×
В социальных сетях
В печатной версии

Первая мировая в судьбах сибиряков: на той далекой, на германской...

Памяти павших на фронтах Великой войны посвящается.

Газета «Тюменская область сегодня» в рамках редакционного проекта «Первая мировая война в судьбах сибиряков» продолжает публиковать воспоминания родных и близких, участников Первой мировой войны. Остро пережитые боевые моменты четко врезались в память и дают верную картину давно пережитого, хотя с тех пор прошло 100 лет. Поэтому они  носят личный характер и являются материалом для истории.
В плену у германца

Из письма Евгении Фроловой (89 лет) из г. Тюмени: «В первый год  войны под ружье поставили добрую половину трудоспособных мужчин самого «тяглового» возраста, главных кормильцев семьи и страны. Среди них был и мой отец Ефим Сироткин. Деревня лишилась не только рабочей силы: мобилизации в вооруженные силы подлежали лошади.

Поначалу каждая из воюющих сторон рассчитывала на скорую победу. Были широко применены новые виды оружия. Однако их использование не привело к быстрому завершению войны, смертоносная техника лишь увеличивала количество жертв.

В одном из кровопролитных боев отец попал в плен к «германцу», так он говорил. В неволе прожил более трех лет. Однако в разговоре о тех годах всегда подчеркивал, что над пленными не издевались, правда, заставляли много работать, а вот кормили очень плохо. Потому с радостью не раз вместе с друзьями по несчастью вспоминал щи и гречневую кашу, которую давали изредка. И на всю жизнь запомнил вкус вареного яйца. Его на Светлую Пасху принесла хозяйка, у которой он жил вместе с тремя товарищами. Яйцо бережно разделили на четыре части и... съели. «Вот был праздник!» – говорил отец. Словом, пленный Сироткин по полной программе хлебнул всех прелестей Первой мировой войны и плена.

Домой вернулся в 1919 году. Много чего повидал сибиряк из деревни Яровое Армизонского района за годы войны, но выбор свой сделал: принял новую власть. Работал бригадиром, а потом и председателем колхоза. В 1972 году семья фронтовика переехала в Тюмень. Вот только горожанином не довелось долго побыть, через два года ушел в мир иной. Покоится на Червишевском кладбище».

О жребий тяжкий

Т.Т. Иванова из Тюмени рассказала о своих родных: «Петр Шастин родом из Забайкалья был отправлен на фронт с первых дней войны. В одном из боев попал в плен. Что ему тогда довелось пережить, не рассказывал. Но это драматическое событие хорошо описал в одном из романов Александр Солженицын: «Вот и колонна пленных тянется, почти без конвоя. Лица пленных. О жребий тяжкий – знает, кто его испытал!.. Плен – не спасение от смерти, плен – начало страданий. Уже сейчас клонятся, спотыкаются, а особенно плохо – кто ранен в ногу. А другим пленным еще хуже: не идти налегке, но вместо лошади впрягшись, свои же пушки, теперь трофейные, вытаскивать, выталкивать, выкатывать...»

Лагеря для военнопленных, несмотря на продолжавшуюся войну, были обустроены с немецкой педантичностью. Это были не бараки, а настоящие солдатские казармы. В годы Первой мировой среди военнопленных большую работу проводил Международный Красный Крест. Русских солдат снабдили одеждой, кормили, лечили и даже предоставляли возможность сообщить о себе на родину.

В 1918 году состоялся обмен военнопленными, благодаря этому отец вернулся домой, а тем временем в Забайкалье началась гражданская война. Он ушел в партизаны, где и встретил маму. После войны в молодой семье горного инженера родилось четверо детей.

Иван Исаев, дедушка моего мужа, – продолжает тюменка, – тоже был в плену у немца. В одном из боев получил тяжелое ранение. Когда немецкий солдат хотел его пристрелить, он сказал ему, что дома его ждут трое детей. Вскоре российского военнопленного обменяли на немецкого солдата. Он  вернулся домой в Калужскую область, а о Первой мировой войне ему всегда напоминала застрявшая в легком пуля».

В год германского нашествия

Сентябрина Панова из Тюмени прислала воспоминания старшей дочери унтер-офицера Ивана Панова, участника Первой мировой войны: «В год германского нашествия Иван Панов достиг призывного возраста и был направлен в царскую армию. В Тюмени его зачислили в списки хозяйственной части на должность шорника и поставили на довольствие: сахарное, табачное, мыльное, спичечное и денежное, как утверждает архивная справка.

В ту пору в Тюмени свирепствовал тиф. Отцу было поручено из казармы отвозить в Текутьевскую больницу тифозных больных солдат. Вскоре он и сам заболел. Как безнадежно больного его отправили домой в деревню Жиряково Нижнетавдинского района, а не на войну. После выздоровления его вновь демобилизовали в армию, теперь уже советскую»

Добрая память о себе

Участники Первой мировой войны в наследство оставили письменные или устные воспоминания да добрую память о себе. Нина Павлова из Ишима пишет: «Отца Епифана Пандырева совсем молодым призвали в царскую армию и отправили на передовую. Вернулся он  с тяжелым ранением и всю оставшуюся жизнь страдал от него. Очень рано ушел из жизни, оставив вдовой жену и сиротами семерых детей».

Галина Бакеева из Тобольска вместе с 91-летней матерью Александрой Леонтьевной Южаковой сообщили в письме, что  в их семье было немало участников Первой мировой войны: «Дед по материнской линии Леонтий Ландин 1884 года рождения на войну ушел из деревни Котина Тобольской губернии. На фронтах германской войны он, как  и весь мир, впервые наряду с мощным огнестрельным оружием массового уничтожения живой силы познакомился с химическим оружием.

Газ, выпущенный из баллонов, был темной зеленоватой окраски, быстро распространялся, расширяясь в стороны и вверх при быстром поступательном движении. Действие газового облака, с одной стороны, образовало завесу, скрывающую подступы противника, а с другой – смертельно отравляло все, над чем проходило. Распространение газа вперед продолжалось до 25 верст, а вверх − на 5–6 сажень.

Газы от снарядов очень сильно разъедали глаза, вызывали тошноту и головную боль. Спустя 15 минут после первой газовой атаки немцы повторно выпустили новые снаряды с удушливым газом. Бойцы падали отравленными. В те дни верными помощниками солдат были… кошки, которые жили вместе с ними в окопах. Они заранее предупреждали о газовой атаке.

Кузьма, брат Леонтия Романовича, с войны не вернулся, а его другому брату Якову Терлееву посчастливилось вернуться домой, вот только инвалидом – он ослеп на один глаз».

Т.В. Немкова знает немного о своем деде – Алексее Ивановиче Ушарове 1883 года рождения: «На войну он был призван из деревни Ушарово Тобольского района. Семье обер-офицера ежемесячно выплачивали денежное пособие на ребенка.

В тридцатые годы семью ветерана Первой мировой войны сослали на север, сначала в поселок Новый Порт, затем в Шугу. После смерти сына дед переехал жить ко мне в село Армизон. В возрасте 93 лет ушел в мир иной».

Тюменцы Владислав Асанов и Васса Поспелова с нетерпением ждут, когда можно будет посмотреть уникальную картотеку – «Бюро учета потерь 1-й мировой войны 1914–1918 гг.», чтобы узнать о судьбе своих родных – Федосее Абрамовиче Терентьеве из деревни Лобаново (Быбылево) Исетского района и Иване Яковлевиче Пискулине 1883 года рождения.

Как сообщала ранее газета «Тюменская область сегодня», в настоящее время идет подготовка к переводу на электронные носители данной картотеки.

Это очень серьезная работа, а не просто сканирование. Картотеку нужно систематизировать, каждую карточку описать.

От редакции. «Тюменская область сегодня» обращается ко всем читателям с просьбой сообщать об участии родных и знакомых в Первой мировой войне, чтобы коллективными усилиями отдать дань памяти воинам, отдавшим жизнь за веру, царя и Отечество. Напомнить живущим сейчас о тех событиях. Восстановить генетическую память и связь времен.
Наш адрес для писем: 625000, г. Тюмень, почтамт, а/я 371 или электронный адрес: Shorohova06@mail.ru. Контактный телефон: 8 (3452) 49-00-21.

СПРАВКА

 Век назад европейские нивы стали огромным полем сражения. Кровь людская потоками заливала благодатную землю, готовую одарить человека вызревшим хлебом насущным. Вместо того, чтобы принимать дары природы в трудах праведных, западные государства предъявили себе подобным претензии не за столом переговоров, а орудийными залпами. 1 августа началась невиданная братоубийственная бойня, позже ученые-историки назовут ее Первой мировой войной. Несмотря на то, что эта война не тянула на справедливую и отечественную, ее ратная слава и подвиги российского воинства на полях сражений Первой мировой войны заслуживают того, чтобы остаться в истории.

Александр Вычугжанин в рамках проекта "Первая мировая в судьбах сибиряков".

921Просмотров

Официально

На Тюменской земле, в Ялуторовском архиве, находится уникальная картотека – «Бюро учета потерь 1-й мировой войны 1914–1918 гг.». Это 7,7 миллиона карточек по погибшим, раненым, пленным и пропавшим без вести участникам Первой мировой войны.

Комментарии для сайта Cackle

Читать далее
Брежнев возглавлял СССР с 1964 по 1982 год. Именно его период правления назвали сомнительным термином «застой» (не менее сомнительно звучит последовавшая затем «перестройка», а про «ускорение» большинство уже и забыло).
Вряд ли среди сподвижников Петра I найдется кто-либо еще, кого удостоили столь больших почестей при жизни и по сей день продолжают прославлять. Император хотел на месте захоронения Алексея Шеина в Троице-Сергиевой лавре установить памятник, но смерть самодержца нарушила эти планы. 
Состоявшиеся в Ялуторовске мероприятия, посвященные 175-летию со дня рождения Саввы Мамонтова, по своей значимости выходят далеко за пределы этого города.
Рядом с только что широко отмеченным 430-летием со дня основания Тюмени находится еще одна значимая для нашего города дата. 31 августа 1596 г. царь Федор Иоаннович подписал грамоту тюменскому воеводе князю Григорию Долгорукому о вольной торговле бухарцев и ногайцев в Тюмени.
Омск и Тюмень на протяжении столетий соединяют тысячи экономических, культурных, и, самое главное, человеческих связей.
Решением императора Николая I первоначально сберегательные кассы учреждались при Петербургской и Московской сохранных казнах. Эта дата по справедливости считается отправной точкой в богатой истории Сбербанка России.
В 1866 году Тюмень и Тобольск связала телеграфная линия
Тюменским историкам и всем, кто считает себя краеведом, хорошо известно имя Николая Абрамова, активно сотрудничавшего с Русским географическим обществом и даже удостоенного за эту деятельность золотой медали общества.

Официально

На Тюменской земле, в Ялуторовском архиве, находится уникальная картотека – «Бюро учета потерь 1-й мировой войны 1914–1918 гг.». Это 7,7 миллиона карточек по погибшим, раненым, пленным и пропавшим без вести участникам Первой мировой войны.