×
В социальных сетях
В печатной версии

a

1
:
2
3
3
:
a

Россия будущего: вектор развития – Личность

21.03.2014
01:54

В заседании клуба «От первого лица» принял участие политолог Сергей Караганов


Казалось бы, совсем недавно, каких-нибудь 15–20 лет назад философы рассуждали о «конце истории» – о начале единообразного и фактически бессобытийного существования мировых сообществ и государств в начале XXI века. Время показало ошибочность данных умозаключений: история творится на наших глазах, и все мы становимся не только ее свидетелями, но и участниками.


О тектонических сдвигах в современном миропорядке, о путях России в XXI веке в ходе очередного заседания клуба «От первого лица» рассказал известный российский политолог Сергей Караганов. Предлагаем вниманию читателей отчет о состоявшейся беседе.


Александр Скорбенко:


– Сергей Александрович, буквально на минувшей неделе в одной из известных газет опубликована ваша статья о стратегии развития России…


Сергей Караганов:


– Да, в различных изданиях, как в нашей стране, так и за рубежом, постоянно выходят в свет мои публикации. Действительно, не так давно вышла серия статей в газете «Ведомости». Речь в них идет о Стратегии XXI, это огромная работа, которую в течение года провел большой коллектив из двухсот человек. В ней изложены варианты стратегий развития России на ближайшие тридцать лет. В моих публикациях на страницах «Ведомостей» излагаются основные идеи Стратегии XXI. Недавно в газете Financial Times опубликована моя статья, посвященная причинам кризиса в Украине.


Единственная цель Стратегии XXI – воспитание нового человека, особенно молодого. Через 20 лет должно прийти новое поколение: 15 миллионов человек,
которые образованы, здоровы, патриотичны, знают свою историю и связаны с ней, чувствуют себя в своей стране хозяевами.
Сергей Караганов

Александр Скорбенко:


– Тема Украины, Крыма для читателей нашей газеты, равно как, наверное, и для всех жителей России – самая актуальная и важная в настоящее время. Хотел бы попросить вас высказать отношение к кризису в соседнем государстве, Украине, судьба которой, уверен, небезразлична многим гражданам России.


Сергей Караганов:


– Должен сказать, что ситуация в Украине, вокруг Украины связана с тем, что страны Запада не захотели в свое время завершить мирным договором с Российским государством длившуюся десятилетия холодную войну. Россия неоднократно предлагала заключить такой мирный пакт. В частности, нашей страной предлагалось заключение нового варианта договора в рамках Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе, затем – договора общеевропейской безопасности в Европе. Однако каждый раз страны Западной Европы и США отказывали в этом России под различными предлогами. В реальности же страны Атлантического блока, то есть НАТО, пытались расширить дальше на восток военно-политическую, экономическую и моральную зоны влияния, приближаясь таким образом к границам России. При этом западные страны уверяли российское руководство, что никаких «зон влияния» не существует. В лучшем случае такие заявления были лицемерными.


Думается, что в конце концов все мы, и в первую очередь политическое руководство России, поняли, что конфронтация рано или поздно должна была произойти. Причем убедила нас в этом антироссийская и клеветническая пропагандистская кампания, которая к этому времени продолжалась уже более года. Я был свидетелем двух десятилетий холодной войны, но с трудом могу вспомнить подобную лавину лжи. Эта кампания приобрела особенно отвратительные формы во время Олимпийских игр в Сочи, ставших триумфом России и российских спортсменов.


В России начали понимать, что Запад пытается «переиграть» сложившуюся ситуацию, навязать свои правила игры. Только


если раньше это была наступательная политика, то сейчас со стороны западных стран она стала в значительной степени оборонительной. Дело в том, что страны Западной Европы и США постепенно стали проигрывать в соревновании на мировой арене – как в политике, так и в экономической сфере. Кстати, умные люди на Западе давно озвучивали следующую мысль: «Если после серии внешнеполитических поражений в Ираке, Афганистане, Сирии мы не сможем отыграться на России, то верх возьмут ее союзники на международной арене – Индия


и Китай».


Но главной причиной стало ослабление ведущих позиций западных стран в мировом экономико-технологическом соревновании. Не забудем и про экономический кризис, в который вошли ведущие европейские страны. Поэтому неожиданно оказалось: «выиграв», как казалось западным странам, холодную войну и относясь к России как к побежденному, они сами стали проигрывать глобальное соревнование государств. Но Россия не считала себя «побежденной» и справедливо требовала равноправного отношения к себе со стороны стран Запада. В связи с вмешательством западных политиков в ситуацию на Украине, иллюзии о бесконфликтном сотрудничестве рассеялись и очевидно, что началась последняя, надеюсь, схватка холодной войны.


Тюменская область – пример во всем, входит в пятерку лидеров. Регион всегда возглавляли и возглавляют сильные руководители. Насколько мне известно, по данным специалистов, занимающихся проблемами развития субъектов РФ, Тюменская область находится в тройке сильнейших сибирских регионов.
Сергей Караганов

Александр Скорбенко:


– Сергей Александрович, каковы, на ваш взгляд, возможные сценарии последу­ющих событий вокруг Украины?


Сергей Караганов:


– Самый пессимистичный, трагический сценарий – кровопролитная конфронтация на Украине, в которую будет втянута Россия. Самый оптимистичный – подписание через несколько лет нового мирного договора в Европе, договора, который наконец прекратит бессмысленную и бесконечную борьбу и зафиксирует новый status quo на континенте. Тем более что Россия, как, впрочем, и ряд европейских политиков и мыслителей, предлагала так называемый Союз Европы. Эту идею несколько раз озвучил президент России Владимир Путин. Смысл Союза Европы состоит в создании единого, оформленного вследствие договоров пространства


от Лиссабона до Владивостока, свободного для передвижения людей, товаров и услуг – и несомненно, обладающего единым энергетическим комплексом.


Повторюсь, совместная реализация данной идеи несколько раз предлагалась лидерам западного мира, но каждый раз они ее отвергали, либо не доверяя России, либо надеясь захватить более выгодные позиции. Все это в итоге привело к нынешнему состоянию дел – как на Украине, так и вокруг нее.


Александр Скорбенко:


– Каков ваш прогноз дальнейшего развития событий? (Беседа состоялась до референдума в Крыму и обращения президента России к Федеральному собранию РФ. –


Примечание редакции.)

Сергей Караганов:


-Это высокорисковый сценарий, и я не берусь прогнозировать дальнейшие события. Надеюсь, что Россия выстоит в этом конфликте. Также уповаю на помощь Всевышнего – еще и потому, что последние четырнадцать лет нам везло.


Константин Елисеев:


– Все-таки Бог простил России коммунизм?


Сергей Караганов:


– Как раз об этом говорил на состоявшихся Губернаторских чтениях: это чудо, что Россия не развалилась в 1999 году – а для этого, поверьте, были все предпосылки. В конце 90-х годов существовала только «внешняя оболочка» нашего государства. И единственное, пусть и ненаучное объяснение того, что страна вышла из этой сложнейшей ситуации в том, что Господь простил России коммунизм.


Александр Скорбенко:


– Есть такая пословица: «К войне готовься, а хлеб сей»! Хотелось бы поговорить о делах, связанных со стратегически важными целями России. Сергей Александрович, благодаря вам, коллективу ученых и политиков увидел свет обширный документ под названием «Стратегия XXI». В Стратегии предложены пути развития нашей страны в условиях современной глобализации. Основным вектором, судя по документу, является сбережение и развитие «человеческого капитала» России. Что является системообразующим в реализации цели и задач данной стратегии: политическая воля руководства,


развитие передовой экономики, рост самоосознания общества или что-то другое?


Сергей Караганов:


– Необходимо понимать, что страна упустила много возможностей за последние два десятилетия. Иными словами, это время мы «прогуляли». Первые десять лет, в 90-е годы, страна и ее граждане выживали, каждый по-своему – кто более, а кто менее успешно. Потом, до 2008 года, страна и общество восстанавливались. А затем застыли в мечтах о модернизации, которая на деле обернулась своей противоположностью. Считаю, что мы (подразумевая российское государство и общество) не осознали две главные проблемы. Первая в том, что не понимали все минувшие 20 лет, что главное в развитии страны – это человек. Забыли человека! Снижался уровень образования, здравоохранения. Но самое главное то, что ухудшалось состояние общественной морали, духа. В обществе исчезал пат­риотизм.


И второе: не была решена проблема частной собственности и ее легитимности. В результате она остается нелегитимной в глазах большинства народа и в недостаточной степени законодательно защищена. В данной ситуации люди так и не обрели чувство хозяина, земля им не принадлежит. Те, кто владеет «заводами, газетами, пароходами», знают, что в любой момент все это у них могут отобрать. Это отталкивает от страны не только народ, но и элиту. В этом кроется коренная и системная причина отсутствия патриотизма.


В понимании данных проб­лем содержится и ответ на вопрос о том, что делать. Главное – это развитие образования. Кстати, начальное образование в России и сейчас одно из лучших в мире, полное среднее – гораздо хуже, где-то на пятидесятом месте в мире. Далее, еще ниже –


среднее специальное и высшее. В результате общество «ухудшает само себя». То есть мы помещаем ребенка в систему, которая на каждом этапе его взросления ухудшает заложенные в нем способности и, что немаловажно, здоровье.


Второе главное направление заключается в необходимости правовой защиты частной собственности, иначе мы никогда не обретем ни политического спокойствия, ни динамики экономического развития. Так, в нынешних обстоятельствах упустить политическую власть – значит потерять собственность. Пример Украины, кстати, более чем показателен: ведь там примерно такая же ситуация, как у нас, только ухудшенная до карикатуры. Приведу следующий пример. Знакомый бизнесмен, живущий на Украине, как-то пожаловался: «У меня имеются акции украинского завода, однако дивиденды мне платят только в тот период, когда я работаю советником президента страны.


Как только ухожу с этой должности – дивиденды мне не выплачиваются. Возвращаюсь на должность советника – снова выплачивают, но только не за предыдущий период». Для страны с рыночной экономикой и частной собственностью это просто дикость. Поэтому мы в России должны смотреть на украинские реалии как на предостережение, урок. Такого допускать нельзя, иначе свалимся в аналогичную ситуацию.


Сергей Исаев:


– По сети Интернет нам поступил вопрос от экспертов областного департамента экономики: «Какой вы видите конечную цель Стратегии XXI, какие механизмы и инструменты необходимо использовать сегодня для ее достижения?»


Сергей Караганов:


– Единственная цель – воспитание нового человека, особенно


молодого. Через 20 лет должно прийти новое поколение: 15 миллионов человек, которые образованы, здоровы, патриотичны, знают свою историю и связаны с ней, чувствуют себя в своей стране хозяевами. Если у нас будут эти 10–15 миллионов – проб­лемы не будет. Качество людей сейчас играет гораздо большую роль, чем количество. И основная борьба разворачивается за качество человеческого капитала.


Сергей Исаев:


– Стратегией XXI определен набор проблем, сопровождающих развитие нашего государства, обозначены варианты их решения. Какие, на ваш взгляд, необходимо предпринять первоочередные шаги?


Сергей Караганов:


– Это огромный документ, 350 страниц. Читайте. Там изложена иная философия действия и развития. Когда мы вый­дем из украинского кризиса, будем заниматься этой философией и строить ее. С этой философией согласно огромное количество людей, те, с кем я работал вместе, те, с кем знакомился. Ее мы должны поставить в центр своего развития. Это не очередной набор предложений по изменению тех или иных законов, это философия развития.


Кристина Шелемеха:


– Сергей Александрович, в одной из ваших работ проводится параллель с работой Солженицына «Как нам обустроить Россию». Какие мысли автора актуальны и на сегодняшний день?


Сергей Караганов:


– Солженицын – последний великий русский. Вопросы актуальны следующие: первое – сбережение народа, второе – строительство политической системы снизу, с муниципального управления. «Сверху» делать на получится, главное – организовать самоуправление, там рождается гражданин. Третье – это вложение в людей. Четвертое – регионализация, провинциализация России. Россия должна прирастать провинциями, а не центром. Одна из ключевых глав нашей стратегии так и называется: «Регионализация России». Она предполагает создание рабочей группы, руководимой одним из ученых, Владимиром Рыжковым. Мы хотели назвать главу «Провинциализация России», но в России почему-то слово «провинция» звучит плохо. Не знаю, почему. Провинции перестали быть провинциями в духовном отношении. Провинции могут получать ту же самую информацию, что и в столице. Только уровень немного проще. Я, например, выступаю за то, чтобы основную часть научных учреждений перенести из Москвы. Там нельзя работать. Большинство, конечно, читали работу Солженицына, но мы ее забыли. Если бы послушали русского гения, не совершили бы ошибок.


Галина Сентемова, п. Голышманово:


– Добрый день! Сергей Александрович, президент России ставит в качестве задачи развитие Сибири и Дальнего Востока. Эта концепция неоднократно была озвучена главой государства. На ваш взгляд, как из федерального центра видятся перспективы и направления развития регионов Урала и Западной Сибири?


Сергей Караганов:


– Очень рад этому вопросу. Многие годы занимаюсь попытками экономического поворота России на восток. Рад тому, что произошло в последний год


– мы наконец повернулись. Поняли, что поворот на восток есть поворот к развитию, а не от Европы, и что там есть огромные рынки, которые мы недоиспользовали, есть огромные возможности для развития. Наконец начинаем понимать, что Сибирь – это не фронт противостояния с Западом и не фронт противостояния с Китаем, а земля возможностей. У нас есть огромное количество стратегий, почитайте их на сайте клуба «Валдай». Главное – понять, что многие из препятствий в развитии Сибири – это мифы. Ну, например, холодно. В Калифорнии зато жарко, а в Австралии еще жарче – там тратят столько же электричества на охлаждение, сколько мы тратим на отопление. Тем не менее это очень развитая страна. Малозаселенность Сибири – тоже миф. Конечно, было бы лучше, если бы было больше людей, но в сходных регионах – Канаде и Австралии тоже людей немного. И наконец, сибиряки очень часто прибедняются. В Сибири лучший человеческий капитал в России. Это потому, что сибиряки – потомки авантюристов, каторжников, революционеров. Это сильный человеческий капитал. В большинстве областей Сибири и власти сильнее, и образование выше.

Здесь не было крепостного права. Но главное – здесь сохранился предпринимательский дух. Это оценки не просто какие-то. Это оценки социологических служб. Дайте возможность развиваться, создайте условия. Восточный рынок, рынок Тихого океана, Китая дает вам гигантские конкурентные преимущества, которых у жителей Европейской России никогда не было.


Константин Елисеев:


– Сергей Александрович, вы сказали уже о повороте на восток. Но как же европейский вектор развития, который традиционно, на протяжении столетий был у России? Неужели мы его потеряем, если обернемся на восток? Или это видится как-то по-другому?


Сергей Караганов:


– Первое: мы не обернулись на восток, хотя 15 лет назад начали об этом говорить. Это показывает, что мы недоевропейцы, нерациональны и не используем возможности. Второе: мы почему-то считали, что поворот на восток – поворот к Китаю. Китай – великолепная, великая, но абсолютно чуждая нам цивилизация. Мы не можем принять цивилизацию Китая. Другое дело, что если в культурно-политическом, социальном смысле отойдем от Европы – это будет грустно. Потому что Европа является частью нашей идентичности. Мы приняли культуру христианства с передовой Европы, с Византии. Почему-то считают, что это враждебная Европа, хотя в то время это самая передовая Европа. Западная тогда лежала в руинах и нищете, великолепна была Византия. Поэтому русские князья и приняли ее культуру.


Александр Скорбенко:


– С другой стороны, Освальд Шпенглер написал о том, что культура Европы угасает и закат Европы вот-вот наступит.


Сергей Караганов:


– Освальд Шпенглер написал это сто лет тому назад. С тех пор она закатывалась, конечно, и думаю, что сейчас Европа действительно вступила в полосу относительного заката. Но повторяю, у нас другого источника вдохновения, кроме как европейского, нет. Либо мы сами становимся самостоятельными, но я пока не уверен, что мы способны строить собственную цивилизацию. Она существует, но без европейского влияния мы, скорее всего, построим более слабую цивилизацию. Поворот на восток, повторяю, это в высшей степени европейский поворот. Ведь Европа


– это еще и свободный рынок, это рационализм, это абсолютно рациональный поворот. Слава богу, мы начинаем это понимать. Несмотря на наше некоторое раздражение европейской слабостью, европейскими претензиями, нам не нужно забывать, что мы тоже европейцы.

Галина Евсеева:


– Если вернуться к Стратегии XXI, то ключевой мыслью в ней является концепция просвещенного консерватизма. Ведь консерватизм – это защита традиционных ценностей, а вы предлагаете консерватизм как путь к модернизации государства и общества. Как это соотносится?


Сергей Караганов:


– Консерватизм


– это сохранение прежнего и развитие. Почитайте Бердяева и любых других идеологов консерватизма. Существует мракобесие – это то, что вы обыденно понима­ете под консерватизмом. И существует просвещенный консерватизм, который сохраняет свои корни, понимает свои слабости и силу. Это, собственно, то, что мы делаем и описываем. В этой стратегии скоро появится еще одна главка, написанная молодыми ребятами, совсем молодыми – всем до 30. Идея, которую они реализуют, совершенно блистательна.

Александр Скорбенко:


– Сегодня есть ощущение, что мир довольно сбивчиво понимает жизнь в плане своей идентичности. Основным критерием становится возможность купить и продать. Эта утилизация всего и вся противоречит устойчивой конструкции, существовавшей до этого: вере, любви, ответственности. У многих есть ощущение, что мир не туда идет и не туда забегает.


Сергей Караганов:


– Кризис национальной и духовной идентичности испытывают почти все нации. И китайцы тоже. Они об этом прямо говорят. И американцы. В Европе просто идет кризис за кризисом: хотели создать новую идентичность, от старой отошли, к новой не пришли. Тоже огромная проблема. И попытка сбросить свою идентичность, навязать ее в какой-то мере Украине является в том числе защитной реакцией на то, что они сами теряют. Вот, украинцы подняли наш флаг, еще не все потеряно. Действительно, у людей образовалось много свободного времени, они занялись исключительно потребительством, это благодаря экономическому и технологическому росту. Это огромная проблема, которую я не знаю, как решить. Это должно решать для себя каждое общество и каждый человек. Необходимо, чтоб люди поняли: человечество вступает в новую эпоху, когда его традиционные ценности начинают заменяться чем-то. И нужно либо восстанавливать старые, либо делать что-то новое.


Либо этот вакуум человек заполнит не только бессмысленными покупками не особо нужных ему вещей, не только пожиранием чудовищного количества малоосмысленной информации, но и бесами.


Александр Скорбенко:


– На этом фоне «сумерки богов» наступили уже давно?


Сергей Караганов:


– С одной стороны, это сумерки богов, с другой – человеческий фактор. Ведь наша эпоха отличается тем, что живущие в ней люди никогда ранее в человеческой истории так сыто не жили.


Константин Елисеев:


– Хоть сыто пожить!


Сергей Караганов:


– Ваша фраза точна. Страна долгие годы голодала. Немногим более десяти лет назад, а может и меньше, россияне стали хорошо питаться. В связи с чем решили отдохнуть, то есть находимся в тупике. А что дальше? Ответ на этот вопрос должны найти сообща: каждый человек, государство и общество.


Александр Скорбенко:


– А СМИ как смыслообразующий институт способны создавать, генерировать ценности или они, наоборот, уводят от реальности?


Сергей Караганов:


– В массе своей СМИ уводят от реальности, но могут играть огромную позитивную роль: сообщество пишущих объединилось вокруг общей идеи. Именно на это нацелена Стратегия ХХI. Она не левая и не правая, не западническая, не консервативная и не славянофильская.


Ее главная задача – объединение. Чем мы можем помочь себе, стране и миру? Развивать себя, дорогих, чтобы были здоровые и сильные, богатые, образованные и конкурентоспособные.


Александр Скорбенко:


– Мы за эту идею. Однако хочу уточнить: профессор Преображенский был прав, призывая «не читать газет»?


Сергей Караганов:


– Я часто повторяю эту фразу и думаю, что каждый интеллигентный человек ее повторяет регулярно, особенно после просмотра многих электронных версий различных изданий.


Людмила Шорохова:


– Сергей Александрович, какие задачи стоят перед регионами в свете Стратегии XXI, предложенной вами и вашими единомышленниками? Учитывается ли вами специфика гео­графического положения, уровня экономического, социального развития?


Сергей Караганов:


– Стратегия предложена для обсуждения, которое будет продолжаться полтора года. Это не окончательный ее вариант, он представлен для широкого обсуждения в электронном виде. Главная цель – принести в регион интеллектуальный капитал; перераспределять до известной степени доходы в пользу региона; сделать упор на региональные муниципалитеты. Именно здесь рождаются и развиваются люди. В настоящее время благодаря советскому прошлому все аккумулируется в Москве. Несмотря на то, что здесь производят много хорошего и позитивного, город уже не в состоянии «переварить» поступлений. Смысл и вещи в такой ситуации теряются, а потому их нельзя с пользой применять. Пора делать упор на провинцию.


Я горд тем, что на моем факультете самый большой в стране проходной балл. Но при этом отдаю себе отчет, что на него поступают лучшие выпускники школ, призеры олимпиад.


Хорошее образование молодые люди должны получать не только в Москве. В каждом крупном центре региона должен быть хороший университет. Они наш интеллектуальный капитал. Причем первоклассных университетов не должно быть много, достаточно двадцати-сорока.


Далее, необходимо развитие муниципалитетов и частичное перераспределение налогов.


Наталья Худорожкова:


– В настоящее время у муниципалитетов нет средств.


Сергей Караганов:


– Это так. Еще Александр Солженицын говорил, что на местах денежные средства расходуются более эффективно: труднее воровать, ты на виду, отчитываешься, куда идут деньги. Поэтому те, кто их получает, чувствуют ответственность.


У меня есть домик в дальней деревне, так вот там в местном муниципалитете «бушуют страсти» – идет борьба за каждый рубль, поскольку на десять деревень профицит составляет пятнадцать миллионов рублей – то есть доходная часть бюджета существенно превышает его расходную часть. Так выковываются ответственно мыслящие граждане России.


Маргарита Шаманенко:


– Насколько, по вашему мнению, в процессе «поворота России к Тихому океану» могут быть задействованы регионы Урала и Западной Сибири?


Сергей Караганов:


– В Западной Сибири и Приуралье находится лучший человеческий капитал нации. Во-первых, здесь больше денег, чем в Восточной Сибири. Во-вторых – у сибиряков больший опыт взаимодействия с иностранными партнерами. Восточную Сибирь и Дальний Восток без массированного привлечения иностранного капитала не поднять. Причем это должен быть не только китайский капитал. Создавать и развивать предприятия необходимо, но при этом не следует забывать о наших вариантных преимуществах.


Галина Евсеева:


– В этой ситуации роль руководителя имеет значение?


Сергей Караганов:


– Руководитель в России всегда имеет свою роль. В современных условиях ее находит тот, кто имеет свою схему управления и понимает, что нельзя делить Сибирь на Западную, Восточную и Дальний Восток.


Маргарита Шаманенко:


– Юрий Горомыко, директор Института опережающих исследований имени Шифферса, директор НИИ инновационных стратегий развития общего


образования, предлагал строить новые города – в том числе и в Сибири. Способны ли мы строить новые города?


Сергей Караганов:


– Зачем строить новые города, когда их достаточно. Они и не нужны. В советские времена, когда не считались с затратами, было построено много новых городов. Даже там, где люди не должны жить, а работать только вахтовым методом. Человек должен жить в современных, благоустроенных городах. Только в комфортных условиях он может получить образование, а общение дает ему развитие.


Повторюсь, в России не должно быть только одного комфортного для жизни города, имя которому Москва. Сюда можно отнести и Санкт-Петербург.


Кристина Шелемеха:


– В Тюменской области реализуется ряд региональных программ, которые способствуют развитию здравоохранения, образования, поддержке населения. Как динамично идут данные процессы в других регионах, в целом по России?


Сергей Караганов:


– Тюменская область – пример во всем, входит в пятерку лидеров. Регион всегда возглавляли и возглавляют сильные руководители. Наличие больших денежных средств от нефтегазового комплекса позволяет населению жить в более благоприятных условиях, чем в других субъектах Федерации. Но это не означает, что в Тюменской области все оптимально. Хотя вам виднее. Насколько мне известно, по данным специалистов, занимающихся проблемами развития субъектов РФ, Тюменская область находится в тройке сильнейших сибирских регионов.


Александр Скорбенко:


– Как вам Тюмень?


Серей Караганов:


– Хороший город. К счастью, здесь сохранилась старая архитектура. К востоку от Москвы в войну уничтожали не только людей, но и нашу историю. В этих городах нет исторической застройки. Приезжаешь в Сибирь или Дальний Восток, сердце радуется.


Константин Елисеев:


– Вы, как человек занима­ющийся профессионально странами, в том числе Юго-Восточной Азии, как считаете, что может привлечь в Сибирь бизнесменов из стран-«молодых драконов» или инвесторов из Страны восходящего солнца?


Серей Караганов:


– В настоящее время в России далеко не благоприятный инвестиционный климат. Необходимо создавать специальные экономические зоны. Это позволит многим депрессивным регионам развиваться. В них необходимо создать благоприятные условия для инвесторов: низкие налоги, мгновенное подключение к энергоносителям. Только так, потихоньку нам удастся развернуть ситуацию.


Быстрых решений не существует. Кроме того, мы не должны забывать о том, что из-за замедления экономического развития во всем мире развертывается борьба за инвестиционные ресурсы. Нам необходимо включиться в эту борьбу. При этом следует помнить и другое: стартуем с относительно слабых позиций. Второе – не забывать наши преимущества: энергоемкие, водоемкие (продовольствие, целлюлозная промышленность, химволокно) и другие производства. Третье – не используем водные ресурсы. Почему сосьвинскую сельдь не выращивают искусственно? Это же тождественно печатанию денег.


Уверен, что существуют технологии по размножению и выращиванию не только сосьвинской сельди, но и других сибирских рыб. В Сибири много рек и большое морское побережье, пусть и холодное. Дальний Восток омывают не только моря, но и океан. Вот где идеальные условия для выращивания морепродуктов.


Норвежцы на меньшей в сотни раз территории выращивают столько семги, что ее хватает накормить людей многих стран.


Пора слезть с нефтяной иглы и перестать «пилить» нефтяные деньги. Надо работать и руками. Вот вам ответ на поставленный вопрос.


Александр Скорбенко:


– Сергей Александрович, в качестве резюме к нашей встрече – с чем жить в сердце и о чем думать?


Сергей Караганов:


– О том, что через несколько лет закончится нынешняя конфронтация вокруг Украины, а сегодня надо строить самого себя. Прекрасными, удачливыми и веселыми нас никто не сделает – кроме нас самих. А если такими не станем, то будем жаловаться на жизнь еще более обоснованно, чем сейчас.


Александр Скорбенко:


– Благодарю вас за то, что нашли время и побывали в редакции газеты «Тюменская область сегодня», за интересный разговор.


Блиц


– Что для вас важнее: спорт, музыка, книга или другое увлечение?


– Люблю литературу, много читаю. Очень рад тому, что несколько лет тому назад восстановил привычку читать, утраченную в 90-е годы. Было не до того. Имею в виду – читать художественную литературу, поэ­зию. Кроме того, я страстный охотник: охочусь непрерывно, предпочитаю в горах. И третье: люблю спорт. Занимаюсь практически всеми его видами, начиная с тяжелой атлетики (соответственно своему возрасту, конечно). Тренируюсь, поддерживаю себя в форме для того, чтобы иметь возможность ходить в горы. Наивысшей похвалой для меня было узнать, что оказывается, в моем возрасте жители Алтая уже перестают ходить в горы, а я хожу.

– Каким охотничьи трофеем вы гордитесь?


– Горжусь добытым леопардом (он трижды бросался на меня), шкура которого висит у меня в кабинете. Был еще лев, который дважды на меня бросался. Сейчас более всего люблю ходить по холмам и полям со своей легавой, охотиться на перепелов, куропаток и тетеревов. Продолжаю охотиться в горах.

– Любите ли вы дарить женщинам цветы? И какие?


– Конечно, люблю. Но  в последнее время жена почему-то сама покупает цветы, лишая меня этой возможности.

– Рассказываете ли охотничьи байки?


– Да, рассказываю, при этом стараюсь не привирать.

– Кто из политиков, общественных деятелей вам ближе по духу?


– Из российских – Петр Столыпин и Александр II.

– Сколько времени вы проводите в Интернете?


– Обычно – час утром, в машине, по пути на работу и вечером, возвращаясь – еще час. Ночью иногда залезаю в социальные сети, хотя считаю общение в соцсетях абсолютно бессмысленным занятием. Но зато это дает мне некую возможность узнать, как и что думают люди. Я пользователь сети Facebook, мне он ближе, здесь люди одного культурного слоя (если можно так выразиться).

– Есть ли у вас мечта?


– Все мои мечты сбылись.

– Ваш любимый афоризм или изречение?


– Лучше жить стоя, чем умереть на коленях – пара­фраз слов Долорес Ибаррури. Не знаю, кто его автор, может быть, и я.

– Чай и кофе пьете с сахаром или без?


– Без сахара. Сладкое ем только утром.

– Есть ли у вас автомобиль? И какой?


– У меня автомобиль представительского класса, но я на нем не езжу. А езжу на охотничьем джипе  – хороший автомобиль, настоящий внедорожник.

– С какой мыслью просыпаетесь по утрам?


– Утром поднимаюсь для того, чтобы сделать гимнастику, без каких-либо особых мыслей. У меня есть специальный комплекс утренних упражнений.

– Любите ли вы готовить? Ваше любимое блюдо?


– Могу утверждать, что я почти полупрофессиональный повар, еще с юности научился неплохо готовить. Больше всего люблю и есть, и готовить сациви, приготовить которое можно в нескольких вариантах (с луком, мукой или орехами, травами, оливковым маслом).


Подготовили:


Константин ЕЛИСЕЕВ,


Кристина ШЕЛЕМЕХА,


Людмила ШОРОХОВА,


Наталья ХУДОРОЖКОВА

707Просмотров

:

:

3

3

:

:

{

{

Комментарии для сайта Cackle

Читать далее
Лариса Быкова из Тобольска свою публикацию посвятила 140-летию любимого учебного заведения – многопрофильного техникума, в котором готовят первоклассных ветеринаров для нужд региона.
Дом социальной реабилитации семей и детей «Борки» в этом году отмечает 85-летие.
Тюменцы смогут сдать на переработку пластик, макулатуру и алюминий.
В 2017 году государственная программа материнский семейный капитал отмечает десятилетний юбилей.
Всероссийская акция «Тест на ВИЧ: Экспедиция», организованная Министерством здравоохранения Российской Федерации, началась в Тюменской области.
Всю добычу спортсмены передадут в приюты для бездомных животных.
В этом году праздник приурочили ко Дню защиты детей
На минувшей неделе к нам поступили 37 письменных и устных обращений читателей. Самые злободневные из них касались проблем ЖКХ.

:

:

3

3

:

:

{

{

Опрос
Что я больше всего любил (а) в детском садике?
Сончас
Прогулки, физкультуру и зарядку на площадке
Детсадовскую еду
Дополнительные кружки
Утренники
Работу на садичном огороде
Популярные статьи