×
В социальных сетях
В печатной версии

А как поет «ишимский соловей»?

Найти себя в суетном мире непросто. Нашему земляку Виктору Соломенцеву, к счастью, сделать это удалось. Его мелодии, исполняемые на чудо-аккордеоне, и песни окрыляют слушателей, вселяя ощущение радости бытия. Почему? Приятным голосом он вещает о вечном.

Горожане нарекли его «ишимским соловьем» за неподражаемый дар вокалиста и блистательную, но  в то же время очень теплую и доверительную манеру исполнения произведений любого песенного жанра. Виктор окончил первую детскую музыкальную школу Ишима по классу аккордеона у педагога Людмилы Куприяновой и Челябинскую академию культуры и искусств по специальности «Оркестровое дирижирование». Наставники им гордятся.

А учительница литературы, отличник народного образования, ветеран педагогического труда Людмила Знайко не просто бдительно следит за успехами воспитанника, но  и зачастую является главным инициатором и организатором сольных концертов Виктора в родном сибирском «граде на синей реке». Так случилось и в праздничный день 23 февраля, когда артист продемонстрировал на сцене Дома культуры программу «Военно-полевой романс». А накануне дал благотворительный концерт «Забытое танго» в камерной обстановке культурного центра Ершова, где очень органично звучали романсы, вальсы и танго далеких сороковых. В интервью удалось узнать о жизненной философии и творческих планах артиста.

– Виктор Евгеньевич, Алла Демидова как-то сказала, что талант – это дар и, если ему не служить, он быстро нивелируется и умирает. Как давно вы служите своему таланту?

– Думаю, что по-настоящему лет десять. Некоторые артисты, что проявляются процентов на девяносто, сразу становятся звездами. Это самородки, которые приходят полностью готовыми. Когда Александр Сац окончил консерваторию в тринадцать лет, педагог про него сказал: «Надеюсь, я его не испортил».

– Романс далеко не всегда был таким уважаемым жанром, как сейчас. Как  и когда вы его полюбили?

– Сначала исполнял эстраду, не обращаясь к романсу. Но на рубеже 27–28 лет услышал
пластинку Петра Лещенко – мне понравилось, и я стал петь. Романсы приняла и публика. В это время я как раз вышел на уровень эстрады как солист-исполнитель. До этого в репертуаре были танго, фокстроты, вальсы… Путь к романсу долгий. А возвращение к собственной звуковой природе идет до сих пор. У меня только сейчас начинает получаться то, что задумал.

– При выборе репертуарного произведения исходите из собственной технической подготовленности?

– Конечно, если технически не смогу исполнить произведение, я его не беру. Это будет неубедительно. Надо выбирать стопроцентный репертуар. Долго присматривался к известным исполнителям – они поют только апробированные песни. А я когда-то делал одну новую программу за другой. Публика с таких концертов «мокрая» уходила. Ведь все, что человек ранее не слышал, даже хорошее, он воспринимает с трудом... Сейчас понемногу расширяю репертуар новыми для меня супершлягерами, чего раньше не делал. Исполняю их на испанском, немецком языках.

– Сложны ли они для исполнения?

– Все они созданы в тридцатые годы, но популярны по сей день. Если бы были сложны, то не были бы на слуху и так любимы. Но опять же сложность  заключается в простоте. Говорят: когда просто, тогда и ангелов до ста.

– Поясните, пожалуйста!

– Когда в пении приходишь к правильному звуку, кажется, вокруг ангелы поют – так спокойно, естественно, понятно. А мы все время ломаем себя, что-то придумываем, доказываем. Важно понять, что никто никому ничего не должен, и начать строить жизнь. Понять самого себя – главное. Других не изменишь...

– Вы нашли свой стиль. Статичен он или требует совершенствования?

– Я нашел свой стиль исполнения, но еще не до конца раскрыл голос. Этот процесс идет. Не знаю, сколько еще понадобится времени. Кажется, ты уже определился, но постепенно открываются все новые и новые грани... Раскрытие голоса – это как возвращение блудного сына, когда проходишь от зажатого состояния к себе самому. Каждый процесс приближения приносит большую радость, расширяет исполнительские горизонты.

– Как отслеживаете этот процесс?

– Иногда смотрю записи концертов, но чаще чувствую сам. Если раньше все считали меня тенором, а я был баритоном с теноровым тембром, то сейчас на два тона тональность понизилась... Приходится  менять репертуар, подачу – делаю все  с большим внутренним запасом уверенности! Люди видят тебя таким, каким ты видишь себя сам. Мы мало знаем законы Вселенной и механизмы их работы, поэтому совершенно ими не пользуемся.

– Вернемся к романсу, который называют «мини-спектаклем души». Наверное, ранее должным образом исполнять его вам не позволял жизненный опыт?

– Может быть, не дорос. Исполнять хорошо все – мой внутренний камертон. Романс требует достоверности, в том числе и вокальной. Допустим, начинаешь петь романс, а он тяжело звучит – нет легкости и формата звучания, тогда теряется весь смысл. Именно поэтому долгое время я романсы не пел, а пел танго, фокстроты и вальсы. В этих жанрах все время находишься в окружении ритма.

– Какие исполнительские задачи ставите перед собой во время нынешних концертов в Ишиме и Тюмени?

– Когда появляешься перед публикой раз  в год, а не даешь по пять концертов по абонементу в сезон, хочется показать ей не только одну исполнительскую грань, а фрагментарно осветить другие программы, чтобы было интересно. Хочется, конечно, что-то рассказать о событиях, поделиться тем, что происходит... Обычно это удается сделать в филармонии, когда концерт состоит из двух отделений.

– Для вас важна энергетика зала?

– Говорят, плохой публики не бывает, бывает плохой артист. Когда на концерты приходит публика подготовленная, которая хочет услышать именно тебя, это легче, понятнее... Бывает, исполнитель попадает в среду, где его не хотят слушать – это вообще кошмар.

– Вы выступали в различных концертных залах. На какой сцене чувствуете себя более комфортно?

– Опять же все зависит от публики: если пришли твои люди – тебе все равно. Если сольный концерт, одинаково комфортно работаю в разных залах – сегодня техника позволяет сделать многое.

Если сборный, в больших залах сложнее выступать.  Когда ты один на один с тысячным залом, должен всегда удивлять, вызывать интерес, чтобы к тебе пришли в следующий раз.

– Имена-легенды, дорогие для вас, с коими приходилось общаться и выступать на одной сцене?

– Эпизодических встреч было много. Как-то моим поклонником стал Евстигнеев. Помню, сколько он добрых слов сказал! Работал на сцене с Аллой Баяновой. Незаурядная женщина. Ей очень повезло в жизни. Обыкновенная артистка из Румынии, и вдруг становится суперзвездой на одной шестой части планеты – никто этого рекорда популярности не смог повторить.

– Что-то из ее репертуара в свой взяли?

– У нее не было особого репертуара, как  у Козина, Вертинского. У меня есть авторские песни, которые ассоциируются со мной. Например, «Вальс цветов». К этому вальсу я написал слова. Являюсь первым публичным исполнителем произведения из репертуара Козина «Не искушай меня горькой судьбой».

– Что бы вы себе хотели пожелать?

– Хорошую команду менеджеров – команду честных людей, где все друг другу доверяют. Замечательно попасть в такую продюсерскую систему, где бы артист не думал об отвлекающих факторах, а занимался только пением.

274Просмотров
Комментарии для сайта Cackle

Читать далее
Двухдневная презентация прошла на базе Дворца «Пионер».
Учреждения не закрывают, но вводят ряд ограничений.
Тюменской межрегиональной организации профсоюза работников жизнеобеспечения (ТМОПРЖ) 29 декабря 2018 года исполнится 73 года.
Губернатор Тюменской области Александр Моор подписал соглашение о сотрудничестве с руководителем социальной сети «Одноклассники» Антоном Федчиным.
Поправки в трудовое законодательство приняли депутаты Госдумы.
В селе Нагорское Курганской области пройдёт смотр-конкурс.
В Тюмени ожидается еще один погожий день.
Опрос
Что я больше всего любил (а) в детском садике?
Сончас
Прогулки, физкультуру и зарядку на площадке
Детсадовскую еду
Дополнительные кружки
Утренники
Работу на садичном огороде
Популярные статьи