружие. Если мы что-то и могли применить для урегулирования конфликтных ситуаций, так это убеждение (довольно быстро я выучил сербский язык). Представляете, что значит разговаривать с людьми, переполненными ненавистью друг к другу? Было дело, я вмешался в потасовку между сербами и хорватами – их стычка грозилась перейти в полномасштабную бойню, так меня самого толпа едва не растерзала.

Шаг влево, шаг вправо грозил смертью в прямом смысле этого слова: кругом были минные поля, расположения которых никто из миротворцев и военных толком не знал. Передвигаться разрешалось строго по дорогам. И в таких условиях нам приходилось эвакуировать граждан из зоны боевых действий, в основном детей и пожилых людей. Детям что – они беззаботны, даже когда рвутся снаряды. А вот в глаза стариков смотреть было невозможно: столько в них горя и безысходности… Люди, чьи семьи прожили на этой земле не одно столетие, вынуждены бежать. Некоторые семьи жили порознь. По одну сторону колючей проволоки территория мусульмано-хорватской федерации, а через 20 км проживают сербы. Муж здесь – жена с сыном по другую сторону. Знаю, я нарушал правила, но по приказу души возил людей через КПП (благо машины ООН не проверяли) повидаться с близкими.

В 1995 году наша миротворческая станция располагалась в небольшом городке Окучани в Республике Сербская Краина (это автономное образование на территории Хорватии, где компактно проживали сербы). 1 мая хорватские войска планировали начать наступление, о чем заблаговременно предупредили руководство миссии. Но вышло так, что  о нас забыли. Тридцать шесть человек, включая меня, оказались в эпицентре боевых действий. В шесть утра уже рвались снаряды, работала артиллерия. Мы, не понимая, что происходит, кинулись на станцию, а там поджидали озлобленные сербы. Нас всех под ружье – и в качестве заложников поместили в здание средней школы. Конечно, я понимал чувства этих людей: на их территории ведется война, гибнут семьи, они сами рискуют жизнью ежеминутно... Мы старались общаться с ними, пытаясь успокоить. Война в Югославии имела под собой религиозную подоплеку, и больше всех боялись за свою жизнь мои коллеги по миссии, исповедовавшие ислам. Всего же  в нашей миротворческой группе состояли представители 17 национальностей.

Почти сутки мы находились в подвешенном состоянии. Все это время пытались выйти на связь с руководством миссии, пока не села рация. А потом вдруг обнаружили, что наши тюремщики сбежали, опасаясь за свою жизнь. В целях безопасности решили рассредоточиться небольшими группами по подвалам жилых домов. Я и еще пятеро товарищей провели под землей почти двое суток, а потом отправились на поиски остальных членов станции. Выбравшись наружу, попали под минометный обстрел. Ползком и перебежками пробирались к месту, где схоронились товарищи. Зрелище, конечно, ошарашило: представитель Туниса – жгучий брюнет в два дня стал наполовину седым. Пришлось утешать своих же коллег – мол, мы миротворцы, нас не тронут, а у самих кошки на душе скребут: ведь бросит кто-нибудь в подвал гранату, и все...

Когда стрелять перестали, командиры вышли искать подмогу и через несколько часов привели с собой хорватских военных полицейских. Они, конечно, были в шоке: о нашем пребывании в зоне боев никто не знал. Предупреждали ведь! Были разборки, почему вышло так, что  о нас забыли, тогда как представителей остальных миротворческих станций вывели. В общем, наши действия в критической ситуации посчитали достойными ордена Мужества. Этой наградой я очень горжусь, как  и тремя медалями ООН – по одной за каждую миссию: в Хорватии, Боснии и Косово. За эти шесть с половиной лет  я понял одно: гражданская война – страшная вещь. События тех лет до сих пор вижу во сне.

265Просмотров
Комментарии для сайта Cackle

Читать далее
Благотворительный проект «Клубок надежды» объединил тюменских рукодельниц, готовых безвозмездно помогать детям из детских домов, больниц и неблагополучных семей.
Международный проект обучения с применением дуального метода в течение нескольких лет успешно реализовывался в ялуторовском колледже.
Школьник не совсем верно понял задание по уроку технологии.
Ими оказались четырнадцать жителей муниципалитета.
За выход в финал сезона поборются 12 молодых команд УрФО и Поволжья.
В областной столице продолжает работу международный проект «CreativeMornings».
В течение трех дней волонтеры будут получать необходимые знания для работы в сфере инклюзивного образования и разрабатывать собственные социально-полезные проекты.
Опрос
Что я больше всего любил (а) в детском садике?
Сончас
Прогулки, физкультуру и зарядку на площадке
Детсадовскую еду
Дополнительные кружки
Утренники
Работу на садичном огороде